Дикое сердце джунглей - Майя Вьюкай

Что ж… Получается, это однозначно не синъерция, но раз и реальностью это быть не может, то выходит, что я всего лишь сплю и пора выдохнуть от облегчения. Наверное, я отключилась на руках у Стэллера. Мои жизненные силы перешли к нему после исцеления, и я попросту потеряла сознание. Надеюсь, хоть не умерла от истощения и это не загробный мир, а то я точно не так его себе представляла.

— Если честно, — я растерянно осмотрела незнакомую местность, — то я и сама не знаю, что здесь делаю.

Сперва синъерция, теперь вот такие причудливые сны… Что дальше?

— Тогда просто вернись обратно. — Мужчина махнул рукой куда-то в сторону костра и принялся ловко распускать подпругу, чтобы снять с зеленой рептилии седло. — А я никому не скажу, что видел тебя здесь. Это будет наш маленький секрет.

Как благородно.

— Да я бы с радостью, — заверила его с искренней готовностью, — но почему-то не могу проснуться.

Прямо как во время синъерции… Это даже настораживает.

— Не можешь «проснуться»? — переспросил незнакомец.

— Ага, никак не получается.

Черт, надеюсь со мной действительно все в порядке, точнее, с моим телом. Я помню, как Стэллер сказал, что я вся горю... Хочется верить, что не в буквальном смысле. Должно быть, у меня снова начался жар.

Мужчина почему-то улыбнулся.

— Ты путаешь слова, ширни, — заявил он полную бессмыслицу, причем весьма добродушно, — хотя произношение у тебя довольно хорошее, не могу это не отметить. Акцент почти незаметен. Мой тебе совет, больше практикуйся. Рантхабе не такой сложный язык, как все говорят.

— Ран... что? Рантхабе?

— Да.

Я напрягла память, но даже близко никакого рантхабе не вспомнила.

— Что это за язык такой?

— Ты снова шутишь? — Мужчина хмыкнул, вешая седло на нижнюю ветку ближайшего дерева. — Рад, что у тебя хороший настрой.

— Разве по моему недоуменному лицу похоже, что я шучу?

— Еще как похоже, — подтвердил он, кивая. — Сегодня у всех какое-то игривое настроение. Даже и не знаю почему, хм… — Незнакомец задумался. — Вроде поводов для веселья у нас пока нет. Мы все застряли в этом лесу на ближайшие полгода как минимум. И я не говорю, что мне это не нравится, просто не хочу, чтобы наши старания прошли напрасно, а оно, вероятно, так и будет.

Я помрачнела.

— После того что случилось с Ашей, мое настроение вряд ли можно называть игривым…

Успокаивают лишь мысли о Стэллере.

— Кто такая Аша?

Я вздохнула.

— Да уже неважно.

Да и не хочется мне думать о ней хотя бы во снах. Для самотерзающих мыслей найдется прорва времени в реальности.

— Она одна из ширни? — вдруг заинтересовался мужчина. — Вы подруги?

Что за ширни, блин?!

— Ты уж прости, — извинилась я перед незнакомцем, — но я что-то совсем тебя не понимаю.

И это, если подумать, вполне нормально. Бредовые разговоры — естественное явление при высокой температуре, тем более если они происходят во снах. Другое дело, что у меня получается мыслить весьма ясно, а вот это уже необычно.

— Ты сказала, что не можешь «проснуться», — напомнил мой новый воображаемый друг.

— Да, сказала.

— Но хотела сказать, что не можешь вернуться в шардам, потому что заблудилась, верно? — Он снова улыбнулся. — Я могу тебя проводить, если хочешь.

— Но э-эм… нет. — Я в растерянности покачала головой. — Я правда не могу проснуться. — Хотя теперь понятно почему. Виной всему сильный жар. — При чем здесь какой-то шардам?

Мужчина привязал ящерицу к дереву и бросил на меня слегка прищуренный взгляд:

— Где твое клаймо, ширни? — вдруг молниеносно перевел он тему.

— Клеймо?

— Нет, клАймо.

— Что?

— Клаймо? — он потрогал рукой свою шею, будто этот знак должен был мне все мгновенно прояснить. — Где оно?

Не прояснил.

Вот ни капли вообще не прояснил.

— Да я и с первого раза вопрос прекрасно расслышала, у меня ведь нет проблем со слухом, просто не поняла его суть, как и суть многих других слов, что ты до этого произнес. Что такое клаймо?

— А ты не знаешь?

— Откуда же мне знать?

— Все знают, — пожал он плечами.

— Ну, видимо, все, кроме меня.

— Так не бывает.

— Да ладно тебе! — воскликнула я, чем явно удивила незнакомца. Он даже слегка опешил от моей эмоциональности. — Во снах бывает и не такое.

— Во снах? — переспросил, начиная смотреть на меня с каким-то подозрением.

— Ну да.

— То есть когда спишь? — переспросил снова, но уже с напором.

— Именно, — поддакнула ему в ответ. — Когда спишь и видишь сон, как, к примеру, сейчас.

Мужчина явно начал сомневаться в моем здравомыслии, поэтому переспросил еще и в третий раз:

— Ты точно уверена, что не путаешь слова?

— Было бы что путать.

— Это значит, что ты точно уверена или уверена, но не до конца?

— Более чем уверена. Такой ответ тебя устроит?

— Ладно, я понял. Скажи честно, — мужчина склонился ко мне, отчего наши лица оказались на одном уровне, — ты сейчас подшучиваешь надо мной?

— Ну разумеется, — фыркнула я, — делать мне ведь больше нечего.

Хотя, вообще-то, и правда нечего. Проснуться же я не могу.

— Возможно, тебе стало скучно, — предположил он, — и ты решила немного поразвлечься за мой счет. Я тебя не виню — торчать в лагере целый день на самом деле скучновато, я бы тоже не выдержал.

Скучновато?!

— О, мужик, — я нервно захихикала, — поверь, мне еще никогда не было так «весело», как в последние дни. Что ни день, то веселье, причем смертельное. Вот тебя когда-нибудь пытались сожрать рогатые пантеры? А доисторические птеродактили утаскивали в свои гнезда, чтобы накормить тобой своих детенышей-монстров? А меня утаскивали. Но знаешь что? Это еще не самое веселое.

— Неужели? — он выпрямился, озадаченный моими словами.

— Ужели! — передразнила его недоверчивый тон. — Я бы и рада немного поскучать для разнообразия, так сказать, но, увы, безмятежные дни остались в далеком прошлом. Понимаешь меня?

— Не совсем.

Что я делаю? Опять спорю со своим воображением. Хорошо хоть в прошлый раз Деклан оказался реальным, а я не вконец спятившей.

— Право рейхма тебе тоже ни о чем не говорит? — задал незнакомец еще один вопрос из разряда странных и абсолютно мне непонятных.

Я развела руками.

— А должно о чем-то говорить?

Он широко ухмыльнулся, и я обалдела, заметив острые клыки в его рту вместо обычных человеческих зубов. Ну кошмар вообще.

— Еще как должно, — заверил он меня и вдобавок подергал бровями, будто намекал на что-то… крайне неприличное.

Я сделала глубокий вдох и посмотрела на темное небо, на котором почему-то сияло три полумесяца вместо уже привычных двух, затем