Плут 2 - Иван Солин

— Я повторяю, между нами ни-че-го!

—… и если всё это залить ароматным белым… Ой, Ромуанские оладушки! — запрыгала и захлопала в ладоши Дайская, когда увидев что-то из такого многочисленного любимого ею на столе, когда прервав своё увлечённое повествование, мало уже кто скажет: о чём конкретно, столь бурно отреагировала на предстоящее лакомство. — Неужели с тягучим Бонским сиропом? Ах, люблю!

— Что ЭТО, Плут? — указав ножом на салатововолосую милоту рядом со мной, не предвещающим ничего хорошего голосом сдержанно поинтресовалась Молин, при этом очень характерно так сдув тяжёлую тёмно-голубую, почти синюю прядь со лба.

— Да вот… подобрал(смущенная улыбка).

* * *

Немногим спустя.

— Позёрство, Мастер, простое бахвальство мальчишки, пусть и хитрого, беспринципного, наглого, в конце концов, — сегодня несколько устало, но всё также малоэмоционально и монотонно заявила девушка с чёрным каре, обсуждая странную обмолвку одного студента в недавнем общении с четверкой других. — У нас по прежнему нет никаких подтверждений того, что Плут действительно причастен к устранению графини Толстопряжской, а не всего лишь оседлал, так сказать, тему, приписывая себе чужие заслуги для создания репутации и поддержания антуража собственной опасности, пусть и так глупо, а потому никто серьезный не воспримет это всерьез, но нельзя сказать, что совсем бессмысленно или безрезультатно.

— Думай что хочешь, Бу, а я уверена, что это был он, — мечтательно улыбаясь, пока её взгляд был устремлён куда-то вдаль, отмахивалась от доводов собеседницы девушка с розовыми бантиками, сегодня весьма довольная развитием очередной своей интриги. — Мне не нужны подтверждения, пусть я и не отказалась бы от них, всё проще было бы. Повторюсь, я считаю Плута до крайности опасным и… желанным в нашем деле. Заполучить себе такую зверушку многого стоит. Укротить и обуздать столь опасного хорька, способного даже грозному льву вгрызться где-нибудь в районе печени и лишить того, бдительность коего усыплена незначительностью противника, всяких шансов не то что на победу, но и на выживание — ой как же мне хочется!

— Пусть так, но я всё же, Мастер, предостерегаю от завышения ожиданий на счёт него и его мнимой опасности. Предостерегаю от переоценки и соответственно перерасхода ресурсов на, как мне кажется, не заслуживающую столького внимания цель, — устало поморгав своими грустными фиолетовыми глазами, продолжила излагать черноволосая, разгладив обнаруженную складку на рукаве своей тёмно-бордовой с золотом формы. — Да, он непрост, а в чём-то даже пугающ, но далеко не настолько, как тебе хотелось бы в нём это видеть, Лоли.

— Бу, ну не начинай, — приобняв всё же подругу за плечи и сделав плаксивое выражение лица, попросила золотоволосая малышка. — Я стойко перенесу, если под многообещающей обёрткой окажется не шоколадка, а унылая карамелька. Но я всё же уверена, что там, помимо терпкого Мухандского шоколада как минимум, окажется и весьма пикантная начинка. И я(сглотнув) просто-таки не нахожу себе места, мечтая раскусить и узнать: какая же!

— Я уверяю: зубодробительная молочная карамель, выражаясь твоим языком, там во всей его толще, какой бы призывный рисунок на поверхности не имелся, — вздохнув дала оценку ожиданиям своей собеседницы поправившая очки рассудительная особа. — Но отходя от аналогий, зайдём с другой стороны, Мастер. Как бы в недавней стычке с этой четвёркой он ни кривлялся, а он именно что кривлялся, но его глаза…

— Да, странное ощущение, нужно белье сменить…

— Да я не о том! — страдальчески скривилась Бульвина на неуместные подробности от Лолин, а затем уже спокойнее продолжила. — Не поверю, что человек с таким взглядом бахвалился бы чем-то подобным, соверши он это на самом деле. Я уж молчу о том, что любой просто недурак не стал бы подобного заявлять в открытую, рискуя привлечь к себе ненужного внимания. А вот тот проступающий азарт, коим Плут прямо-таки уже плескал под конец своей тирады — чётко говорит о том, что это всё просто игра роли.

— Вот тут ты не права, Бу, совсем не права, — встрепенулась аж взметнув своими золотыми хвостиками девочка с бантами и принялась горячо и порывисто излагать. — В его глазах были холодный расчет и пугающая, не по годам обретенная искушенность, что ли, при чём всё это соседствовало с некоторой безуменкой, эдакой бесшабашностью и готовностью на… если не всё, то на многое. Словно он не воспринимает жизнь всерьез, а играется в неё! Именно это — та самая проступающая «начинка», которую я так жажду отведать(облизнувшись). Поэтому он говорил правду, бросая тем самым вызов всем, кто готов на своей шкуре её проверить! Проклятие, нужно срочно сменить белье…

— Просто недоумеваю, Мастер, где там можно было всё это увидеть, и не желаемое ли это, выдаваемое за действительность? — в очередной раз прервала свою собеседницу, внимательно и задумчиво поглядев на глубоко и часто дышащую ту, девушка с грустными глазами из-под круглых очков. — Нам уже пора на заседание студсовета.

— Я успеваю переодеться?

— Пять минут.

— Поспешим.

Глава 12

На следующий день на тренировочной площадке у общежития Клуба Рукоделия.

— Я тоже так хочу! — несколько плаксиво заявила высокая сероглазая синеволоска с острыми ключицами, что агрессивно выпирали из под трико, оттеняя увесистую грудь, которая ходила ходуном после интенсивной тренировки.

— Быть его зверушкой? — похихикав поинтересовалась полная её противоположность в виде невысокой «пышки» с персикового цвета волосами и пронзительными зелёными глазами, когда утирала пот со своей даже золотистого цвета кожи, как только они вдвоём отошли в сторонку дабы сделать перерыв и обсудить важные новости.

— Нет, спать с сильным мужчиной! — капризно заявила высокая сероглазка, чья бледная кожа придавала её облику совсем не соответствующие манере общения чопорность и даже аристократичность.

— А что, ты думаешь: вся Первая Десятка клуба и правда с ним спит? Я полагала, это лишь распускаемые завистниками слухи, — наиграно удивлённо, однако с явно проглядывающей насмешкой поинтересовалась несколько даже вальяжная, что также изрядно диссонировало с её обликом, зеленоглазая малышка с аппетитными формами, но при удивительно тонкой талии.

— А как иначе! Почему тогда они никого к нему не подпускают? — раздраженно возмутилась синеволоска, нервно выхватив длинную спицу из своих тяжёлых прямых волос, которые, до этого собранные в высокий массивный пучок для тренировки, сейчас живописно опали блестящими в