Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 9 - Евгения Владимировна Потапова

— Ого, ты выглядишь на букву «ха», и не подумай, что хорошо, — присвистнула она. — Давай запрыгивай.

— Ага, разбежалась и развалилась, — вздохнула я.

На сиденье квадрацикла меня усадил Исмаил в своем человеческом обличье и погладил сочувственно по голове. Как-то немного полегче стало от его прикосновения.

— Вот мужчина, настоящий полковник! — подмигнула Матрена. — Благодарочка тебе от нас, — крикнула она ему.

Он махнул ей рукой и улыбнулся.

— Держись, болезная, — велела мне бабушка. — Погнали.

— Угу, только не потеряй меня по дороге.

— Ага, меня легко потерять, сложно найти и невозможно забыть, — громко заржала Матрена.

Я прикрыла глаза и вцепилась в сиденье.

— Йоху! — крикнула старушка и нажала на газ.

В общем, домчались мы до ее дома за несколько минут. Я кое-как слезла с ее пепелаца.

— Агнета, шкондыляй быстрей в хату, пока мой разбойник не распотрошил все посылки, — скомандовала она.

Я поплелась за бабушкой в дом, тяжело вздыхая. Там вкусно пахло ватрушками.

— Сейчас мы с тобой свеженького чайку попьем, да еще с моими булочками, — сказала бабушка.

Коловерша уже восседал на подоконнике и пил чай из маленькой чашечки, оттопырив в сторону мизинчик. Он с удовольствием угощался ароматной ватрушкой.

— Ты посмотри на него, уже дегустирует, — хмыкнула Матрена. — Идем тоже продегустируем, пока этот разбойник всю выпечку не перекусал. И ты мне расскажешь, чего ты такая вялая.

— Угу, — согласилась я, устраиваясь на кухне за столом поудобнее.

Она поставила передо мной красивую чашку и блюдце, на столе оказалась большая миска с ватрушками, банка с вареньем и вазочка с конфетами.

— Угощайся, — кивнула Матрена. — И давай рассказывай, чего такая разбитая.

Я поделилась с бабушкой своими бедами.

— Покажь, куда она тебя ударила, — велела она.

Я оголила плечо.

— Жутко красивый синяк, сейчас мы его с тебя убирать будем, — сказала Матрена. — Эй, красавец, ватрушку слопал?

Коловерша с испугом посмотрел на нее и прекратил разворачивать конфетку. Он ее просто запихнул вместе с оберткой в пасть и быстро сжевал.

— Ага, слопал, значится, а теперь отрабатывай. Принеси яйцо от курицы с петухом, свеженькое, чтобы было, — велела ему бабушка.

Помощник на миг застыл, а затем полез в свою пасть и вытащил из нее бледно-оранжевое яйцо. Матрена взяла его в руку, посмотрела на него на свет, довольно поцокала языком.

— Хороший Коловерша, всё помнит, — улыбнулась она и почесала его за ушком. — Идем в комнату, нечего на кухне положительную ауру портить, — обратилась бабушка ко мне.

Мы вышли с ней на веранду. Тут же на столе появилась миска с водой. Коловерша уселся на перила и стал следить за происходящим с серьезным видом.

— А ты садись на стул, вот сюда, — велела бабушка мне. — И снимай свою кофту.

— Ладно, — кивнула я.

Стащила с себя футболку и села перед ней в одном бюстике. Матрена стала по мне катать яйцом и что-то себе под нос шептать. С каждым ее движением мне становилось всё легче и легче, а под конец я немного задремала.

— Не спи, — одернула она меня.

Пришлось глаза разлеплять и смотреть, что же дальше делает бабулька.

— Смотри, — сказала она и разбила яйцо в миску с водой.

Из скорлупы вылилось что-то склизкое и черное, и упал какой-то непонятный бурый комок.

— Это что? — спросила я.

— Это скверна твоя, вернее, твоей клиентки. Она, когда тебя случайно в плечо пнула, часть своей черноты на тебя скинула. Но это не специально, это так у нее организм сработал, так что на девочку обиду не держи. В нашем деле всякое бывает, — покачала Матрена головой. — А ты учись сразу всякую гадость распознавать и убирать.

— Да я как-то не сообразила, — зевнула я.

— Даже если устала, не сообразила и прочее, всё сразу убирай. На воск скидывай, да даже на пустое яйцо, и то толк будет, — назидательно сказала она. — К тому же тебе в прошлый раз Лизка подарила волшебную сорочку, вот после ритуалов ее надевать и надо бы, а не в шкафу хранить на память. Ты, кстати, все свои магические артефакты перебери и используй. Глядишь, таких случаев у тебя даже возникать не будет. А то на амбразуру с голой грудью вечно кидаешься. Хотя у тебя опыта мало, тебе простительно. Но часто ведьмы погибают и калечатся в первую пятилетку освоения вот этого всего. А у тебя только второй год пошел.

— Обрадовала, — хмыкнула я.

— Так ты не ерничай, а прислушивайся к тому, что тебе опытные люди и нелюди говорят.

— Благодарю.

— А теперь дуй умываться и плечо помой, а то яйцо после курицы, мало ли какой помет может прилипнуть.

— Лучше уж помет, чем вот такое, — кивнула я в миску с черной кляксой.

— Всё, не торчи тут. Где душ и умывальник в саду, ты знаешь. Только погодь, я тебе полотенце дам чистое.

Тут же у Коловерши в лапках оказалось бирюзовое махровое полотенце.

— Это не мое, — покачала бабушка головой. — Но, значит, тебе подарок от проказника.

Умылась я в саду, смыла с плеча всякое, вытерлась и натянула футболку.

— А теперь, Агнетка, тащи свою худосочную пятую точку в дом, посылки разбирать будем, — крикнула мне Матрена.

Вот мы с ней повеселились, насмеялись и наговорились.

— Смотри, какую я себе фирменную майку купила со Скруджем. Она в темноте светится, — натянула на себя Матрена черную футболку с ярким принтом.

— Точно светится? — спросила я.

— А давай проверим.

— И как?

— В туалете спрячемся, там темно, — предложила она.

Залезли мы с ней вдвоем в туалет и закрылись.

— Тесно у тебя тут, как в гробу, и ни фига твою майку не видать, — сказала я.

— Вот ведь жулики, обманули старушку. А ты откуда знаешь, как там в гробу? — спросила она со смехом.

— Предполагаю, как у тебя в туалете, — рассмеялась я.

— Так мы с тобой в одном гробу лежать не будем.

— Я на это надеюсь.

— Да и в туалет принято ходить все же в одиночестве. Ой, смотри, вроде светится, — оттянула она футболку с живота.

— Это глаза Коловерши.

С хохотом мы вывалились из туалета Матрены. Потом долго и весело рассматривали и примеряли другие покупки бабушки. В итоге мне вручили две футболки со светящимся принтом в темноте, скатерть и какой-то непонятный предмет.

— Я сама не знаю, что это, может, вы там разберетесь с этой штукой, — призналась бабушка. — А скатерть я брала, чтобы из нее сшить юбку. Но вот думаю, буду идти по улице, а народ станет шептаться, дескать, у