Драконий отбор, или Нежеланная невеста-попаданка - Оксана Волконская

— Кто? — нахмурился Витольд, а в глазах его появилось пламя. Опасное такое, примерно, как то, что возгоралось на моих руках. — Никто бы не посмел!

— Непробиваемый, — буркнула я и стукнула его в грудь. Добилась только одного — меня притянули еще ближе и обняли так, что я слышала стук его сердца. И билось оно при этом куда быстрее, чем должно.

— Ну уж нет, Стеффи, не так быстро. Объяснись?

Вот теперь сполна верю, что передо мной стоит принц. И голос такой властный, что как-то сразу осознается: он привык повелевать. И практически не получает отказов. Радовало одно — мой странный эмоциональный скачок сошел на «нет», и я уже могла беседовать относительно здраво. Как-то не хотелось повторения подобного возгорания.

— Все просто, ваше высочество, — тонко улыбнулась я. — Все могут короли… Даже будущие. Наверное, действительно, ни к чему мне знать, что творилось в вашей голове, когда вы меня целовали. Можно только одну просьбу?

— Какую же? — напряженно поинтересовался Витольд, глядя на меня, как на бомбу замедленного действия. Точно я в любой момент могу взорваться и принести с собой самый настоящий катаклизм. По этой причине обращаться со мной нужно особенно осторожно. Это было бы даже забавно, если бы не было так грустно.

— Не стоит меня больше целовать, пожалуйста, — спокойно ответила я, чувствуя, как внутри снова натянулась тонкая струна, которая вот-вот порвется. Посмотрела в его глаза и поняла: кажется, он находится в том же смятении, что и я. Похоже, моя просьба — единственное верное решение. Только так мы оба можем удержать контроль над своими эмоциями.

Он смотрел на меня и молчал, а я буквально тонула в пламени в его глазах. И примешивалось к нему что-то еще, совершенно непонятное. Я же все ждала, когда услышу положительный ответ на свою просьбу. Даже не дышала.

— Не могу этого обещать, — вдруг резко проговорил Витольд, а я в первый момент ушам своим не поверила. Что он сказал?

— Что, простите? — прищурилась я, понимая, что еще немного — и совершу преступление против короны. Точнее против одного конкретного индивида, который в данный момент корону не носит, но кровь его менее голубой от этого не является. Женишок, чтоб ему икалось!

— Я не могу обещать, что больше не буду тебя целовать, Стефания, — расшифровал и без того понятный тезис он. — Точно так же, как и ты не можешь обещать мне подобного.

А вот это уже наглость! Как будто я только сплю и вижу, как вешаться на шею Виту! Тоже мне, предмет мечтаний нашелся! Не моих уж точно.

— Витольд! — повысила голос я, хотя собиралась произнести вполне вежливое: «Вы переходите границы, ваше высочество».

— Похоже, мы окончательно перешли на «ты», — сверкнул улыбкой этот гад. — Прекрасно, не правда ли?

Взгляд убивал, возможно, поэтому он решил отсрочить собственную кончину и соизволил пояснить:

— Это происходит совершенно бесконтрольно, Стеф. И ты это прекрасно знаешь.

Самое ужасное, что действительно, я прекрасно понимала, о чем он говорит. Нас точно все время что-то толкало друг к другу. Стоп! Что-то?! Или одна конкретная фея любви, которая жаждала пристроить своих крестников в хорошие руки?

Впрочем, озвучивать свою не самую приятную догадку вслух я не стала. Еще не хватало выдавать свою нечаянную союзницу! Вряд ли Милли это оценит, да и мне бы этого не хотелось. А если это все действительно дело ее рук и волшебной палочки, я ей такое чудо устрою! Мало не покажется! Специально найду здесь самого страшного гнома и влюблю в этого генерала армии романтики!

— Ладно, — откашлявшись, проговорила я и вновь попыталась высвободиться из объятий. Слишком уж хорошо и комфортно мне в них было. — Поговорим о другом. Объясни, пожалуйста, что только что со мной произошло? Это как-то связано с нашими поцелуями или как?

— Хочешь сказать, ты в самом прямом смысле запылала от страсти? — неожиданно рассмеялся Витольд, а я не удержалась и все-таки отпихнула его. Схватила первую попавшуюся книгу и с удовольствием стукнула бы принца по голове, вот только была своевременно поймана и разоружена. Еще и поднял книгу так высоко, что я до нее не могла допрыгнуть. А когда попыталась взять еще один снаряд, перехватил меня за талию и внушительно сообщил:

— Разве Максимилиан тебе не говорил: книги — не снаряды для драк?

И голос звучал очень серьезно, вот только в глазах виднелись смешинки. Мне вообще порою начинало казаться, что в мой первый день во дворце здесь присутствовал какой-то другой чело… дракон. Потому что та зараза, которая осматривала мои вещи, просто не могла быть тем же, кто меня целовал.

— Когда мишень так сильно напрашивается, такие детали просто не отпечатываются в сознании, — в тон ему ответила я, не испытывая ни капли страха перед венценосной особой. То ли меня действительно воспитали безразличной к титулам, то ли все дело в личности самого принца… Не хочу задумываться. И так все слишком запутанно. Сделала глубокий вход и проговорила ровно:

— Давай все-таки вернемся к конструктивному разговору, Вит.

Сказала и тут же сообразила — не стоило мне называть принца сокращенным именем. Просто в этих так много говорящих глазах опять полыхнуло пламя.

— Простите, ваше высочество, — поправилась я. — Я забылась.

— Мне понравилось, — вдруг улыбнулся он. — Когда мы наедине, можешь называть меня, как захочешь, без лишней официозности. Она все равно тебе не идет, — и он аккуратно заправил локон за мое ухо, попутно погладив по щеке. — Ты другая.

— Руки, — процедила я, решив, раз уж мне дали индульгенцию, пользоваться ею по полной. — Не стоит забываться, Витольд. И усмехаться тоже не надо!

Он явно хотел мне возразить, но я уже поспешила сменить тему разговора.

— Итак, Витольд, ты хотел мне объяснить, что же все-таки произошло и почему я чуть не сожгла вашу библиотеку. И не передается ли это все через поцелуи? Насколько я понимаю, огонь — это как раз твоя стихия, не так ли?

— Моя, — согласно кинул Витольд. — Я действительно владею огнем, да и мой дракон тоже.

Я невольно зацепилась за то, как он условно разделил две своих ипостаси — человеческий облик и драконий. Имело ли это какое-то дополнительное значение? Мой мозг постоянно выхватывал какие-то детали, рассчитывая, что рано или поздно они сложатся в единую картину.

— А я? — мрачно поинтересовалась, в очередной раз высвобождаясь из рук принца, делая шаг назад и скрещивая руки на груди. И поймала взгляд, на мгновение замерший на упомянутой