Пожиратель демонов. Том 3 - А. Байяр
Блондин болезненно поморщился, как от пощечины. Но что самое страшное — я, в самом деле, верил ему. Я верил, насколько тяжело ему исполнять этот приказ. Верил, что в любой иной ситуации Ромео для нас опасности не представлял бы. Видимо, это влияние Кайроса, но постепенно в демонах я стал видеть пусть и не людей, но других разумных, которые так же способны чувствовать боль и испытывать эмоции.
Возможно, если бы не истовое желание вернуть доброе имя роду Белетов, этот демон с готовностью выступил бы за дипломатичное разрешение конфликта между жителями поверхности и Инферно. Точно так же, как его дальний родственник. Точно так же, как Кайрос.
Вот Ромео отвел от меня взгляд, снова щёлкнул пальцами, и в тот же миг лозы, удерживавшие мою левую руку, сжались с такой силой, что боль пробилась даже сквозь замутнённое сознание.
Взмах рукой, и одна из лоз, в точности повторив движение своего хозяина, стремительно обрушилась на мою левую руку… отсекая её в одно мгновение.
Вспышка боли была настолько сильной, что скверна внутри меня пришла в ещё большее неистовство. Именно это, несмотря на ослепляющую боль, наконец позволило мне сбросить наваждение, созданное магией молодого лорда.
Лозы выпустили меня из крепких объятий, но я чудом сумел удержать равновесие на ватных ногах.
— Это последнее предупреждение. Но если ты не остановишься, мне придется… — голос Ромео дрогнул, — … лишить тебя и правой.
Вот тут ярость уже охватила меня с головой, частично притупляя боль.
Скверна, бунтующая внутри меня и требующая высвобождения, тут же устремилась к тому, что осталось от отрезанной конечности. Вернуть ее она мне не смогла. Только запечатать сосуды, дабы остановить кровотечение. Но и этого оказалось вполне достаточно, чтобы снова броситься в атаку на демона, стоящего всего в паре шагов от меня.
Кажется, такого поворота событий Ромео не ожидал. Он попятился, а его руки, взмывающие в воздух снова и снова, поднимали из-под земли всё новые лозы. Древесные корни присоединились к ним. Поползли к моим ногам, предпринимая попытку сковать, но я успевал срубать их прежде, чем они достигали цели.
— Я не могу нарушить приказ! — крикнул демон. Взмах сильных крыльев, и он поднялся в воздух, вновь стремясь разорвать дистанцию. — Как ты не понимаешь⁈ Иначе всю мою семью…
— Это ты не понимаешь, что моя семья тоже хочет жить! — заорал ему в ответ.
Сладкий аромат распустившихся роз опять заполнил собой пространство, но, оттолкнувшись от земли обеими ногами во вспышке скверны, я выпрыгнул из дымки наваждения.
— Хочет пережить этот Мор и все, последующие за ним! — добавил я.
А затем меч рассек воздух буквально в сантиметре от тела Ромео. Недостаточно, но уже чертовски близко!
Демон приземлился на одно из рядом стоящих деревьев, я — на соседнее, не спуская с него глаз.
— Я же вижу, что всё твое естество противится воле Совета, — поделился с ним своими наблюдениями, на что Ромео прищурился и скривил губы. — Она тяготит тебя. Так почему бы тебе не избавиться от душевных терзаний? Почему тебе вообще нужно делать выбор в их пользу? Твоя семья и так обретет могущество, когда ваши лорды падут.
— Ты явно недооцениваешь мощь Совета Инферно, Влад из рода демоноборцев… — уставился на меня демон исподлобья.
— Я знаю о нем куда больше, чем ты думаешь. Просто подпиши со мной контракт. Подпиши его, отдай свою душу добровольно, как Кайрос, и мы скорее отыщем способ добраться до сотого этажа. И восстановить статус рода Белетов. Ты ведь к этому так стремишься⁈
— Ложь! — взмахнул Ромео рукой.
Ветви дерева, на котором я стоял, потянулись ко мне и, оттолкнувшись от него, я снова ринулся в сторону демона, теперь уже с единственным намерением — убить и сожрать.
Да простит меня Кайрос, переговоры сорвались, хотя я с самого начала не рассчитывал на добровольное пожертвование. Если хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам. Так считал я, загоревшись желанием поднять род Морозовых с колен, и мнение Ромео было аналогичным. Он тоже хотел сделать всё сам, не питая надежд на чью-то помощь извне.
Теперь я был уверен, что мы похожи. Слишком похожи, чтобы при нашей встрече выжить смогли оба.
В щепки разрубив ветви, преграждающие мне путь, успел полоснуть демона по ногам, когда тот уже собирался взлететь. Он сорвался вниз, но перевернулся еще в полете и направил в мою сторону еще больше лоз с земли.
Мне уже плевать было на эти никчемные лианы. Лишь мысль о столь долгожданной душе будоражила меня и придавала сил. Спрыгнул следом, занося меч…
Растения снова принялись окутывать меня. Крепко стянули ноги и единственную руку, однако гнев скверны оказался сильнее их хватки.
Грохот от нашего с Ромео приземления раздался по всей округе, вспугнул сорвавшихся с деревьев птиц. А всё благодаря частично высвободившейся скверне, образовавшей под нами немалую воронку.
Но вот поднявшаяся в воздух пыль рассеялась, и в следующий миг демон, приоткрыв рот, неверяще уставился на свою грудь и торчащий из неё клинок. Моё тело вспыхнуло энергией, которая на миг вырвалась наружу, сжигая также и растения, удерживавшие меня.
Теперь я с силой вонзил меч еще глубже в податливую плоть, и Ромео оказался в моей власти. Стиснув зубы, провернул клинок, и тут же ощутил, что долгожданный момент слияния наших душ наконец настал.
Поток льющихся из демона сил и перетекающий ко мне еще не оборвался, но перед глазами уже замелькали фрагменты воспоминаний. Чужих, но отныне ставших и моими собственными. Настолько ярких, сочных и наполненных эмоциями, что онемела голова.
Наставления отца и матери, игры с многочисленными братьями и сестрами… Ведь несмотря на все лишения, которые приходилось испытывать роду Белетов, эти дети позволяли себе искренне смеяться и улыбаться.
Затем трудности учебы, изнывающие тренировки и заслуженная похвала наставников. Ромео был упорным учеником, и при этом достойно отвечал на издевки сверстников, в то время как я предпочитал попросту игнорировать те же косые взгляды в свою сторону и пересуды за спиной.
Первая битва с тварями.
Влюбленность и признание девушке украдкой.
Первый поцелуй.
Боль от процесса пожирания пронизывала каждую клеточку моего тела, но тут губы тронула улыбка. Я будто бы и сам всей душой полюбил эту дерзкую демонессу с черными, как смоль, волосами. Однако
