Постучи в мою дверь, любовь - Лина Коваль

– Мишка тебя сдал с потрохами.

Черт.

– Вообще-то, мне недавно предложили отношения, – зачем-то оправдываюсь. – Но я не готова была что-то начинать, потому что у меня был он, – оглядываюсь на спящего племянника.

Закусив губу, снова осознаю, как же наша жизнь сейчас изменится.

– Я об этом не подумал… Прости, – Кирилл становится серьезным. – Забота о ребенке отнимает много времени.

– Ничего страшного, я не обиделась. – мотаю головой. – Сейчас, когда у него появился ты, – а я не сомневаюсь в результатах ДНК-теста, – я, может быть, отвечу согласием на предложение и попробую что-то начать.

Кирилл на мою откровенность никак не реагирует и думает о чем-то своем.

– Спокойной ночи, – говорит, отворачиваясь к окну.

– Спокойной ночи, Кирилл.

*

Утро наступает слишком быстро. Заехавший на заправку длинномер, сигналит впередистоящей машине и выступает в роли двадцатипятитонного будильника.

– Ты как? – спрашивает Кирилл и активно растирает лицо ладонями.

– С добрым утром, – потянувшись, разминаю шею. – Пока не знаю…

– Мои дорогие кресла? – смеется.

– Я ведь привыкла заниматься танцами пять раз в неделю, – объясняю, чтобы он не подумал, что я капризная. – Мышцы без спорта затекают.

– В гостинице будет тренажерный зал. Обязательно сходим.

– Спасибо!..

Я как-то неловко оглядываюсь.

На улице посветлело, и машин на стоянке поубавилось. Снега в это местности на полметра меньше, чем у нас в Северске. И вообще, кажется, будто весна наступила.

– Пойдем за кофе? – зовет Кирилл.

– Да! И умываться, – хватаю сумку и натягиваю на плечи шубу.

Мишка дрыхнет, развалившись, как король.

– Кое-кому повезло, – ворчу.

Авдеев теперь тоже смотрит на сына.

– Это точно!.. Пусть спит. Возьмем ему, что он любит.

Затем на его лице снова появляется растерянность. Так бывает только в те моменты, когда Кирилл думает или говорит о Мише.

– Я ведь даже не знаю, что он любит.

– Не переживай, я все тебе расскажу.

Мы выходим из машины.

Мавроди, щелкнув брелком сигнализации, накидывает на голову капюшон толстовки и любезно предлагает свой локоть. Подхватив его, начинаю вываливать все Мишкины секретики:

– Так, больше всего он любит манную кашу и вареники с картошкой и сливочным маслом. Не со сметаной. Это важно!..

– Про кашу уже знаю. Я, кстати, терпеть ее не мог.

– Ну, это еще ни о чем не говорит, – смеюсь. – А мы с Лилей только манную и любили. Мама ее постоянно готовила.

Вспомнив о сестре, внимательно наблюдаю за реакцией Кирилла. На лице никаких эмоций.

– Мишка терпеть не может творог и все, что с ним связано, – продолжаю. – Как, наверное, любой ребенок любит картошку фри. А еще обожает хот-доги с горчицей.

– Прям с горчицей, – открывает для меня двери. – А пьет что?

– Чай. Обычный черный. С одной ложкой сахара.

– Спасибо за ликбез. Давай тогда, встречаемся возле кассы.

Кивнув, отправляюсь в женский туалет и совершаю утренние гигиенические процедуры, а затем выхожу к прилавкам, где неожиданно сталкиваюсь с молодым мужчиной. Я утыкаюсь головой в его грудь, а он инстинктивно задерживает руки на моей талии.

– Извините, – резко отшатываюсь.

– Женщина, – слышу сзади, – ну что за сюр? Уже посреди белого дня на чужих мужиков вешаются!..

Округлив глаза, смотрю на высокую блондинку в модных крупных очках.

– Ни на кого я не вешалась, – говорю как можно тише.

– Я все видела! Наглая такая! К мужу моему приставала.

– Женщина, вы сами успокойтесь! – строго проговариваю. – Нужен мне ваш муж, у меня, вообще-то… СВОЙ есть! Самый лучший! Это просто недоразумение!

– Муж? У тебя? Самый лучший? – она смотрит на меня уничижительно, будто меня не создали для замужней жизни. Надо менять стиль или что-то делать, в общем. – Я бы посмотрела.

Сложив огромные губищи бантиком, упирает руки в бока.

Я, чувствуя внутри прилив адреналина, иду к Авдееву, как раз мирно наливающему кофе в вендинговом аппарате.

Ухватившись за широкое запястье, заставляю развернуться ко мне и злюсь, потому что чувствую между лопаток высокомерный взгляд.

– Что случилось? – хмурится Кирилл.

– Сделай вид, что ты меня целуешь, – шепотом тараторю. – Быстрее, пожалуйста. Просто сделай вид!..

Серые глаза смотрят мне за спину, а потом концентрируются на моем лице.

– Ну же! – нетерпеливо подаюсь вперед.

И он отлично делает вид, то есть целует меня по-настоящему…

Глава 12. Астра

– Все еще дуешься на меня, Ась? – впервые называет меня так Авдеев.

Он иронично приподнимает брови, а я задираю подбородок повыше и салфеткой вытираю руки после завтрака. Сэндвич был вполне годным, а вот кофе остыл, пока я переваривала то, что случилось на заправке.

– Не злись!..

– Я просила сделать вид! – оскорбленно выдаю, неосознанно облизывая верхнюю губу.

– Не люблю халтуру, – смеется Кирилл. – Делать – так уж делать!..

Поцелуйный перфекционист, значит!

Отвернувшись, перемалываю собственные эмоции, обрушившиеся на меня в тот момент, когда мои губы оказались в крепком захвате мужского рта, и до сих не покидающие бахающее в груди сердце.

Меня определенно точно никто и никогда так не целовал!.. Да и опыта немного.

– Тебя кто-то расстроил, Ася? – вдруг обеспокоенно спрашивает Миша.

Проснувшись, он позавтракал хот-догом, выпил свой чай и принялся монотонно и долго считать столбы, которые мы пролетаем с бешеной скоростью. Сбился на сто пятьдесят четвертом.

– Нет, мой хороший! Все отлично!..

Надо будет не забыть поговорить с ним, чтобы он ничего такого Авдееву про меня не рассказывал. Ни к чему это.

До сих пор этот поцелуй у меня в голове не укладывается!

Если это шутка, то совершенно глупая, Кирилл Владимирович.

Отвернувшись, улыбаюсь в воротник шубы. Надо было видеть лицо этой клуши с губами, когда мы выходили на улицу. Никогда не забуду!.. Вот умора!

– Кстати, давно хочу спросить. А ты планируешь рассказать о внуке своим родителям? – спрашиваю спустя какое-то время. – Или уже рассказал?

– Конечно, планирую, но пока не успел.

– Думаешь, они обрадуются?

– Очень. Мама давно бросила даже намекать на то, что пора бы мне обзавестись детьми, животом и лысиной побогаче.

Я смеюсь, потому что представить Кирилла толстым или лысым совершенно не получается. А потом вспоминаю про девушку, разговор с которой слышала в кабинете в самую первую ночь. Если они с Кириллом встречаются, то к нему вопросы: зачем он целует другую?

От всех этих мыслей у меня начинает болеть голова. Я решаю спать или делать вид, что сплю, потому что сильно переживаю.

Мы еще несколько раз останавливаемся, обедаем в придорожном кафе и ближе к вечеру заезжаем в сияющую новогодними огнями Казань.

Не верится.

Наш отель стоит в историческом центре. Миша с восторгом рассказывает, что видит, пока мы все вместе направляемся к ресепшену. Наш номер и