Хулиномика 6.2. Элитно, подробно, подарочно! - Алексей Викторович Марков
Идём дальше. Наступает кризис. Бизнесу плохеет. Что происходит? Двадцать процентов от корпоративных кредитов не возвращают. Собирается совет директоров, и кто-то говорит: «Парни, у меня для вас плохие новости. Мы 1000 рублей раздали, но 200 из них никогда не вернутся. Заёмщик выбросился из окна, а его заводик растащили на металлолом. Давайте спишем эти 200 рублей, останется 800, ок?»
Но активы должны соответствовать пассивам. Активов осталось 1000 рублей, а не 1200, потому что 200 мы провафлили. Пассивов не может быть 1200, потому что они должны соответствовать активам. Придётся залезть в капитал – списываем из него, и он становится равным нулю. Посмотрим на требования. Что там с резервами? Всё ок, резервов хватает. Надо всего 100 держать в резерве, а у нас 200 акционерных рублей припасено.
Но требования по капиталу мы уже не выполняем! И регулятор приходит и начинает нас лечить. Как найти ещё капитал? Можно попробовать продать некоторые из наших кредитов. Найти покупателя на наши облигации и продать их, например, на 200 рублей. А толку? Капитал-то убавится ровно на стоимость проданных активов, а мы ведь их ещё и с дисконтом продадим!
История точно такая же, как и с брокером: если он закрывает нас по маржин-коллу, все деньги пропали. Поэтому опять пора идти к уважаемым партнёрам и говорить, что банк накрывается медным тазом. Мы дали плохие кредиты, и капитал у нас кончился. Нужно ещё. Можно, конечно, ещё скинуться понемногу, да хер кто теперь даст – проклятые журналисты уже всему свету раструбили. Все полимеры просраны. Хотя если всё же найдёте, то окей. Ещё акций выпустите, на второй тур хватит.
16.8. Капитал в кризисные времена
Если у банка достаточно свободного капитала, то он не обанкротится – хотя и не сможет выдать лишних кредитов. Но в системе есть встроенная проблема: пусть во время кризиса банки будут продавать права на выданные кредиты или выпускать новые акции. Беда в том, что во время кризиса и то, и другое сделать довольно проблематично.
Всё разваливается и превращается в шелуху. Банк хочет выпустить акции для покрытия своих кассовых разрывов, а инвесторы ему говорят: «Да ты чокнулся, что ли? Лучше б бутылки сдал. Кто ж эти акции-то купит? По такой-то цене?!» Поэтому в кризис никто и не выпускает акции.
А что насчёт продажи кредитов? Тут проблема в том, что во время кризиса все банки хотят продать часть своих кредитов; особенно плохих. Даже не в стране, а в мире. Возникает всеобщий коллапсец на манер 2008 года.
История эта повторялась примерно 100500 раз. Банки пытались привлечь акционерное финансирование, пытались перепродать выданные кредиты, но когда начинали это делать одновременно, цена этих кредитов падала на самое дно. Если б не центробанки, то весь финансовый мир закончился бы за несколько дней – ведь достаточно кому-то одному начать скидывать свои активы за бесценок. Но в 2008-м центробанки всего мира быстро начали выдавать кредиты всем подряд – и банкам, и крупному бизнесу. Так «кредитор последней надежды» спас человечество от болезней и пожизненного вегетарианства.
Швейцары очень удивились этой истории и начали изучать вопрос: как же так, почему оно всё чуть не рухнуло к чёртовой матери? Думали-думали, особо умного ничего в голову не приходило – ведь даже в странах с другими порядками всё равно жопа наступала очень быстро и основательно. Базель-3 предложил своеобразное решение: центральным регуляторам было разрешено добавить дополнительный буфер в 2,5 %, если они считали, что надувается адский пузырь. То есть они до нашествия кризиса смогли бы повысить требование с 7 до 9,5 %. Ведь во время самого кризиса что там повысишь? Только напортишь. А теперь можно вроде как довериться центробанкам, они типа вовремя всех спасут и от пузыря, и от кризиса. Если, конечно, предвидят его вовремя. А так-то кто его знает, может, и не предвидят.
И ещё чисто для инфы: в 2010-м амеры приняли Закон Додда – Фрэнка. Из-за того, что многих бесили эти правительственные выкупы без объяснений – почему именно того, а не этого, – ФедРезерву запретили поддерживать любой конкретный банк. Установили только временное окно, и в это время ФедРезерв должен помогать всем без разбора. Чтобы не было такого – пусть Беар Стёрнс укатывается в ад, а Леманов мы выкупаем. Теперь так нельзя делать (ха-ха-ха, смеются счастливчики). Отныне придётся довериться более строгим стандартам.
Понятно, что система довольно сложная. Лучшие умы трудились над этой херотой и до конца так и не придумали, как избежать последующих кризисов. Но в американских законах зашито огромное количество сдержек и противовесов на случай того, что кто-то обнаглеет и мощно дёрнет одеяло на себя. У них система не стоит на месте, а постоянно развивается.
16.9. Ипотечный кризис
Теперь самое время рассказать о том, к чему может привести низкая ставка ЦБ. Да, у нас такой проблемы никогда не было, но всякое бывает: авось и мы доживём.
Цены на недвигу в США выросли с 2000 по 2006 год просто невероятно. Хотя на длительном промежутке (десятки лет) была тенденция к росту из-за того, что население США росло быстрее, чем строились дома, но в эти годы было просто мракобесие: население выросло на 1,5 %, доход на душу упал на 3 %, пендосы в среднем строили 1,8 миллиона домов в год (рост на 6 %), а цены выросли на целых 40 %. Парадокс, вроде ж никто не понаехал особо. Мексиканцы ещё не нашли дырку в заборе.
К росту цен привели низкие стандарты заёмщиков. В 1970-х дом стоил 60 тысяч долларов и требовалось внести 25 % как первоначальный взнос. Ипотека была намного дешевле аренды, но нужны были стабильная работа, первый взнос и кредитный рейтинг. В середине 90-х в Калифорнии и с 2000 года в остальных штатах первый взнос снизился до 10 %, кредитный рейтинг стал лояльней. С 2003-гопоявились кредиты без первого взноса вообще, а с 2005-го появилась возможность просто назвать свой доход (не доказывая) – так легко стало получить кредит. Потом банки придумали новую схему ипотеки: в первые годы ставка была очень низкая (даже семья уборщика могла еле-еле
