Безликий - Олег Иванович Баландин
«Пора валить отсюда!» — решил Булат. Едва он выскочил в коридор, как тот наполнился народом. Сразу человек восемь повылазило. Парень прошел по коридору к выходу.
«Пронесло. Вот только куда та чертова пирамида делась?!» — думал он. Больше он в кабинет Шишлова не совался. Там следак взялся разбирать бумаги Гаврилова. Булат покатил домой.
На другой день на промысле была суета. Следователи допрашивали всех подряд. А Булата волновал лишь один вопрос: «Куда делась пирамида?»
Спросить в открытую об этом того же Леню он не мог. Поэтому постарался выведать у Шишлова об этом как-то вскользь. Спросил что-то типа того, что мол с Андрюшкиными вещами? А Шишлов ответил, что стол и прочие вещи Гаврилова прошерстили следователи. Что-то позабирали.
— Как будто из этих бумаг и вещей что поймут! — добавил он в конце.
— А почему не поймут? — спросил Булат.
— Да причем здесь Андрюшкины бумаги?! Старик тот явно тронутый! Маньяк отмороженный! На хер бы ему нужны были режимы работы скважин или прочее в этом роде! — истерично выдал Нужник.
Он явно не отошел от произошедшего накануне. И немудрено. Не каждый день твоего знакомого мочат из лука, а потом отрезают ему голову у тебя на глазах!
Через пару недель все успокоилось. Жизнь вошла в обычную колею. Всякие газетенки, и местные, и московские, какое-то время посмаковали происшествие. В их изложении Бабай был то фанатик-мусульманский фундаменталист, то тронутый маньяк, то сатанист. Болтали много, толком ничего не зная. Один писака умудрился насочинять про маньяка, который уже наотрезал чуть ли не пару сотен голов. Постепенно шумиха утихла. Люди на промысле тоже перестали болтать о произошедшем.
Да и участники событий понемногу разъехались. Сначала, буквально через месяц, свалил в свою Тамбовщину Петрович. Приехал он на газовый комплекс за квартирой. Но в новых реалиях хата ему уже не светила. Бесплатное жилье в капиталистической России уже не выдавали. И Петрович отбыл на родину.
Через пару месяцев в Москву свалила Натали. Сумела перевестись в головной офис Газпрома.
Чуть позже в столицу отбыла Ленка, продав хату в Астрахани. С матерью она примирилась.
А месяца через четыре в Москву перевелся и Леня-нужник. Сумел как-то оказаться нужным московскому начальству.
А Булат так и оставался в родной деревне. Волею судеб оказался на Первой Чеченской. Прошел ее от начала до конца. Парню повезло. Не был даже ни разу ранен. Хотя войну прошел отнюдь не писарем при штабе. Насмотрелся там всякого. В том числе отрезанных голов. И тем не менее, когда вернулся, все не мог забыть случай с Андрюшкой. Ну не было у него уверенности в правильности содеянного!
Двадцать лет спустя
В лето 2014 года в одном из модных московских храмов шла служба. Все было благостно и пафосно. Большие люди слушали проповедь. Служба окончилась и большие люди повываливали наружу. Один из них прошел к ожидавшему его мерседесу. Сел на заднее сидение и бросил водителю:
— В офис.
— Есть босс! — бодро ответил водила.
Здоровенный детина. Был он и водилой и телохраном. А представительный господин на заднем сиденье был Леня-нужник. Правда теперь назвать его Нужником вряд ли бы кто осмелился. Теперь он был Леонид Сергеевич Шишлов. И никак иначе! Один из больших боссов Большой Корпорации. Пусть и не из самых топов, но и далеко не последний в корпорации человек.
Карьера его в Москве сложилась весьма успешно. Нужник сумел стать нужным и тут. Чтобы не облажаться и не сделать чего-то не то по работе Шишлов всеми правдами и неправдами старался не принимать никаких решений. И ему это прекрасно удавалось! Причем, чем выше становилась должность, тем легче. Стандартные вопросы разруливали подчиненные. А если проблема была такой, что просто не решалась, то Леня начинал тянуть резину. В этом деле он стал настоящим мастером. Он создавал комиссии, проводил кучу совещаний, привлекал экспертов, и т.д., и т.п. Время шло, имитация бурной деятельности была впечатляющая. Бумаг, протоколов, запросов и ответов на запросы были толстенные папки. Результат для производства, правда, нулевой. Но кто за это в большой корпорации спросит? Главное, что все регламенты соблюдены и никакие корпоративные нормы не нарушены! А проблема или переставала быть актуальной, или ее решал какой-нибудь отчаянный мужик на месте. Решал, как мог. Получая потом по полной программе за нарушение регламентов и корпоративных правил.
Лет пять назад Шишлов решил уйти в самостоятельный бизнес. Благо, нахапал для этого достаточно. Но тут выяснилось, что в самостоятельном деле без принятия самостоятельных решений и взятия на себя ответственности никак не получается. Промаявшись пару лет, Леня продал свой бизнес и опять вернулся в большую корпорацию. В привычную для себя среду безответственности и некомпетентности.
Семья его давно уже жила в Австрии, где у Шишлова была куча недвижимости и капиталы по заграничным банкам. В общем, жизнь удалась. И все сам, все сам! Ну, почти все. Иногда только прибегая к помощи неких сил извне.
А в последнее время Шишлову стало страшно. Как раз из-за этих помощников. Он задолжал им. Защитить от них не могли ни полиция, ни ФСБ. И Леня кинулся в церковь. Вернее, в церковь он ходил давно, как большинство нынешних больших людей. Ныне бывшие атеисты-коммунисты и атеисты-комсомольцы табунами повалили в храмы. Скоропостижно все уверовали и воцерквились. Нужник как все. Правда, выйдя из храма, частенько отправлялся к девочкам. Или к мальчикам. Еще в начале своей московской жизни у Лени возникла дилемма, насчет подставить или не подставить очко. Карьера требовала. Решив, что раз — не пидарас, подставил. Разом дело не обошлось. А потом так и пошло. Не то, чтобы очень уж понравилось. Но голубая тусовка была очень влиятельной. А своих пидоры продвигали почище, чем среднеазиатские диаспоры.
