Как организовать праздник для дракона и (не)влюбиться - Елена Эйхен

В его глазах читалось восхищение.

По спине пробежали мурашки, несмотря на тепло камина.

— Элиза… — выдохнул он, когда я подошла ближе. Дамиан взял мою руку и поднёс к губам — но вместо условного жеста поцеловал её по-настоящему, мягко прижавшись губами к коже. — Вы… затмили ёлку.

И это, поверьте, огромный комплимент, учитывая, сколько усилий мы на неё потратили.

Краска залила мои щёки.

Он улыбнулся — и у меня внутри запорхали бабочки.

— Папа! Элиза! — Александр вклинился между нами, сияя. — Пора? Уже восемь!

И действительно: большие напольные часы безмолвно подтвердили — время пришло. Гости затихли, один за другим поворачиваясь к постаменту в центре зала.

Там, на бархатной подушке, покоилась Звезда.

Древний кристалл в форме многолучевой звезды — тёмный и спящий. Но каждый знал легенду: ровно в восемь от слов наследника он вспыхнет светом, способным разогнать любую тьму, а к полуночи засияет окончательно. Без этого Новый год не наступит.

Дамиан положил руку на плечо сына.

Мы встали полукругом.

Александр сделал шаг вперёд. Набрал в грудь побольше воздуха, зажмурился и звонко, на весь зал, начал произносить слова древнего заклинания.

Голос мальчика звенел в тишине — чистый, искренний. Магия в зале зашевелилась, откликаясь на зов. Огоньки на ёлке вспыхнули ярче, воздух сделался плотным, искрящимся.

— …Ego voco lucem!— выкрикнул Алекс последнюю фразу, распахивая глаза и протягивая руки к кристаллу. — Свети!

Мы все подались вперёд, ожидая вспышки.

Но вместо света раздался звук. Пронзительный, тонкий звон.

Звезда на бархатной подушке дрогнула. По её поверхности пробежала трещина. Потом ещё одна…

А затем она помутнела. Побледнела. И вскоре исчезла совсем.

Растворилась в воздухе, оставив после себя лишь облачко чёрного дыма.

В зале воцарилась тишина. Даже часы, казалось, перестали тикать.

— Папа? — растерянно прошептал Александр, оборачиваясь. — Я… я что-то сделал не так? Перепутал ударение?

Но Дамиан не смотрел на сына. Его взгляд был прикован к месту, где только что лежала Звезда. Лицо стремительно бледнело, возвращаясь к привычному выражению мраморной маски.

И тут началось.

Свечи под потолком зашипели и погасли — все разом. Огонь в камине взметнулся и тут же опал, превратившись в кучку тлеющих углей.

Температура в зале рухнула. Изо рта вырывались облачка пара. Окна на глазах покрылись толстым слоем инея, отрезая нас от ночного сада.

На постаменте, там, где недавно лежала Звезда, начал формироваться лёд. Он рос, закручиваясь в спираль, пока не принял форму… статуэтки. Чёрного ледяного дракона с горящими красными глазами.

А в воздухе, прямо над нами, огненными буквами вспыхнуло послание. Буквы пылали холодом, обжигая взгляд:

«ДОЛГ ПРЕДКОВ НЕ ЗАБЫТ. ДО ПОЛУНОЧИ ОН ДОЛЖЕН БЫТЬ ВОЗВРАЩЁН. ИНАЧЕ НОВЫЙ ГОД НЕ НАСТУПИТ. ВМЕСТО НЕГО НАЧНЁТСЯ ВЕЧНАЯ ЗИМА».

Гости ахнули. Почтенные матроны вскрикнули. Архивариус схватился за сердце.

— Это… это печать Драконьего Договора! — прохрипел старик, тыча дрожащим пальцем в ледяную статуэтку. — Легенды не врали… Триста лет назад…

Дамиан шагнул вперёд, заслоняя собой Александра и меня. Вокруг него начала сгущаться собственная магия — колючая, защитная, но я чувствовала, каких усилий она ему стоит.

— Все должны успокоиться! — его голос прогремел под сводами зала, перекрывая нарастающую панику. — Слуги, проводите гостей в малую гостиную. Там теплее. Разожгите камины!

Когда зал опустел, и мы остались втроём — плюс трясущийся архивариус, — Дамиан тяжело опёрся о спинку кресла. Он выглядел так, словно стал старше на десять лет за одну минуту.

— Это моя вина, — глухо произнёс он. — Я знал легенду. Мой предок пообещал Королю Драконов особый дар в обмен на помощь в войне. Но обманул его. Я думал, всё давно забыто.

— Что это значит, пап? — Алекс дрожал, и я прижала его к себе, стараясь согреть хотя бы теплом бархатного платья.

— Это значит, — Дамиан поднял голову, — что драконы забрали Звезду как залог. Без неё солнце завтра не взойдёт. Начнётся Тёмная Зима. Вечная стужа. Урожай погибнет, магия иссякнет. Долина… долина просто замёрзнет.

Это уже не шутки. Настоящая катастрофа.

Дамиан выпрямился. Он стряхнул с себя оцепенение и начал расстёгивать парадный камзол.

— Мне нужно переодеться. До полуночи всего несколько часов.

— Куда же вы? — спросила я, хотя ответ был очевиден.

— В Драконье Гнездо. Я должен вернуть Звезду.

— Один?

— Да, Элиза. — Он даже не посмотрел на меня, направляясь к выходу. — Я пойду к Ирбису. Предложу ему всё, что у меня есть. Золото, земли, магию. Свою жизнь, если потребуется.

Он говорил это так буднично, словно собирался в лавку за хлебом, а не приносить себя в жертву ради Эсфиры. Типичный герой-одиночка.

Я отпустила Алекса и в два прыжка (спасибо пышной юбке — в ней, оказывается, удобно бегать) преградила ему путь.

— Стоять!

Дамиан резко остановился, едва не врезавшись в меня.

— Элиза, уйдите с дороги. У нас нет времени на споры.

Я скрестила руки на груди, игнорируя дрожь.

— Вы пойдёте туда… и что дальше? Умрёте красивой геройской смертью? А что будет с Алексом? С замком? Со мной, в конце концов? Кто будет доедать орехи в меду?

Одна его бровь приподнялась.

— Какие ещё орехи? Что вы говорите?

— Нет уж, Ваша Мрачность. Так не пойдёт. Вы наняли меня организовать лучший праздник. А праздник без Звезды — это, знаете ли, прямое нарушение контракта. Что это за дракон — Ирбис? Ваш родственник?

— Далеко отсюда, в высоких горах, живёт настоящий дракон со своим семейством. Во мне течёт драконья кровь. А он — истинный дракон. Мы из одного рода, но наши предки поссорились много веков назад.

— Ага. Значит, всё не так безнадёжно, как вы себе вообразили. — Я шагнула ближе. — Даже с врагами можно договориться. А уж с сородичами — тем более.

Я ткнула пальцем ему в грудь, туда, где под тонкой рубашкой билось сердце.

— Вы сказали, что я вернула вам жизнь, — понизила голос. — Так не смейте теперь ею разбрасываться. Мы — команда. Вы, я, Алекс и этот ваш несносный замок.

— Элиза… — он попытался взять меня за плечи, отодвинуть.

Не вышло.

— Никакая не «Элиза»! — перебила я. — Мы идём