Дикое сердце джунглей - Майя Вьюкай

Хант многозначительно улыбнулся.

— Когда он узнает, на кого я их потратил, то его гнев сразу утихнет, уверяю тебя.

— Это всего лишь царапина. — Я деланно равнодушно пожала плечами. — Не стоит тратить на меня невосполнимые ресурсы.

Хант встал в позу.

— Твоя царапина воспалилась и теперь выглядит скверно, так что убери руку и дай мне тебя залатать.

— Да говорю же, не стоит.

— Будет ли нас кто-то спасать, если ты завтра помрешь, принцесса?

Не зная, что на это возразить, я сдалась и позволила Ханту обработать воспаленные длинные полосы от когтей, а потом заклеить их медицинским пластырем во избежание заражения.

Глава 14

Вечером на меня обрушилась новая волна расспросов о Деклане и синъерциях. Ни о чем другом люди говорить не хотели, поэтому после захода солнца все обсуждали мир, в который мы угодили, и спорили между собой о том, что реально в моих снах, а что реальностью быть точно не может. Даже исцеление Стэллера некоторые выжившие умудрились поставить под сомнение и списали его магическое возвращение к жизни на массовую галлюцинацию.

Скорпион увязался за мной хвостом, когда я озвучила, что иду спать, и терроризировал странными вопросами о Деклане до тех пор, пока его не отогнал Стэллер.

— Ты права. — Док проводил парня хмурым взглядом. — У него какой-то нездоровый интерес.

— Во-во! Рада, что ты тоже это заметил.

Заснуть у меня не получалось. Нервное перенапряжение не позволяло сомкнуть глаз и унять поток беснующихся в голове мыслей. Всю ночь я прислушивалась к шорохам в кустах и постоянно поглядывала на костер, боясь, что он может внезапно погаснуть, и тогда на лагерь опустится темнота, в которой живут плотоядные монстры.

— Сегодня я слежу за костром, а не ты, — прошептал Феликс, когда я в очередной раз приподнялась на локтях, чтобы убедиться в безопасности лагеря. — Спи уже.

В те моменты, когда я все-таки закрывала глаза, в памяти мгновенно всплывали зловещие морды, и из-за них сердце начинало биться устрашающе быстро, дыхание перехватывало и ощущение удушья стремительно накрывало. Приходилось снова смотреть на костер, чтобы успокоиться.

Стэллер дрых рядом со мной. Если его и мучили кошмары, то исключительно во снах, а не наяву. За всю ночь он ни разу не проснулся, даже позу не сменил. Как лег на спину вечером, положив одну руку под голову, а вторую на грудь, так и проспал до зари.

Под утро я умудрилась ненадолго задремать. И видимо, из-за того, что уже наступил рассвет, а на рассвете Деклан всегда начинал мои поиски, в синъерции мы не встретились.

Проспав около сорока минут, я подскочила от воплей Нэнси, которая испугалась забравшегося к ней за шиворот жука, и после этого уже не смогла уснуть.

День тянулся мучительно долго. Из-за недосыпа я чувствовала себя самым паршивым образом, но старалась бодриться. Первую половину дня я провела у люцерий, помогая собирать плоды сначала Стэллеру, а затем сменившему его Ирвину; во второй половине — кипятила воду в лагере и подбрасывала в костер хворост, а ближе к вечеру отправилась на противоположную сторону озера вместе с Марией и Медведем, чтобы найти целебное айро. У одного из подростков появился страшенного вида укус на шее, и парня начало лихорадить, поэтому мы решили перестраховаться и напоить его соком айро заблаговременно.

Ночью я спала беспокойно и постоянно просыпалась от звуков ночных джунглей, но уже не задыхалась от паники, едва закрывала глаза. Синъерции снова не было, и Деклан не появлялся.

И следующей ночью я его тоже не видела.

Как и несколько ночей после…

Волнение начало одолевать меня с удвоенной силой, когда минула почти целая неделя с последней синъерции. Шесть дней прошло! Я не знала, что думать. Предположений, куда мог подеваться Деклан, у меня имелась масса, но все они вызывали липкий страх. В итоге я начала склоняться к двум версиям, где в первой с Декланом что-то случилось, а во второй — он просто решил, что ему не нужна чужеземная нэйра, и досрочно свернул мои поиски.

Ложась спать после очередного изнуряющего дня, я с ужасом думала о том, что будет, если Деклан не появится ни через две недели, ни через три, и даже ни через месяц. Никогда больше.

— Ты чего маешься? — Стэллер заметил, что я не сплю, а беспокойно кручусь на своей подстилке и потерянно таращусь на звездное небо, будто надеюсь найти там ответы на все тайны мироздания.

— Спина болит, — я почти не соврала, — от лежания на земле все тело адски ломит.

У меня не хватало смелости признаться Стэллеру, что я перестала видеть того единственного, на чью помощь уповала, и теперь боялась, что мы все обречены.

— Хочешь, сделаю тебе массаж? — Стэллер лег ближе, его шепот прозвучал у самого моего уха.

— Звучит заманчиво, — усмехнулась я.

Массаж и правда бы не помешал моей больной спине и затекшим мышцам. Вот только рука Стэллера легла на мое бедро, а вовсе не на плечо, и заскользила по телу вверх, явно намереваясь сделать какой-то другой массаж, о котором я не просила. Мужские пальцы коснулись заживающих царапин на боку, дошли до края топа и сдвинули ткань, собираясь забраться под одежду и… Даже не знаю, что он планировал сделать.

— Я ложусь спать! — резво отстранившись, я с удивлением уставилась на Стэллера. Он смотрел на меня тяжелым взглядом, прерывисто дыша. — И ты тоже ложись, — посоветовала ему, устраиваясь на самом краешке своей лежанки подальше от него. — Через пару часов тебе придется сменить Ханта. Лагерь сам себя не защитит.

Ничего не отвечая и продолжая молча на меня смотреть, Стэллер медленно кивнул.

— Спокойной ночи, — добавила я и легла на бок спиной к нему.

Через какое-то время Стэллер с протяжным вздохом откатился обратно на свою подстилку, и только тогда я смогла немного расслабиться.

— Элиза? — позвал он меня минут через десять, как-то догадавшись, что я еще не сплю. И вообще, сна теперь ни в одном глазу у меня нет.

Я не обернулась, но спросила:

— Что?

Снова вздохнув, Стэллер отмахнулся:

— Ничего. Спи.

Но после такого я еще долго не могла заснуть.

И лишь убедившись, что Стэллер спит, Ирвин следит за костром, а Медведь и Хант стоят на страже лагеря, я начала понемногу проваливаться в дремоту, но мгновенно встрепенулась, едва снова ощутила чужое прикосновение к своей обнаженной коже на животе. Я без промедления распахнула глаза, собираясь заехать Стэллеру локтем прямо в нос, однако его нос остался цел, ведь перед собой я