Власть Мотылька - Артемис Мантикор
Выходит, я не один такой, со способностью? Блин, оживлять картины наверное круче. Хотя моё замедление времени в жизни будет полезней. Идеально против вот таких вот Константинов.
— И давно?
Если он скажет, что сегодня, и что перед этим ему снился эротический сон — я буду долго ржать.
— Точно не скажу, уже пару лет как. Тетка говорит, что у меня особый дар, но, если честно, чаще мне самому от неё прилетает…
— От тётки?
— Не, от этой силы. Знаешь, мне вечно в голову лезет всякое… ну, мрачное. А потом начинают мерещиться чудовища и всё в таком духе. Врач сказал, что у меня шизофрения, выписал таблетки. Да только, если б это была шиза, ты бы ничего не увидел сейчас, верно? Я думал это только у нас… типа семейное, но раз ты видишь…
— Не, это определённо что-то другое. Но нужно придумать, как это использовать.
— Использовать? Хах, не в битве с гопотой, — горько усмехнулся он. — И тем более это едва ли поможет предотвратить конец света…
От этих слов я похолодел.
— Погоди, какой конец света?
— Да… долгая история. Забей, тётя говорит, что я много воображаю…
— Назови дату, — сказал я, повернувшись к новому знакомому. И тот прочитал что-то у меня во взгляде отчего сам будто замер и одними губами ответил:
— Пятого сентября…
— … Две тысячи седьмого года, — закончил я за него.
2. Сновидения
— Откуда…? — испуганно спросил Макс.
— Да так, сны иногда интересные снятся, — я отвёл взгляд, вспомнились пикантные подробности увиденного. — А тебе?
— Я сам не помню, откуда это взял. Может и приснилось. Но это как-то в памяти засело.
Вроде бы он даже не врал, что не помнит. Хорошо, а то было бы неловко, если бы нам снилось одно и то же.
— А от чего конкретно разрушится мир?
— М-м… я только дату помню, — парень виновато пожал плечами. — И… ты же не прикалываешься сейчас? Ты тоже знаешь дату? Думаешь… это правда?
От волнения парень будто глотал слова и сбивался.
— Понятия не имею. Но если нас двое таких, то могут быть и другие, — задумался я. — Ты кого-то ещё знаешь со способностями?
— М-м… нет, но я подумаю. У меня были мысли на этот счёт. Только раньше я не придавал этому значения… пока ты ту же дату не назвал. Знаешь…
Договорить ему не дал громкий звон. Закончилась первая пара.
— Мне пора, — сказала Макс.
— Да, — кивнул я. — Ещё поговорим потом…
От этого разговора осталось что-то тягостное на душе. Сила это круто, а вот дата апокалипсиса из сна — не очень. Что с этим знанием делать я пока слабо понимал.
Это означало, что и другие вещи оттуда могут быть правдой.
В тот день мы больше не встретились с Максом, а обменяться контактами, как цивилизованные люди, как-то в голову не пришло. Слишком поздно об этом вспомнил. Но я не сомневался, что мы ещё встретимся. Даже наша первая встреча казалась мне не случайной… ну или носителей дара больше, чем я думал.
Остаток того дня я провёл в размышлениях, аж до самого возвращения домой. Занятия пролетали мимо ушей и даже лучший друг не мог прошибить мою задумчивость. Слишком много со мной произошло такого, чего по идее не может быть.
Была мысль поделиться с кем-то ещё, но я понимал как глупо это звучит со стороны. Наверное, стоит для начала провести ещё какие-нибудь тесты, и подумать как свои слова о сверхспособностях доказать. В конце концов, со стороны это наверное выглядит как обыкновенная ловкость и скорость реакции. Крутые, но не выходящие за рамки обычного человека.
По прибытию домой я так ничего не надумал и загрузил свеженький «Обливион», чтобы отвлечься. Ещё вчера меня больше всего после занятий интересовал мой каджит с луком. Но сегодня потребовалось много времени, чтобы я выкинул из головы все странности и отвлёкся.
Ложился спать я уже в отличном настроении. А перед сном как обычно собирался уйти в книгу. Вернее, хотел уйти, но почти сразу же вырубился, едва начал чтение. И почти сразу же провалился в новый красочный сон.
На этот раз сон был из той же серии, что и прошлый, но уже без обнажённых девушек. Скорее, это был какой-то мрачняк про людей без лиц, нападавших на всех без разбору. Затем снилась Таня из параллельной группы, мы вместе убегали от этих существ. К сожалению, безуспешно, потому вскоре я проснулся в холодном поту.
Перевёл дыхание, постарался выкинуть из головы всё лишнее и лёг спать обратно. Результатом стал второй кошмар. На этот раз я видел себя на центральной площади с футуристичным бластером против напоминавших червей чудовищ.
Я вновь проснулся в холодном поту, хорошо что хоть без крика. На улице было утро. Шесть тридцать два. Скоро всё равно вставать, так что и ложиться уже не нужно. А мне как-то спать теперь и не хотелось.
Сердце всё ещё колотилось, как бешеное. Оба сна были очень реалистичны, и отмахнуться от них было непросто. До сих пор в голове стоял момент, где меня пробивает тонким жгутом неведомое нечто из книг Лавкрафта.
Но что такое может случиться в сентябре две тысячи седьмого?
Подошёл к окну, глядя на золотистые краски осени. Мирная жизнь и обычные будни, один похож на другой. Человечество вроде уже выбралось из войн и мракобесия. Ну какие мировые войны в двадцать первом веке? Разве что пришельцы прилетят… хотя если я могу замедлять время, то может и они есть? Граница понимания что есть норма вчера сильно пошатнулись.
Бодрящий аромат утренней свежести быстро приводил меня в чувства. Сырость и лёгкая осенняя прохлада с ощущением близящегося дождя дарили чувство умиротворения.
Чуть больше года до того, как это случится. Но кому можно об этом рассказать? Кто мне поверит? Да и что именно я могу рассказать? Что мне сон приснился? Как ни крути, звучит глупо. Только отметку получу о подозрении на шизофрению или ещё какого-то расстройство, как Макс.
По всему выходило, что пока мой единственный союзник в этом деле — один из местных изгоев без друзей. Впрочем, он хотя бы был адекватен.
Плотный завтрак
