Дети тьмы - Джонатан Джэнз

– На меня никто не влиял, – ответила Мия. – Я хотела увидеть Уилла, вот и все. И он не плохой.

Она посмотрела на меня.

– Как раз наоборот.

Теперь настала моя очередь краснеть. Я подавил желание пройтись по офису колесом.

Шварбер мрачно посмотрел на меня.

– Поверь мне, мальчики, которые нравятся тебе сейчас, разочаруют тебя потом.

Мия ответила:

– Не думаю, что мои вкусы вас касаются, помощник Шварбер, – и провела рукой перед лицом. – Я не слепая.

Шварбер стал просто пунцовым.

В этот миг начальник Кавано вплыл в дверь. Проходя мимо Мии, он положил руку на ее обнаженное плечо, и мне его жест не понравился. Знаю, я говорю как собственник, но мне это не показалось. Не раз, ожидая разговора с копами, я замечал, как Шварбер бросал на Мию долгие взгляды, слишком долгие, чтобы считаться приличными. Наверное, решил я, это из-за ауры зрелости, незримо окутывавшей ее. Ребекка тоже была красивой – милой, как пятнадцатилетняя девочка. В Мие же чувствовалось нечто знойное, экзотическое. Это приковывало к ней внимание мужчин, неважно, были ли они ее ровесниками или годились ей в отцы. Мне хотелось защитить ее, но еще больше – надрать кому-нибудь задницу.

В этом ничего хорошего не было, учитывая текущую ситуацию.

Кавано опустился в черное вращающееся кресло напротив меня. Поправил на столе табличку – деревянную с полированной золотой вставкой. Начальник полиции Брюс П. Кавано, гласила она. Я гадал, что значит «П». Может, педофил?

Он коснулся большого настольного календаря, сплел пальцы и улыбнулся мне, но глаза остались холодными.

– Так ты наш герой.

Я пожал плечами.

– Меня зовут Уилл Берджесс.

– Я знаю, кто ты. Твоя младшая сестра – одноклассница моей Аннабель.

С упавшим сердцем я вспомнил, что слышал об Аннабель. Пич никогда не называла ее фамилии, но уже несколько месяцев жаловалась на девочку, которая смеется над ее одеждой, хвостиками и тем, как она говорит. Дошло до того, что Пич больше не хотела ходить в школу, а это, на мой взгляд, не должно случаться ни с одним ребенком, особенно в чертовом детском саду. Я дюжину раз говорил маме об этом, но у нее был один ответ: «Все уладится само собой».

Это значило, что Пич так и будут дразнить и никто за нее не заступится.

Что-то, должно быть, отразилось на моем лице, потому что Кавано улыбнулся шире.

– Аннабель говорит, что Софи не ладит с другими детьми.

– Ее зовут София, – сказал я. – Но она предпочитает Пич.

Он скривился.

– Никогда не понимал, как можно назвать ребенка в честь фрукта.

– Более того, – сказал я звенящим голосом, – Пич прекрасно ладит с другими детьми. С теми, которые не издеваются над ней.

Я ожидал, что начальник взбесится, но он только слабо отмахнулся.

– Ну, дети так выбирают себе компанию. Как это называется? Естественный отбор?

– Плохое воспитание.

Улыбка Кавано померкла. Он взглянул вбок, и, проследив за его взглядом, я понял, что Шварбер и Мия смотрят на нас. Мия была в восторге.

Возможно понимая, что его вывел на чистую воду пацан, Кавано издал смешок, который должен был сойти за легкомысленный.

– Вам комфортно, мисс? – спросил он Мию.

Она посмотрела на меня, ее глаза блеснули.

– Пока Уилл здесь – да.

Кавано взглянул на Шварбера.

– Тогда вам лучше продолжить беседу.

Шварбер нахмурился, его и без того низкий уровень интеллекта упал еще на двадцать пунктов.

Я сказал:

– Он имел в виду: хватит подслушивать.

Шварбер дернулся и притворился, что поправляет вещи на столе.

– Итак… на чем мы остановились?

Я посмотрел на начальника. Он был удивлен.

– Ты его разглядел? – спросил он.

Я помрачнел, вспомнив, почему я здесь. Из-за Кайли Энн.

– Я его не видел, – сказал я. – Только фигуру, но расплывчато. И было темно.

– То есть это мог быть кто угодно.

– Ну…

– Или никто.

Боюсь, я выглядел дураком.

– Простите?

– Если ты не видел, кто это, как ты понял, что ее похитили?

– Я видел, как ее утащили с тропинки.

– Но кто?

– Я же сказал, я не…

– А может, ты зашел слишком далеко и девчонка Любеков попыталась от тебя убежать?

Меня словно ударили в живот.

Мия потрясенно сказала:

– Уилл был со мной, не рядом с…

– Помощник Шварбер, – оборвал ее Кавано, – проводите мисс Сэмюэлс в зону ожидания. Уверен, родители будут рады забрать ее домой.

Мия в ярости шагнула к начальнику.

– Я хочу знать: на что вы намекаете?

Кавано не обратил на нее внимания.

– Терри?

Как дрессированная мартышка, Шварбер вскочил на ноги и бросился к Мие. Попытался взять ее за руку, но она вырвалась, с силой, которой я в ней не подозревал.

– Не трогайте меня! – огрызнулась она и набросилась на Кавано. – Вы не можете замять то, что случилось этой ночью, и вы точно не свалите это на Уилла лишь потому, что за него некому заступиться.

Сложно объяснить, что я тогда почувствовал. С одной стороны, я был тронут ее попыткой меня защитить. Я не мог вспомнить, чтобы кто-нибудь, кроме Криса, вставал на мою сторону. В то же время я чувствовал стыд, словно это была благотворительность.

Терпеливо улыбаясь, Кавано встал и попытался проводить Мию к двери.

К моему изумлению, Мия не сдвинулась с места.

– Не смейте меня трогать!

Я заметил ее родителей в зоне ожидания – обычном застекленном вестибюле. Ее мама, красоту которой она унаследовала, в волнении сплетала руки. Отец – невысокий и лысый, намного старше матери – тоже казался напуганным.

Я взял Мию за руку. Она резко обернулась, и я увидел, с какой яростью она смотрела на Кавано и его помощника. Потом ее лицо смягчилось.

– Все в порядке, – сказал я. – Они знают, что я ничего не делал с Кайли Энн. Правда, начальник Кавано?

Он выглядел так, словно проглотил что-то горькое. Я понял, что ему хотелось возразить, но он понимал, что тогда Мия не уймется, а сражаться с ней – все равно что с пумой.

Он сказал:

– Мисс Сэмюэлс, мы просто хотим поговорить с мистером Берджессом. Вам не о чем волноваться.

Звучало не слишком утешительно, как по мне, но Мия успокоилась. Она направилась к родителям, но прежде, чем выйти за дверь, сказала:

– Не дай им себя запугать, Уилл.

Я улыбнулся, подумав, что женился бы на ней прямо сейчас, если бы мог.

– Не беспокойся. Я справлюсь.

Шварбер наградил меня ледяным взглядом, но начальник беседовал с Сэмюэлсами в вестибюле. Почти минуту мы с Шварбером сидели в неуютной тишине. Я хотел спросить, как ему удается так идеально подстригать усы, но чувствовал, что этим секретом он не поделится. Наконец Кавано вернулся и снова сел напротив меня.

– А теперь, – сказал он, – завязывай с этим