Логик - Владимир Геннадьевич Поселягин
- Готов, - сказал Кривов, убирая нож в ножны. Кстати, ремень с полицейского-часового уже на нём был.
- Собираем трофеи с немца и уезжаем. За ночь нужно уехать как можно дальше. Нам житья не дадут, так что мы с сестрёнкой, дедом и бабушкой с вами. Через линию фронта. Как лучше это сделать?
- До линии фронта километров шестьсот, - вздохнул тот, помогая деду снять с немца всё ценное. Даже сапоги дед стягивать стал. Сам он бос был.
Запрыгнув в машину, я поставил на нейтраль ручку переключения передач, и запустив движок, глянул на датчик уровня топлива. Выбравшись наружу, сообщил:
- До наших не доехать, бензина километров на пятьдесят от силы. А с новым движком, после ремонта, думаю даже меньше. Может тут где аэродром рядом? Угоним ночью самолёт и к своим. Вы управлять умеете, лётчик всё же.
- Ты думаешь это так просто угнать вражескую машину?
- Пока не попробуем не узнаем, - возразил я, заставив того задуматься.
Тут я стоя на подножке кабины обнаружил в зажимах карабин и проверил его, после этого отдал подскочившему деду, что сразу схватил его, вполне умело проверяя патрон в патроннике.
- Так что, есть тут где рядом аэродром? Кто знает? Дед, даже не думай оставаться, с нами с бабушкой полетишь. У наших помогу устроиться, дом вам куплю.
- Домой бы заехать, вещи забрать, - не совсем уверенно сказал тот.
Тут Кривов подал голос:
- Есть аэродром рядом. Надо вспомнить где, нам о нём сообщали перед вылетом, но он дальней бомбардировочной, Москву и Горький бомбят… Нет, не помню. Штурман будить надо, он точно сориентирует нас.
Этим капитан занялся, я с дедом в кабину и вот так медленно двигаясь, поехали к его деревне. Полицая своего там не было, так что рискнули там появиться. За десять минут доехали, дорога была та самая, нас по ней и привезли в телегах. Остановив машину у нужного дома, заглушил движок, но фары оставил. Так что дед открыл борт и помог спуститься своей бабуле, Лиза из-за тента выглядывала осторожно, ей тоже помогли спуститься, и дальше бегали, носили всё в кузов, соседи собрались, узнав высокую долговязую фигуру деда. А вот соседку дед не тронул, плюнул под ноги и отвернулся. Та скандалистка, не сдержала язык, и информация о лётчиках разошлась. Много вещей они вернули, скрыли, когда полицаи многое раскидали, пока искали лётчиков. Даже шесть кур и петуха вернули. Вот корову увели немцы, где она теперь никто не знал. В общем, что могли, взяли, попрощались со всеми, и я, покатившись вниз с возвышенности, так запустил движок, а то батарея у машины оказалась дохлая, почти разрядилась пока фары светили эти сорок минут. Вот так и покатили. За рулём снова был я, рядом дед. Да, штурмана разговорить удалось, но ответ разочаровал. Про аэродром тут знали, но где он, нет. Просто получая задание на бомбёжку станции в Виннице, дали информацию и по нему, если мол обнаружат, то этот аэродром становиться первоочередной целью. Но где он, они не знали. А дед знал, шурин приезжал неделю назад, говорил, что рядом с их деревней самолёты взлетают и садятся, всё под охраной, солдат много. На днях появились. Правда, по прямой до деревни шурина, порядка пятидесяти километров будет. Не доедем.
Действительно не доехали, уже через сорок километров двигатель стал работать с перебоями, так что я свернул и загнал машину под деревья. Тут удачно овраг, в него мягко и скатились. Пока я рубил топориком деда ветки, тот с Кривовым достал штурмана, вещи, помогли бабуле с Лизой спуститься, ну и замаскировали ветками машину. Несмотря на своё состояние, я обговорил, что делать дальше. Без разведки лезть куда-либо точно не стоит. Пусть они тут остаются, а я пробегусь, гляну где аэродром, что там и как, может топливом разживусь. Пусть себя в порядок приводят. Кстати, когда мы в деревне были, соседи нам поесть принесли, у кого что было, мы все голодные были. Так что я навернул варёной картошки с солёными огурцами и грибами. Сыт был. Пусть один глаз закрыт от гематомы, губы разбиты, вид ещё тот, но физически я сильно не пострадал. То есть идти смогу. Бежать вряд ли, в травмы отдавать будет, а идти точно нет. Рядом небольшое озеро, почти болотом, я там отмылся, переоделся в чистую одежду Юрия, запасная из дома, и вот поспешил прочь. Мне узелок с едой выдали. Пока темно нужно как можно дальше уйти. Те тоже привели себя в порядок и отдыхать. Только дед на часах с немецким карабином. Договорились с капитаном по очереди охранять. Следы съезда с дороги замаскируют, как рассветёт, сейчас всё равно ничего не видно.
За остаток ночи я прошёл от силы километров семь, пока светать не начало. Использовал метод римских легионеров. Километр идти - километр бежать. Не с моей опухшей и избитой моськой мелькать на виду, поэтому сразу сошёл с дороги, заодно присел отдохнуть. Да поел, есть постоянно хочется, организму материал требуется, на восстановление тела. В узелке и было два кусочка хлеба, две варёных картошки в мундире и целый огурец. В смысле, не порезанный и большой, солёный. Да как-то быстро всё смолотил, сам не понял, вот так сыто отдуваясь, отряхнул платок и убрал в карман брюк. Кстати, я был в чёрных брюках, закатанных до колен, серой рубахе, тонкий кожаный поясок. Лёгкая кепка. Ноги босы. Да и видно, что парнишка привык так бегать, я неудобство при ходьбе особых не испытывал. Нательного белья не было, деревенские дети особо его не носят, как оказалось. Вот так, подумав, вышел на дорогу и побежал дальше. Если кто появлялся, не прятался, просто отходил, не показывая лицо, вот и всё. Так и добрался до нужной деревни, не смотря на своё состояние и заметную усталость, вторые сутки не сплю. Хотя я лично попал в тело меньше суток назад, пятнадцать часов прошло.
Да, на подъезде был пост, станционный, где меня и тормознули, а потом повели в деревню. Ошибся дед, тут не аэродром бомбардировочной авиации, а связной и транспортной потому как рядом с деревней разместился штаб. Да довольно крупный. Интересно чей? Для армии далековато от фронта. Для штаба Группы Армий, место несколько
