Мой рок-мерзавец - Хельга Дюран
Застёжку лифчика он расстёгивает тоже.
Началось…
Я сижу, ни жива ни мертва, пока парень стаскивает с меня одежду. Я вся млею от его поцелуев, плавлюсь, будто мороженое на солнце.
— Ты такая красивая, — шепчет Артём, укладывая меня на диван. — Самая красивая в мире!
На мне только трусики, поэтому инстинктивно хочется прикрыть грудь руками. Артём меня опережает. Нависает сверху, целует соски, лижет их поочерёдно языком, втягивает в рот, посасывает, кусает.
Я зажмуриваюсь от острого удовольствия. До чего же приятно!
К чёрту стыд! Я же сама этого хотела?
Грудь наливается странной тяжестью, становится такой чувствительной, что ласки Артёма уже почти болезненные. Он спускается ниже, лижет мой подрагивающий животик. Подцепляет пальцем резинку трусиков, и я резко открываю глаза, чтобы посмотреть, что там происходит.
Начинаю дрожать от волнения. Всё же первый раз немного страшно. Вдруг будет больно? Если у Артёма большое достоинство, то, наверное, придётся потерпеть. А если маленькое? Я останусь вообще без удовольствия? Лотерея какая-то.
С любопытством перевожу взгляд на его пах. Боксеры туго натянуты, и его член очень хорошо различим под тканью белья. Я не могу с уверенностью сказать, что у него большой, но не маленький точно. Слава богу, повезло.
Парень стаскивает с меня трусики, и я снова возвращаюсь к собственным ощущениям. Я уже такая мокрая, что когда Артём снимает с меня последний клочок одежды, длинная ниточка моей смазки тянется вслед за бельём.
Я впервые лежу обнажённая перед парнем, позволяя ему смотреть на меня везде и трогать повсюду. Артём касается пальцами моих влажных складок, и краска бросается мне в лицо. Мне и стыдно, и хочется, чтобы потрогал меня там ещё.
— Презервативы… — севшим от волнения голосом хриплю я.
— Они нам не понадобятся. Не переживай.
Артём кладёт ладони на мои колени и широко разводит их в стороны. Теперь он смотрит прямо между моих ног, разглядывая мою киску, раздвигая губки пальцами, будто никогда такого не видел. Меня это смущает, но то, что Артём делает дальше, повергает меня в настоящий шок.
Он наклоняется и целует меня прямо туда! Я вскрикиваю от неожиданности и острых ощущений, вместе с тем пытаюсь свести ноги вместе.
— Артём! Не надо! — протестую, пытаясь спрятаться от его бесстыжего языка.
— Тише, Светочка, тише! — успокаивает меня парень. — Я просто поцелую! Не бойся, малыш!
Да я и не боюсь. Стыдно просто, что он языком меня там лижет. Я настраивалась немного на другое. На обычный секс, традиционный. Но, раз Артёму так хочется…
Горячий язык парня снова касается моих складочек, и я уже не хочу вырываться или прятаться. Это очень приятно и…
— Ах! — невольно вырывается у меня.
… и возбуждающе.
Я теку ещё сильнее. Между ног всё хлюпает. Язык Артёма уносит меня в какую-то нирвану. Низ живота туго скручивает в спираль, напряжение нарастает. Моя голова бессвязно мотается по подушке, я невольно выгибаюсь навстречу волшебному рту Артёма, вцепляюсь в его волосы пальцами, вжимая его голову в свою промежность.
— Ещё! Боже! Ещё! — стону я, как бесстыжая шлюха.
Мне кажется, я сейчас умру! Это уже невыносимо! Ещё немного, и я…
— А-а-а-а! — ору я, так что, наверное, меня слышат все соседи.
Внутри меня что-то взрывается, перед глазами фейерверк, лоно пульсирует, в диком экстазе.
Мамочки…
Вот это да! Зря я не хотела.
Меня охватывает невероятный, какой-то первобытный восторг! Если Артём так классно сделал мне языком, что же будет, когда он сделает это членом?
Из забытья меня выводит поцелуй. У Артёма мокрая борода и вкус моего возбуждения, но мне это нравится. Как будто я пометила его собой. Теперь его очередь присвоить меня, сделать меня своей женщиной!
— Тебе было хорошо, моя сладкая? — с улыбкой спрашивает парень, заглядывая мне в глаза.
— Угу, — это всё, что я могу сказать в данный момент.
— Теперь сделай мне также хорошо, — говорит Артём и вываливает перед моим лицом свой член. — Возьми его в ротик!
Я испуганно дёргаюсь. Больше от неожиданности. Я и не думала, что он меня о таком попросит. Смотрю на его достоинство, а там не достоинство, там прям гордость!
Твёрдая, большая, с малиновой головкой и огромными яйцами. Артём брил пах, оттого его член казался просто гигантским. В моём рту эта штуковина точно не поместится. Не-не, я этого монстра сосать не собираюсь. Максимум, чтобы не быть эгоисткой, могу тоже языком лизнуть.
— Я не хочу брать его в ротик! Я по-нормальному хочу! — собравшись с духом, отвечаю я.
11. Артём
Какая же она охуенная! Тащусь от неё! Просто улёт!
Должен признать, это самая сладкая пися в моих диванно-кроватных подвигах. Я правда у других не пробовал, да это и неважно. Нежные складочки, красивые, будто шёлк на языке катал, и вкусная, как сам рай!
Щёлочка такая узкая, что член из трусов выпрыгивал, так туда просился! Но я спокоен и собран, как самурай! Я себе пообещал, что Светочка останется целкой. Не могу я сам себя предать я и так со своих принципов сегодня съехал.
От души отлизал! Старательно! Светочке понравилось. Так сладко кончала, что я боялся в трусы спустить от её криков.
Теперь я искренне ждал награды за свои старания. У меня первый опыт орального секса и у Светы тоже. Всё будет по-честному, все останутся целыми и довольными.
Светочка оказалась далека от моих идей. Сморщила носик и потребовала, чтобы я её выебал, как полагается.
Я немного растерялся. С членом наперевес думается очень плохо, особенно когда в яйца мозг перетекает.
— Ну, малышка, не капризничай! — ласково уговариваю я девчонку, тыча членом ей в лицо. — Не будь эгоисткой, зайка!
— Я ещё хочу, Артём! По-настоящему!
— Кисунь, ты в ротик возьми, а потом всё будет. Всё, что хочешь, — я готов на всё, даже врать безбожно, чтобы только сбросить это невыносимое напряжение. У меня час стоит. Колом. — Све-ето-очка, открой ротик!
— Нет.
Она лежит передо мной вся такая горячая, мокрая, вкусная, разморенная после оргазма. Ещё минутка и я выстрелю ей в лицо.
— У меня сейчас яйца лопнут, солнышко, — стону я. Ноль реакции. Губы сжала, смотрит уже с раздражением. Почему я её вообще должен уговаривать? Что значит не хочу? Сама кайфанула, а на меня насрать? Сучка неблагодарная. — Свет, я никуда не уйду, пока ты мне не отсосёшь! —
