Частный детектив второго ранга. Книга 3 - Алекс Ключевской

— Ну вот, расстроили девушку, — мужчина укоризненно посмотрел на меня. — Вы ко мне пришли?

— Если вы Волков Никита Евгеньевич, то да, к вам, — подтвердил я.

— Вы правы, это я, — ответил целитель. — Могу я поинтересоваться, по какому вопросу вы хотите со мной поговорить? Или это конфиденциальная информация?

— Содержание нашего разговора действительно будет конфиденциально, — я вытащил свой значок и показал его Волкову. — Частный детектив второго ранга Громов Андрей Михайлович. И я здесь в связи с кончиной управляющего барона Князева.

— Да, барон упоминал, что, скорее всего, наймёт сыщика, чтобы расследовать это дело, если подтвердятся самые неприятные подозрения, — Волков указал на дверь. — Пройдёмте в мой кабинет, Андрей Михайлович.

Когда я проходил мимо Наденьки, она стрельнула в мою сторону глазами, в которых горело любопытство. Ну да, все знают, кто такой Громов, но вот в лицо его пока что мало кто видел. Будет что рассказать подружкам. Не удержавшись, я прижал руку к груди и подмигнул мгновенно вспыхнувшей девчонке, после чего вошёл в кабинет целителя. Это был именно кабинет, ничто не указывало на то, что здесь проводится осмотр страждущих.

— Прежде чем мы перейдём к делу, не удовлетворите моё любопытство, Никита Евгеньевич? — спросил я, устраиваясь в кресле напротив него.

— Конечно, спрашивайте, — он сел, сцепив руки и внимательно разглядывая меня.

— Почему на этой улице расположены и аптеки, и офисы целителей, и ювелирная лавка, и много чего другого? А как же другие районы города? Дубровск — не маленькая деревушка, которую можно вдоль и поперёк за пятнадцать минут оббежать, — и мне действительно было любопытно услышать ответ на этот вопрос.

— В других районах города принимают свои целители и есть аптеки, уверяю вас, Андрей Михайлович. Насчёт ювелирных лавок не уверен, — добавил Волков, улыбаясь. — Просто они отличаются более низким рангом, и, соответственно, их услуги могут позволить себе менее обеспеченные люди. У нас сословное общество, если вы ещё этого не заметили.

— Я заметил, просто почему-то не придал значения, — я задумчиво посмотрел на стол. Он был пуст. Ни одного клочка бумаги на нём не лежало, да даже канцелярский набор с ручками отсутствовал. — Вы без белого халата, для меня это не слишком привычно.

— Белые халаты надеваются, когда целитель проводит различные манипуляции. Мы же с вами сейчас просто разговариваем, зачем мне защитная одежда? — Волков удивился моему вопросу, это было заметно.

— Действительно, зачем, — я поднял взгляд на него. — Голубева отравили? — спросил я прямо. — Барон Князев считает, что его отравили.

— Барон прав, я действительно нашёл следы яда, когда проводил исследование сегодня утром, — когда разговор перешёл в знакомое и понятное ему русло, целитель снова выглядел уверенным и поглядывал на меня довольно снисходительно.

— Вы проводили аутопсию? — уточнил я, доставая свой блокнот и начиная записывать, не надеясь на память.

— Разумеется, — Волков нахмурился. — Я уже готовлю отчёт для барона Князева.

— Я могу попросить вас приготовить два отчёта и один переслать мне, можно прямиком в Блуждающий замок? — подняв взгляд от записей, я снова посмотрел на него. — Барон Князев планирует отказаться от официального полицейского расследования, и я должен буду собрать все необходимые документы для передачи их в суд, если до него дело дойдёт, — последнюю фразу я прошептал, но, по-моему, Волков её расслышал, потому что хмыкнул.

— Я перешлю вам отчёт с курьером, — после недолгого раздумья ответил он.

— Очень хорошо, я предупрежу начальника охраны. Что это был за яд? Вы смогли его опознать? Про способ введения не спрашиваю, он был в еде, и бедная собачка барона Князева испытала его на себе, — я не отрывал от него внимательного взгляда, и Волков начал терять уверенность, его руки пришли в движение, и он наверняка пожалел, что на столе ничего нет, чем можно было бы их занять.

— Это был яд, известный под названием «Вкус страсти». Есть легенда, что его впервые сварила озёрная дева для своего возлюбленного, который ей изменил…

— Простите, а разве озёрные девы не нежить? — перебил я его.

— Да, они относятся к нежити, — немного подумав, ответил Волков.

— А возлюбленный был живым мужчиной? — уточнил я.

— Если его удалось отравить, то, подозреваю, что да, — Волков посмотрел на меня настороженно. — А что?

— Ничего, просто… Я стараюсь терпимо относиться к чужим извращениям. Мне это частенько не удаётся, но я стараюсь, — я зачеркнул начало этой странной легенды, которую автоматически начал записывать. — Что в этом яде особенного?

— В нём присутствует компонент, который и связывает его с непонравившейся вам легендой, Андрей Михайлович. Основой для этого яда служит вода, заменяющая озёрным девам кровь, точнее, то вещество, что течёт по их жилам, выполняя роль крови — разносит по телу питательные вещества, позволяющие нежити существовать, — очень подробно, как профессор нерадивому студенту, произнёс Волков.

— Мёртвая вода в чистом виде, — резюмировал я.

— Нет, мёртвая вода — это немного другое, — поправил меня целитель. — Данное вещество так и называется: «кровь озёрной девы».

— Вам виднее, — я оторвался от своих записей. — Этот компонент тяжело достать?

— Озёрные девы не слишком спешат поделиться им с охотниками, — Волков улыбнулся. — Его тяжело достать, и он очень дорого стоит. И из-за этого стоимость самого яда получается весьма значительной. Так что думайте, кто мог позволить себе такой яд или же кто так сильно ненавидел несчастного Голубева, чтобы так потратиться на его умерщвление.

— Спасибо, — поднявшись, я захлопнул блокнот и направился к выходу. У двери остановился и посмотрел на целителя. — Буду ждать официальное заключение. До свиданья.

— Всего хорошего, Андрей Михайлович, — попрощался со мной Волков, и я вышел из кабинета.

В холле Наденьки не было, куда-то отлучилась. Ждать её я не стал и вышел на улицу. Ну что же, это не был сердечный приступ, значит, дело можно считать открытым. Уже направившись к машине, остановился и посмотрел на аптеку Паульса, вывеска которой была видна с того места, где я стоял. Решительно развернувшись, направился по знакомому адресу.

— Андрей Михайлович, доброго вам утра, — приветствовал меня алхимик, мельком взглянув в мою сторону и продолжая что-то взвешивать на маленьких аптечных весах. Закончив взвешивание, он ссыпал какой-то жёлтый порошок в маленький флакон и только после этого повернулся ко мне.

— Доброе утро, Янис Витасович, — я подошёл ближе, наблюдая, как он прячет весы под прилавок и начинает подписывать флакон.

— Вы принесли мне интересные трофеи? — спросил Паульс, отставляя флакон в сторону и глядя на меня с любопытством.

— Нет, пришёл спросить, не продавали ли вы в последнее время кому-нибудь «кровь озёрной девы»? — я решил задать вопрос в лоб,