Одиночка - Александр Александрович Долинин
— Если у мужа будет любовница — по крайней мере, пусть будет такая, чтобы мне не было стыдно за его плохой вкус. А сейчас я ее видела, даже ходила с ней по магазинам, смогла рассмотреть во всех подробностях. Так что можешь сдаться на милость победительницы, только не сразу, чтобы не выглядеть легкой добычей.
Алекс молча притянул ее к себе и прижался так, что она чуть слышно пискнула от неожиданности. Уткнувшись лицом ей в грудь, начал тихонько гладить ее по спине. Вдруг она прижалась к нему еще сильнее, и он услышал, что Джин негромко всхлипывает.
Подняв голову, Алекс увидел, как по ее щекам текут слезы.
— Прости, я сейчас тебе что попало наговорила… Не могу так вот сразу перестать изображать стерву… Привычка…
Он встал и поцеловал ее так нежно, как только мог, она ответила с неожиданной страстью. И тут в семейную сцену ворвался характерный звук выбившегося из-под крышки кастрюли и закипевшего на раскаленной плите супа. Джин бросилась спасать ужин, улыбаясь и одновременно вытирая слезы, а Алекс пошел переодеваться и мыть руки.
Весь вечер после ужина они просидели в гостиной, смотрели очередную старую комедию. Джинджер держала Алекса за руку, и он ощущал, как ее постепенно отпускает напряжение.
— Джинни, когда мы с тобой пойдем и оформим наши отношения, чтобы ты, наконец, перестала волноваться?
— Давай на следующей неделе, хорошо? Мне нужно подготовиться…
— Как скажешь, милая.
Уже в спальне, засыпая, она еле слышно прошептала:
— Ты будь рядом со мной, пожалуйста…
— Обязательно, только жди меня, Огонек…
Глава третья
Утром Алекс поехал на аэродром, а Джинджер чуть позже отправилась в офис. День прошел, как и большинство предыдущих, спокойно. Разве что начальник снова очень вежливо попросил кое-что поправить в нескольких заявках… И опять «к завтрашнему утру». Разумеется, сверхурочная работа будет хорошо оплачена, в этом он никогда не обманывал. Иначе кто же согласится работать «за спасибо»? (Может, работать и будут, только о-о-чень медленно…) Так что пришлось сразу по возвращении домой включать ноутбук в кабинете и начинать вбивать в таблицы правильные данные.
Вернувшись домой, Алекс увидел уже ставшую привычной картину — животные гоняли всяких местных насекомых по двору, а Джинджер сидела за столом в своем кабинете и что-то быстро печатала, поглядывая то в бумаги, то на экран.
— Привет, Огонек, как дела?
— Отлично, работы примерно на полчаса осталось, ужином займись, пожалуйста! — Она поманила Алекса к себе и поцеловала в благодарность за согласие. При этом ощутила явный запах пива, но возмущаться не стала, только понимающе улыбнулась и снова застучала по клавиатуре.
Через полчаса Джинджер вошла на кухню с довольным выражением лица.
— Как вкусно пахнет!.. Чем сегодня порадуешь?
— Сейчас за стол сядем, узнаешь…
Когда ужин был закончен, и посуду начали убирать со стола, Алекс сказал:
— Джин, дней через десять мне нужно будет слетать кое-куда. Ненадолго.
— Далеко? — она заметно насторожилась.
— Да. До территории протектората Русской армии и обратно. Предложили контракт на срочную доставку ценного груза, дорогу оплатят в обе стороны, даже если обратно пустым полечу.
— Что или кого туда повезешь?
— Прибудет груз и сопровождающий его человек, с ним мне и лететь.
— А если я тебя попрошу заодно кое-что отвезти туда, сделаешь?
— Если твой груз не слишком тяжелый и громоздкий, я пока не знаю, что конкретно повезу.
Джинджер улыбнулась:
— Нет, груз очень маленький и легкий. Я его тебе отдам перед самым вылетом, и скажу, куда доставить.
— Надо же, весьма интригующе.
— Еще как! Ну что, договорились?
— Договорились. Лишь бы получатель никуда не подевался, чтобы его не искать.
— Не беспокойся, он тебя сам найдет.
— Надо же…
— Главное, что тебе не над морем лететь, и не одному. Назад в одиночку тоже не лети, хорошо?
— Тогда есть вероятность, что пассажира придется подождать…
— Лучше несколько дней посиди там, тебя же не прогонят, да?
Джин смотрела Алексу в глаза, и они никак не могли отвернуться друг от друга. Сейчас в ее взгляде можно прочитать все — любовь, обеспокоенность, заботу… Алекс прижал ее к себе и зарылся лицом в рыжую копну волос. Джин чуть слышно прошептала:
— Все равно, сиди там хоть неделю, но обратно в одиночку не лети, обещай мне…
— Хорошо…
— И вот еще… Когда-то давно я прочитала в одном умном журнале, что стремление демонстрировать свою наготу другим — это чуть ли не признак психического заболевания. Ты случайно не считаешь, что я…
— Нет. Ты прекрасна, и не стесняешься показывать это. Смотрел бы и смотрел…
— Нахал!.. — Джинджер засмеялась и легонько ткнула Алекса в плечо. — Нет, правда?
— Будешь задавать такие вопросы — начну смотреть на тебя с утра до вечера!
— «Но музыка, звуча со всех ветвей, обычной став, утратит обаянье…» — продекламировала Джин. — Не боишься, что надоест?
— «И я умолк, подобно соловью — свое пропел, и больше не пою…» — парировал Алекс. — Тогда я буду смотреть с разных сторон… Ведь тебе пока еще ничего не запрещали?
— Доктор сказал, что все хорошо, и если… то… Да, ты все правильно понял…
Утром, за столом Алекс предложил:
— Милая, ты сегодня пострелять в тире не хочешь?
— Хорошо, только недолго, час-два. После обеда уже жарко. Тем более, что мы вечером приглашены на выступление твоей протеже, помнишь?
— Ага, тут забудешь… — Алекс машинально потрогал губу, Джинджер заметила это и усмехнулась:
— Сегодня не дам ей тебя искусать, обещаю!
Посмеявшись, они стали собираться в тир, пока там еще не образовалась «воскресная» толпа желающих сжечь немного патронов. Ехать по обоюдному согласию решили на «Буцефале», чтобы не привлекать излишнего внимания. Хотя, с такой спутницей, как Джинджер, быть незаметным обычно не получалось.
В тир сразу попасть не удалось — на стоянке кучковалось много машин, видимо, народ тоже решил отстреляться с утра пораньше. На входе Алекса и Джин попросили сначала пройти в контору к хозяину. Тот сразу расплылся в улыбке, как будто увидел своих лучших друзей:
— Заходите, заходите! Клиентам ваш плакат очень нравится, даже спрашивали, кто фотомодель…
— Надеюсь, вы им не сказали? — Джинджер поинтересовалась совершенно серьезно.
— Нет, что вы! Так что, как и договаривались, теперь вход для вас бесплатный, и вот еще — каким калибром пользуетесь?
— Сегодня — 9х19 мм, Люгер…
— Тогда держите от меня в благодарность — он подал каждому по две картонные коробки патронов. — Спасибо, всегда буду рад вас видеть.
Попрощавшись с ним, стрелки не торопясь пошли к дальнему краю тира,
