Любовь по предсказанию - Дарья Урбанская
– Если вы не возражаете, дальше мы будем общаться на английском…
Алина, конечно же, не возражала. Наоборот, ей очень понравилось, как изящно сотрудница отдела кадров провела проверку её английского – вот что значит, солидная организация! Алина-то наивно ожидала, что её попросят сделать какой-то тест и «рассказать о себе» на английском. Во всяком случае прежде её собеседования в компаниях, где требовался сотрудник со знанием иностранного языка, проходили именно так.
Когда, казалось бы, они уже обсудили все возможные нюансы, Виктория сообщила:
– Алина Игоревна, у меня вопросов больше не осталось, и теперь я готова пригласить вашего непосредственного начальника, Андрея Евгеньевича, если не возражаете. Он предпочитает лично знакомиться с кандидатами.
Девушка вышла из кабинета, а Алина украдкой посмотрела на часы. Ух, уже оказывается сорок минут пролетело, ничего себе собеседование! Время шло и шло, а сотрудница отдела кадров всё не возвращалась. Дельфинова уже начала было волноваться, но, наконец, дверь открылась, и Виктория вернулась, сияя как начищенный самовар.
– Прошу простить мою задержку, у Андрея Евгеньевича внезапно оказалась назначена срочная встреча, и он не сможет с Вами познакомиться сегодня. Но мы кратко переговорили с ним, практически на бегу, и он просил передать, что успел рассмотреть вас, и кроме того, профессор Катракис очень положительно о вас отзывался. Одним словом, у меня отличная новость – мы готовы предложить вам занять эту должность!
Алина была настолько ошеломлена, что не успела выхватить главное из радостного монолога собеседницы.
– Постойте, что значит «успел рассмотреть меня»? Когда? У вас тут что, скрытая камера в кабинете?
Виктория засмеялась.
– Ну что вы, какие камеры! Вы же виделись сегодня в вестибюле. Когда я пришла за вами на проходную, Андрей Евгеньевич был вместе со мной – он спустился лично поприветствовать профессора Катракиса.
Дельфинову прошиб холодный пот.
Господи, этот знойный мачо что, её будущий непосредственный начальник? Мама дорогая!
– Что вот так вот сразу, и больше никаких этапов собеседования? – с подозрением продолжила Алина свои расспросы, всё еще пребывая в тихом шоке.
– Да, обычно так не делается. Но грех упускать такую удачу, как отличный кандидат с релевантным опытом работы, подходящий по всем пунктам, – подмигнула Виктория. – Да еще и сразу же получивший положительную характеристику. Так что скажете?..
Конечно же, Алина согласилась, не колеблясь более ни секунды. Они еще некоторое время обсуждали детали, какие нужны документы, и когда необходимо выйти на новую работу. А после этого Дельфинова поняла, что она слишком взбудоражена, и ни о каком возвращении в институт не может идти речи. Как же ей повезло с этой новой программой, на которой оказалась занята начальница!
И вот теперь она блаженно потягивала кофе, развалившись на кровати. Разговор с Ерофеевой в этот раз затянулся – она хотела узнать все подробности прошедшего интервью, и Алина честно все пересказывала. Впрочем, об одной детали она умолчала – не стала описывать своего будущего руководителя. Зачем раньше времени давать подруге повод для двусмысленных шуточек? А то, что они не заставят себя ждать, Дельфинова даже не сомневалась. Слишком давно знакома с Ленкой.
Положив трубку, Алина еще некоторое время бессмысленно таращилась в белый потолок. Несмотря на несомненную радость (божечки-ты-мой, я поменяла работу, и пусть даже мне снова придется проверять общежития – я готова это делать, если зарплата станет в 2,5 раза больше!) и банальное облегчение (не такой уж я и невостребованный специалист, ха!), что-то её беспокоило. Что-то царапалось на самом краю подсознания после разговора с подругой. Что-то такое неуловимое, но мешающее расслабиться окончательно… Что-то сказанное Ленкой про невероятно удачное стечение обстоятельств!
Нет, Алина не обиделась, Ерофеева, конечно же, не хотела принизить её заслуги. Но ведь всё действительно сложилось один к одному, как кусочки мозаики, как идеально подобранные друг к другу ноты чарующей мелодии:
и само появление этой вакансии,
и приглашение приехать в день запуска новой программы, когда начальница была занята,
и то, что Алина оказалась одета очень подходящим для собеседования образом,
и появление неговорящего по-русски иностранца на проходной ровно в тот самый момент, когда девушка приехала на собеседование…
Алина даже усмехнулась, попытавшись подсчитать, сколько раз за время разговора с Ерофеевой она произнесла слова «удачно» и «повезло». Конечно, такого быть не могло, но удачи сыпались на неё сегодня буквально из рога изобилия, как будто…
Усмешка сползла с её лица в ту же секунду, как она вспомнила один из последних своих «сеансов» в качестве Оракула в ванной.
– Ответ уравновесится удачей в мае-месяце…
Вот, что тогда пожелала Алина в обмен на свои стихотворные предсказания для неизвестной просительницы. Та самая фраза, что так своевольно выскочила из её рта.
Может ли быть, что?..
Да нет.
Что за глупости!
Алина даже потрясла для уверенности головой и громко произнесла вслух:
– Такого не бывает!
Звук её голоса гулко разнесся по квартире.
12. ОРАКУЛ: чинить, что сломалось
Аркадская идиллия – счастливая безмятежная жизнь, ничем не омрачаемое существование.
Аркадия – центральная гористая часть Пелопоннеса, население которой в древности занималось скотоводством и земледелием, и которая в классической литературе XVII–XVIII вв. изображалась как счастливая страна, где люди живут беззаботно и весело.
В ванной витали клубы пара и аромат бергамота, а зеркало совершенно запотело. В вентиляционном канале кто-то монотонно бубнил – к соседям снова пришел желающий получить пророчество. Алина нежилась в горячей воде, лениво бултыхая ступнёй, и особенно не прислушивалась к обрывкам фраз, которые до неё доносились:
«…я уже и не знаю… сколько можно… хорошие деньги…».
Дельфинова давно уже перестала готовиться к пророческим сеансам. Это раньше она со свойственным ей чувством ответственности заранее прикидывала несколько обтекаемых вариантов. Общие рекомендации, без какой-то конкретики, вроде «всё будет хорошо, если кушать кашу» или «не ходи в лес, козлёночком станешь». Но практика показала, что по вечерам на неё зачастую накатывало ничем не объяснимое вдохновение, и она экспромтом выдавала прекрасные пророчества.
Теперь же и времени на «подготовку» не было, и сама эта игра в оракула, честно говоря, уже стала надоедать. Алина продолжала давать ответы, но на автомате, без огонька и прежнего задора, уже особенно и не вслушиваясь в вопросы. А иногда и вовсе игнорировала – если ничего достойного не приходило в голову.
Вот и сегодня до неё долетали обрывки слов и предложений – «…не могу нормально спать… а может?.. не уверен, что…», но Дельфинова по
