Бумажная империя 4 - Сергей Жуков

Бросившись к ней, я стал с жадностью искателя сокровищ осматривать каждый её сантиметр, пока наконец не осознал.

— Это и есть дверь, — тихо выдохнул я, сделав два шага назад.

Вся стена представляла собой огромную дверь. Кирпичная кладка была заключена в мощную стальную раму. Внимательно осмотрев края импровизированной двери, я наконец обнаружил то, что искал с самого начала.

Крошечная, едва заметная щель в одном из кирпичей, куда помещался мой ключ. Найти такую случайно было просто невозможно, именно поэтому это место оставалось скрыто от глаз обитателей этого поместья десятки лет, если не дольше.

Я достал из кармана старый ключ и с замиранием сердца вставил его в неприметную щель, напоминающую замочную скважину. Ключ с трудом протиснулся. Через пальцы я чувствовал, как металл пробивает себе путь сквозь заржавевший механизм.

Сердце бешено забилось в груди, я попытался аккуратно повернуть ключ, в надежде услышать заветный щелчок, который откроет загадочную дверь а вместе с ней и даст хоть какие-то ответы.

И в тот самый момент, вместе с заветным щелчком, я услышал голос за спиной:

— Что тут происходит?

Стоящий в дверях Вова недоверчиво смотрел на старинный ключ в моих руках. Он нахмурил брови и Акали, чувствуя повисшее в воздухе напряжение, повернулась к нему и, чуть оскалившись, негромко зарычала, явно встав на мою защиту.

— Поможешь открыть? — подмигнул я Вове.

Он задумался, явно пытаясь понять откуда у меня ключ от тайной двери в его родовом поместье и откуда я вообще про неё знаю.

— Ты всё знал? Зачем был нужен тот спектакль с поисками? — сделал он шаг вперёд.

— Никакого спектакля, — предельно честно ответил я и рассказал о моей случайной находке.

— А ключ? — уже с любопытством спросил он, чувствуя, что я не лгу.

— Веришь или нет, но мне его принёс Нестор Павлович, — рассмеялся я.

— Чего⁈ — выпалил Вова, явно не ожидая такого ответа, чем заметно напугал Акали.

— Думаю ему приказал это сделать Александр Нестеров, — объяснил я. — А вот откуда ключ оказался у Нестерова — для меня уже загадка.

Поняв, что я ничего больше не скрываю и подогреваемый страшным любопытством, Вова всем весом навалился на фальш-стену, пытаясь сдвинуть её с места.

— Ни на миллиметр, — выдохнул он, когда мы вдвоём безуспешно попытались открыть её.

— Давай ещё разок, видимо за столько лет металл прикипел, — кивнул я, разминая руки.

Едва мы снова примерились и собрались толкать стену, раздался собачий лай.

Акали яростно привлекала наше внимание.

— Что случилось? — подошёл я к ней, но она не умолкая продолжала лаять.

А потом бросилась к середине фальш-стены и начала истошно рыть пол, словно пыталась сделать подкоп. Остановившись, она вновь подала голос.

— Ты же моя умничка, — просиял я, подходя к тому месту.

Прямо там, занесённый грязью и землей был скрыт едва заметный механизм поворота, в котором был вставлен металлический штифт, не дающий двери поворачиваться. Потрепав Акали по грязной голове, я принялся выковыривать блокирующее устройство.

Едва штифт оказался у меня в руках, как Вова смог один сдвинуть дверь с места. Из тайной комнаты вырвался спёртый воздух.

— Ну и вонища! — закашлялся Вова. — Надеюсь мы там никого не найдём.

Протиснувшись в узкий проход, я оказался в небольшой комнатке площадью не больше десяти метров.

— Это кабинет твоего прапрадеда, — резюмировал я, осмотревшись.

Скромное убранство: стол, стул, пара шкафов и сундук. Вся мебель была выполнена достаточно грубо, по ней сразу становилось понятно из какого она века.

— Невероятно, — с придыханием произнёс Вова. — Это просто невероятно!

Мы подошли к рабочему столу, покрытому вековым слоем пыли. Сердце бешено колотилось, чувствуя прикосновение к тайнам прошлого.

Я провёл пальцем по поверхности стола и обнаружил под слоем пыли тонкий блокнот. Аккуратно перевернув толстую обложку, я поднял в воздух облако пыли. Текст на страницах выцвел и был неразличим, да и бумага буквально рассыпалась, стоило к ней только прикоснуться.

— Это что, вложенный конверт? — спросил стоящий рядом Вова.

Среди не сохранившихся страниц блокнота виднелся уголок пожелтевшего конверта.

— Он запечатан, — с придыханием произнёс Вова, когда я аккуратно вытащил так и не прочитанное письмо. — Что будем делать?

Вместо ответа, я достал из кармана крошечный складной нож и осторожно сковырнул иссохшую сургучную печать.

Глава 16

Мой долг, как верного подданного нашей родины сообщить вам о страшной тайне, что я узнал. Мой добрый друг, Константин Тихонович Нестеров, будучи сильнейшим менталистом из ныне живущих, смог противостоять силе приказа младшего наследника Романовых.

Нестеров раскрыл мне глаза на страшное преступление наследника, узурпировавшего власть после трагической кончины императора. Мы должны действовать решительно, чтобы спасти нашу страну и вернуть власть в руки истинного правителя. Пишу вам это с надеждой, что ваша мудрость позволит вам увидеть истину в моих словах, пусть я и не обладаю даром, наделить их властью.

Его светлейшеству, Леониду Николаевичу Меньшикову от верного слуги империи Валерия Родионовича Волченко.

Прочитав письмо, я передал его Вове.

— Фантастика! Это ведь письмо, написанное моим прапрадедом лично! — трясущимися руками, он положил ветхий лист на стол. — Получается, что когда-то наш род был союзниками Нестеровых!

Меня же заинтересовало совершенно другое:

— Он ведь так и не отправил это письмо, интересно почему?

Вова удивлённо посмотрел на меня, а потом тихо произнёс:

— Точно! Я даже не сообразил. Письмо то тут лежит. Может среди остальных записок мы найдём ответ?

С этими словами он всё такими же трясущимися от интереса руками взял следующую записку, которую время пощадило ещё слабее.

Едва он успел взглянуть в текст как из соседнего помещения послышался яростный лай. Агрессивный, сообщающий что кто-то пришёл и Акали вновь включила режим защитницы.

— Уходим! — крикнул я и бросился в узкий проход.

Но было уже поздно. Выскочив из тайной комнаты, мой взгляд сразу наткнулся на высокую фигуру, преграждающую выход на улицу.

— Ну здравствуй, Даниил, — хищно произнёс Александр Нестеров.

— Что тебе тут нужно? — холодно спросил я.

— То же, что и тебе, — усмехнулся он. — Ответы.

— Ублюдок Нестеровский! — раздался нечеловеческий крик и из-за моей спины выскочил Вова.

Он держал в руке ржавую мотыгу, что нашёл в углу.

— Ты заплатишь за всё! — его голос было не узнать.

Животная ярость застилала его глаза.

— Успокойся, — рявкнул я на него, но он, словно заворожённый, не сводил взгляда с Нестерова.

Наконец, решившись, он ринулся вперёд. Топорно, неуклюже, наивно. Вова не был бойцом и это чувствовалось за километр, тем страннее было его поведение.

— Идиот, — выплюнул Нестеров и