Добавь Яркости - Вова Бо
В последний момент я заметил маленького белого кролика, который словно бы посмотрел на меня, прежде чем прыгнуть в портал. Разумеется, никаких кроликов в изолированном кубе быть не могло, так что я пару раз хлопнул себя по виску. Протез барахлит, все же нужно было нормально откалибровать. В ответ на мои мысли зрение пару раз дернулось, создав глич-эффект, но потом пришло в норму. Так-то лучше. Я шагнул в пелену перехода.
Глава 2
Спать — лучшее время дня, да и жизни в целом
Переход напоминал по ощущениям прыжок в воду. Легкая дезориентация, тело словно пробивается сквозь пелену, а потом все приходит в норму. Так было в предыдущий раз.
В этот раз я очнулся от дикой боли. Болело буквально все, но я даже не смог закричать, потому что горло пересохло. Особенно сильно ныла левая рука. Попытался открыть глаза и сразу зажмурился. Тусклый свет резал так, что роговицу будто обожгло.
— О, и впрямь живой, — послышался незнакомый голос. — Кладите его в кресло.
Говорили на глобале, но с каким-то странным акцентом. А еще от каждого звука боль толчками отдавалась в виски. Меня тошнило, но желудок был пуст. Что вообще происходит?
Почувствовал, как меня взяли под руки и куда-то потащили, затем бросили. Каждое прикосновение отзывалось новым спазмом.
— Ну и нахрена вы ему руку-то отхреначили? — тот же голос.
— Так думали, он дохлый. Рубанули, а кровь течет, значит живой.
Второй человек обладал более низким, рычащим тембром.
Я все же сумел кое-как открыть глаза и ужаснулся. Полутемное помещение, несколько люминесцентных ламп под потолком периодически мигали. Пожелтевший кафель на полу и стенах местами обвалился и весь был покрыт трещинами. В нос ударила нестерпимая вонь мочи и прочих следов человеческой жизнедеятельности.
Я полулежал в каком-то кресле, вроде тех, что стоят в кабинетах стоматологов. Только это было старым, ободранным и продавленным до такой степени, что в спину упирались выступающие детали.
Никаких привычных дисплеев, мониторов, интерфейсов доступа. Даже техника, расставленная вдоль стены казалась давно мертвой, ни один индикатор не светился.
Вокруг не было ничего привычного, лишь чуждый мне камень, ржавчина и вонь.
В круг света, громыхая металлом, въехала видавшая виды тележка, на которой лежал закрытый аквариум. Следом появился и человек. Грузный, массивный, с оплывшими щеками и явными проблемами с лишним весом. Одет в поношенную одежду, кожаный фартук и накинутым поверх халатом. Некогда белым, но теперь цвет скорее напоминал мутно-серый.
— Очнулся, — незнакомец улыбнулся мне двумя рядами ровных, но желтых зубов. — Простой тест, от которого зависит, будет ли у тебя новая рука или отправишься в переработку. Ты меня понимаешь?
Только сейчас я обратил внимание на левую руку. Ниже локтя осталась лишь перевязанная тряпкой культя. И она нестерпимо болела. При этом ни о какой санитарии речи не шло, перемотали лишь для того, чтобы не истек кровью. Тряпку, видимо, достали из ближайшей помойки.
— Что с моей рукой? — прохрипел я. — Кто вы? Что происходит? Где я?
— Эй, Зиндай, — крикнул оплывший куда-то мне за спину. — Че он балакает, ты шаришь?
— Впервые слышу. Может, это на собачьем?
— Да не, — задумчиво произнес мужчина с тележкой. — Похоже, но нет. Эй, пацан, ты по-человечески говорить можешь?
— Могу, — ответил я на глобале.
— О, точно нормальный, значит. Есть хочешь?
Я коротко мотнул головой.
— Воды.
— Воды? А это не хочешь куснуть?
Мне в лицо сунули пожелтевший кусок мяса. В нос ударила сладковатая гнилая вонь, отчего по телу прошла судорога отвращения. Но сил хватило лишь дернуть головой.
— Во как нос воротит от мясца, — послышался голос Зиндая за спиной. — Нормальный он, Симба, так что давай, гони деньги.
— Да какой-то он странный, — проворчал оплывший, разглядывая меня и обдавая при этом мерзким запахом изо рта. — Че у него один глаз карий, а другой краснющий?
— Да мне насрать, док, долго я тут торчать должен? Человечину не жрет, руки-ноги есть и ладно. Гони бабки, — голос Зиндая стал злее, с металлическими нотками.
— Ладно, ладно, — примирительно проворчал Симба. — Все, перевел.
— Эй, хрен ли так мало? Где еще сотня?
— А руку я ему из воздуха наколдую? Материалы, энергия, все денег стоит.
— Зараза, чтоб тебя глубинные сожрали, пока ты срешь.
— Но-но. Ты не перегибай, Зиндай. Какой товар, такая и оплата.
— Да провались ты.
Судя по удаляющимся шагам, Зиндай все же покинул помещение, и мы с доком остались вдвоем.
— Так, сейчас мы тебя подлатаем и будешь как новенький.
— Воды, — напомнил я.
— А, да, точно, — послышался звук бегущей воды, видимо из-под крана. — Держи.
Ко рту поднесли бутылку с мутной жижей, такой же вонючей, как и все вокруг. Вода была мерзкой на вкус, но тело само начало жадно хлебать влагу, несмотря ни на что. Даже представить боюсь, сколько времени теперь придется вычищать организм от всей той гадости, что в него только что попала.
— Мда, крепко ты попал, пацан, — хохотнул док. — Сколько времени в глубине проторчал? Чудо, что вообще выжил.
— Где я?
— В каком смысле? Ты сам-то откуда будешь?
— Из Москвы.
— Впервые слышу. Это где?
— В России.
— Тоже впервые слышу. Ты в Дельте, четвертый дистрикт свободных земель. Под руководством светлого и милостивого барона Гидеона. Так понятней?
— Нет.
— Ну и хрен с тобой. Суй культю.
Не дожидаясь моей реакции, он подтащил тележку поближе. Я увидел, что сбоку в аквариуме имелось прорезиненное отверстие, в которое Симба и засунул мою культю по локоть. Что-то нажал, и резиновое кольцо сжалось, так что руку было не выдернуть.
— Что ты делаешь?
— Чиню тебя. С одной рукой ты вообще бесполезен, а так… Ну, чуть пополезнее будешь.
В руках дока появился медицинский пистолет, перемотанный скотчем со всех сторон. Игла с болью воткнулась мне в шею, а в мутную ампулу в навершии пистолета брызнула кровь. Разумеется, ни ампулу, ни иглу он даже не попытался простерилизовать.
— Сканером я по тебе уже прошелся. Должен сказать, для того, кто валялся в глубине без сознания, ты очень даже бодрячком, — док поместил ампулу с моей кровью в специальную ячейку сбоку аквариума. Затем подсоединил к нему несколько кабелей. — Хрен знает, что с твоим глазом. И еще я не обнаружил никаких метаморфоз. Ты знаешь, какой у тебя вектор спирита?
— Что?
— Ты не спирит?
— Я не понимаю, о чем ты.
— Странно, — задумчиво произнес Симба. — Если ты входил в глубину, значит должен был стать спиритом. Короче, если появятся какие-нибудь сверхспособности, приходи сначала ко мне. Мы найдем
