Осатаневшие - Джефф Стрэнд
– Может, мне даже понравится, – сказал Вик. – Удачи тебе повеселиться с этой фригидной сучкой. Надеюсь, ты не против насадить ледышку.
– Я пошла за ножом. – Куинн привстала.
– Стой. – Я еще не был готов идти дальше. Если мы отрубим ему голову и он не сможет говорить, это будет означать, что переговоры провалены. А Вик, похоже, был не готов отозвать исполнителей «священного долга», что бы мы там ни сделали с его телом. Но, обезглавив его, мы лишились бы рычагов давления.
– Что?
– Другие демоны. Чего именно они хотят?
– Адских мук для нас.
– Их волнует только месть? Может ли главной целью быть спасение Вика?
– Нет, – сказал тот. – Им нужна только месть.
– Заткнись. Не с тобой говорят. – Я посмотрел на Куинн. – Допустим, мы приставили лезвие к его горлу. Угрозы отрубить голову хватит, чтобы их остановить?
– Понятия не имею.
– Это не значит «нет». Они называют друг друга братьями и сестрами. Между ними есть связь. Они не хотят, чтобы его постигла участь, которая хуже смерти. Может быть – хотя могу ошибаться, – они будут бездействовать достаточно долго, чтобы мы добрались до машины.
– Сомневаюсь.
– Опять же, «сомневаюсь» не значит «знаю точно». Они вообще в курсе, что здесь произошло? Возможно, они думают, что Вик цел и невредим. Это тоже может сыграть нам на руку. На несколько секунд они застынут в шоке, увидев, что от него остался только торс. Это может сработать.
– То есть ты предлагаешь взять его с собой? – спросила Куинн.
– Именно.
– Хочешь, чтобы мы дошли до машины с туловищем Вика в руках?
– Так точно. Он не такой уж тяжелый. Точнее, тяжелый, конечно, даже без рук и ног, но втроем с копом донесем. У нас получится.
Я ждал, что Куинн назовет меня идиотом. Но она лишь вздохнула.
– Знаешь что? Это лучший план из всех, что у нас есть. Но начинать нужно с начала. И это не каламбур.
– Я каламбура и не понял.
– Неважно. Ты нанес ему несколько ударов в горло, и он выжил. Так что мы не можем выйти на улицу и попытаться отрезать ему голову. Ну прям вот стоять, резать и надеяться, что они будут вежливо ждать, пока мы закончим. Сначала пройдем достаточную часть пути.
– О, – сказал я. – Да, звучит логично.
– Я принесу из гаража ножовку.
– Хорошо. Поторопись. Ну, насколько уж можешь поторопиться со стрелой в ноге.
Куинн, прихрамывая, прошла на кухню.
– Еще не поздно, – сказал я Вику.
– Поздно стало, как только ты приставил нож к моему горлу, – сказал он. – Твоя точка невозврата осталась там. Не здесь.
– Мы говорим о твоей точке невозврата. Отзови их. Отошли прочь.
– Ты слишком много болтаешь.
– Вряд ли больше любого нормального человека. Сейчас я пытаюсь решить нашу проблему словами, а не силой. Как человек, к которому применили силу, ты, думаю, хотел бы помочь мне.
– Не-а.
– Ладно. Надеюсь, твои братья и сестры будут благоразумнее.
Из гостиной вышел офицер Тичи.
– Вы выкололи ему второй глаз?
– Вы не слышали его криков?
– Наверное, слышал.
– Мне нужно, чтобы вы помогли нести его. Я возьму его сверху, вы – снизу, а Куинн будет держать у его шеи ножовку. Если повезет, демоны не станут подходить близко, и мы успеем сесть в машину.
– Они уже близко. На крыльце. Думаю, они могут ворваться в любую минуту.
– Тогда нужно действовать быстро. План вас устраивает?
– Да, давайте. – Тичи сказал это так, будто я предложил ему картошку фри в дополнение к бургеру. Дорого ему выйдет лечение, если не отправят прямо в палату с мягкими стенами.
Вернулась Куинн с ножовкой.
– Тичи говорит, что они на крыльце, – сказал я.
– Тогда начали, – кивнула Куинн. Она присела и приставила ножовку к шее Вика. Он вздрогнул.
– Не перережь ему голосовые связки, – сказал я. – Нам надо, чтобы он мог говорить.
– Где они находятся?
– М-м-м… – Я посмотрел на Тичи. – Не знаете, где находятся голосовые связки?
Бедный коп покачал головой.
– Думаю, спереди. Так что начинай сзади.
– Наклони его вперед и вниз.
Я наклонил Вика. Его торс оказался намного тяжелее, чем я ожидал. Видимо, я предполагал, что его вес большей частью сосредоточен в мышцах рук и ног.
– Это последний шанс, – сказал я ему. Не знаю, почему все еще пытался его уболтать. Мне казалось, что я просто обязан предложить ему последний шанс избежать отрубания головы.
Вик, естественно, послал меня на хрен. Мне показалось, он немного нервничает. Возможно. А может, я выдал желаемое за действительное.
Куинн приставила лезвие к его затылку и начала пилящие движения туда-сюда.
Вик вздрогнул. Стиснул зубы. А потом закричал от боли.
Я видел, как лезвие пилы вошло ему в шею. Когда оно проникло достаточно глубоко, чтобы пила прочно засела в шее, я сказал:
– Хватит. Идеально.
– Уверен? Я думаю, надо закрепить еще на сантиметр.
– Мы и так потратили много времени впустую. Пора.
– О’кей. Ну и как мы будем действовать?
Я жестом указал на Тичи.
– Мы с офицером будем держать Вика. Ты держи руку на ножовке и пили по моему сигналу. Говорить буду я.
Тичи, все еще напоминающий зомби, помог мне поднять Вика. Культи почти полностью покрылись коркой, и на нашей одежде оказалось куда меньше крови, чем я ожидал. Но все же Вик был чертовски тяжелым, и мы не знали, за что его взять, если рук и ног нет. Пока мы с трудом тащили его к входной двери, я подумал, что мы потеряем фактор устрашения, если хоть раз его уроним.
Стекло на двери разбилось вдребезги.
Твою мать.
Вик выскальзывал у меня из рук. Куинн открыла дверь, и да, на крыльце стояла толпа людей в сатанинских масках. Что-то подсказывало, что скучно точно не будет.
Глава 15
– Свалите на хрен! – крикнул я, стараясь звучать сердито, а не испуганно. – Немедленно свалите, уроды гребаные!
– Я отпилю его гребаную башку! – рявкнула следом Куинн. Как и я, она, похоже, считала, что слово «гребаный» лучше всего отражает кипящий в душе гнев.
– Сейчас же! Все! Два раза не повторяю! – При необходимости я бы, конечно, повторил, но говорить об этом не стал.
– Я отпилю его гребаную башку! – повторила Куинн.
Демоны так и стояли на крыльце. Я не мог видеть их лиц, соответственно, не видел эмоций. Но мне нравится думать, что они не ожидали такой картины. Мы с офицером несли Вика, а Куинн держала ножовку,
