Академия волшебной лингвистики - Жанна Лебедева

Я прячусь за той, что скрывает проход в кабинет.

В кабинете горит одна-единственная свеча. Ее слабое пламя дрожит, бросая на стены нервные тени.

— Вы готовы? — спрашивает у пажей Эдриан. — Вы готовы это сделать?

Пока они молчат, обдумывая его вопрос, я бесшумно поднимаю «Галаксию», открываю страницу запечатления и начинаю «снимать».

— Мы не уверены, но…

— У нас нет другого выхода. Я рискую жизнью. Меня приперли к стенке. И, уж поверьте, вас я в любом случае утащу за собой на дно…

— Ладно. — Один из пажей нехотя соглашается. — Мы готовы участвовать в вашем… деле.

— Мы готовы убить… — подтверждает второй. — Но как мы это сделаем?

— Тут флакон с ядом, — отзывается Эдриан. — Я все продумал.

— Мы не будем своими руками… — испуганно шипят пажи.

— Я сам. Своими руками. Я все продумал, и отступать мне некуда, — успокаивает их Эдриан. Вдруг вскрикивает. — Тут кто-то есть!

И я бегу со всех ног, а вслед мне летит вспышка магического света. Обжигает спину и иголками впивается в горло. Эмма знает, что это за заклинание. Чуть позже она попытается заговорить с королевской охраной, но не сможет произнести ни слова…

Неразглашение!

Воспоминание разрушается, как назло. Память перекидывает меня в следующий день. Вечер, вернее… Я дрожу, глядя, как валится на кровать неестественно бледная Мари-Клэр.

— Прости, — шепчу я. — Прости, что пришлось усыпить тебя убойной дозой снотворного зелья и испортить главный день в твоей жизни… Я знаю, как ты ждала этого бала, но ситуация такая… Ты не должна быть сегодня рядом с Эдрианом. Не должна быть запачкана во всем этом. Слишком опасно. Я знаю, что последствий избежать не получится, поэтому сделаю все сама…

Снова рывок, я уже на балу. Танцую с Эдрианом.

— А где моя милая невестушка? — гнусно хихикает он.

— Я за нее, — отшучиваюсь, едва сдерживая подкатывающее омерзение. — Ты ведь смотрел на меня вчера, или мне показалось, что я тебе понравилась?

— Не показалось…

Он притягивает меня к себе. Преодолевая отвращение, я наигранно жмусь к его груди. Скольжу ладонью по бархату камзола. В нагрудном кармане рубашки с густым жабо прощупывается смертоносный пузырек.

Паника охватывает меня.

Этот пузырек в приближенном «видео» отчетливо запечатлен на одной из специальных страниц «Галаксии».

Мне страшно. Я настоящая уже знаю, на кого готовилось покушение, но прежняя Эмма из прошлого не ведала этого. Она слышала лишь обрывки разговора, где не упоминалось имен. Она понимала, что должно случиться нечто ужасное, и не представляла, как этому помешать. Единственное, что она могла — оградить от опасности Мари-Клэр. Пожертвовать ради этого дружбой, репутацией, возможностью беспрепятственно попадать в высший свет.

Жизнью, наконец…

Вихрем проносится один танец. Потом второй.

Мои руки холодны. Мы с прежней Эммой знаем, что тот, кто ударил в спину заклинанием, тот, кого не получилось увидеть, знает обо мне все. Кто же он? Маг подобной мощи свои чары на мне распознает легко, и тогда…

Эдриан недовольно гладит меня по висящей на боку сумке.

— Зачем ты ее таскаешь? Такую огромную? Не идет ведь к наряду? По-сельски как-то.

— Привычка, — улыбаюсь я. — Она совсем мне не мешает. Почти незаметная…

В сумке лежит разговорная книга, которую теперь и на секунду оставить страшно. Теперь это настоящая драгоценность! Мелькает в памяти стремительное воспоминание о том, как Эмма мечтала запечатлеть дворец и в идеале королеву — затем «Галаксию» с собой и брала… Этот бал и этот день были для предшественницы особенными. Она отправлялась навстречу дивным приключениям вместе с лучшей подругой, такой же счастливой и воодушевленной, как и она сама…

Мне не хочется думать о том, чем все закончилось.

Мне жалко и прежнюю Эмму, и Мари-Клэр.

Бедные девочки…

Третий танец обрывается, не успев начаться. В зал заходят королевские гвардейцы, нарастает паника. Эдриан шокирован, он сжимает до боли мое предплечье, смотрит по сторонам, ищет кого-то взглядом. Мое сердце колотится…

Перемотка…

И Эмма дрожит, склонившись над разговорной книгой. И личный дневник, лежавший в покоях, и «Галаксия» заражены какой-то мощной магической гадостью. Разрушающее проклятье. Оно срабатывает, стоит только открыть первый разворот. Часть переписок растекается жирными кляксами и исчезает… Опасно! Но Эмма успевает сделать главное — вырвать лист с запечатлением и прошептать над ним простенькое заклинание отчуждения: «Ты не мой теперь. Дарю тебя подругам старым и новым. Я не хозяйка тебе. Я не хозяйка. Не хозяйка».

Снова перемотка…

Я уже одна в гуще событий.

Немая.

Не могу ничего рассказать, но пажей тех, кажется, арестовали?

А еще кого?

Никого?

Покушение, выходит, не удалось…

Я резко пришла в себя и села, ощутив под пятой точкой мертвенный холод камней, никогда не видевших света и солнца. Чуть не опрокинулась снова — руки оказались связанными, опереться на них не получилось.

— Очнулась, наконец, — сказал кто-то во мраке, разбавленном желтым светом тусклого магического светильника.

— Где я? Кто вы? Зачем вы меня похитили? — постаралась произнести я со всей возможной уверенностью.

Хотя откуда ей было взяться? Уверенности… Ситуация, исходя из новых воспоминаний, сложилась преотвратительнейшая.

Магический свет собирался вокруг меня мутным коконом. Похитители скрывались за его размытыми границами, невидимые глазу.

— Где запись с бала? — спросил мужской голос, немного знакомый.

Слышала я его уже где-то, но нечасто. Может, один-два раза всего…

— Не скажу, пока не отпустите, — запротестовала я. Ничего другого на ум пока не пришло. — И пока лицо не покажете.

— Так устроит?

На меня надвинулась увенчанная рогами голова в алых космах. Демон — не человек! И не узнать его с первого раза было сложно.

Это же Эдмунд Хорен, собственной персоной!

— Ты?

От возмущения и презрения я даже «выкать» не стала. В голове заработали, закрутились судорожно мыслительные шестеренки. Эдмунд Хорен из «Демона и братьев». Зачем ему было нападать на королеву? Она мешала как-то его бизнесу? Вроде нет…

— Я, — подтвердил мой пленитель и оглянулся на кого-то через плечо во тьму. Спросил кого-то третьего: — Так, где запись?

— В ее книге, наверное, — шепнули из мрака. — Ты в книжке глядел?

— А где книжка? — Ко мне протянулись длинные пальцы, и я со всей возможной злостью укусила их. — Ай! Вот зараза! Держи ей голову…

Кто-то невидимый зашел мне за спину, чтоб удержать за подбородок, лишив возможности защищаться.

— Отпустите! Отстаньте! — возмутилась я. И, быстро сообразив, что договориться не получится, заорала, срывая голос: — Помогите! Кто-нибудь…

Я не ждала, что помощь придет по первому требованию, но она пришла.

Раздался оглушительный щелчок, и помещение заволокло густым