Одиночка - Александр Александрович Долинин

— Теперь ты коту должна большой кусок колбасы, в качестве компенсации за моральный ущерб… И что дальше?

— Ну, он сумел сохранить прежнее выражение лица, но некую тайную радость я все равно уловила. Потом спросил, когда я все-таки соглашусь поужинать с ним вдвоем.

— И?..

— Я его «обломала» — сказала, что уже не получится, у меня есть жених, за которого скоро выйду замуж.

— Хотелось бы посмотреть на его рожу…

— Да, жаль, что не было под рукой какой-нибудь «скрытой камеры», это стоило того, чтобы потом в юмористических передачах показывать.

У Джин сейчас в глазах «плясали бесенята», и выражение лица… Она сама бы не сумела описать, какое. «Веселая злость»?.. Может быть.

Прижав ее руку к своей щеке, Алекс спросил:

— Огонек, а тебе не кажется, что для жениха это очень даже внезапно?

— Я точно знаю, что мой жених справится с любыми неожиданностями! — уверенно ответила Джинджер.

Алекс заметно покраснел, привлек ее к себе и поцеловал.

— Обычно предложение делает мужчина, — удалось ему сказать, когда они снова вернулись в реальный мир.

— Ну так делай, кто тебе мешает? — звонко засмеялась она.

Опустившись перед ней на колени, он взял ее руки в свои и сказал:

— Леди Гордон, выходите за меня замуж! Прошу меня простить, не успел достойно подготовиться, не зная размер вашего пальца, не решился покупать кольцо заранее.

— Я хочу подумать, — подчеркнуто капризным голосом заявила Джинджер. Правда, глаза при этом были веселые.

— Думай, — согласился Алекс, придвинулся к ней поближе, приобнял за талию, а голову положил ей на колени.

Она начала тихонько поглаживать его по голове, и ее пальцы заметно дрожали. Через пару минут он поднял голову и, глядя ей в глаза, спросил:

— И какое будет решение?

— Я согласна, — тихо сказала Джинджер, ее глаза блестели, но не от слез.

— Благодарю вас, моя прекрасная леди. А теперь позвольте вам предложить следующее: для избавления от последствий стресса вы некоторое время позанимаетесь с мечом, это у вас замечательно получается, а я пока буду готовить ужин.

— Неплохо придумано, сейчас и настроение у меня как раз для этого, — согласилась Джин.

Алекс встал с пола, она поднялась с дивана, и оба пошли заниматься каждый своим делом.

Минут десять Джинджер вовсю упражнялась в «оружейке». Когда оставалось только нажать кнопку включения на печке, Алекс решил сначала узнать, сколько Джин еще будет заниматься, чтобы к ее приходу все было горячим.

Когда он заглянул в дверь оружейной комнаты, то увидел картину, поразительно напомнившую ту самую подаренную на Новый год репродукцию Бориса Вальехо — «Девушка с мечом». Только там девушка сидела на фоне замка, а здесь Джинджер занималась с мечом на фоне окна. Ну и еще одно отличие было в том, что на картине воительница была хоть скудно, но одета, а сейчас на Джин была только ленточка на голове, удерживавшая волосы, чтобы они не падали на лицо, одежда лежала в углу на полу.

Алекс прислонился к дверному косяку и молча наслаждался зрелищем. Глаза у Джинджер были закрыты, даже если она и почувствовала чье-то присутствие, то ничем этого не выдала.

Толстый коврик на полу глушил шаги ее босых ног, и были слышны только дыхание и свист рассекаемого мечом воздуха. Через несколько минут Джин замедлила ритм движений, плавно остановилась и повернулась лицом к двери. Опустив меч, она уперла его острием в пол и открыла глаза. Увидев Алекса, она нисколько не смутилась:

— Я почувствовала, что ты здесь. Ужин готов?

— Хотел узнать, когда ты закончишь, чтобы к тому времени разогреть…

— А, так ты еще не все там приготовил?..

— Осталось только кнопку нажать… Но это можно сделать и чуть позже…

Алекс и сам не заметил, как оказался стоящим вплотную к Джинджер. Она повернулась к стене, аккуратно положила меч на его постоянное место, затем с каким-то вызовом посмотрела «жениху» в глаза.

— Ну как, тебе понравилось?..

— Амазонка… Нет слов…

По крайней мере, на некоторое время слова им оказались не нужны. Они стояли возле стены, Алекс обнял ее, и Джин положила голову ему на плечо. Когда он стал поглаживать ее голую спину, она захихикала.

— Щекотно… Все, я иду в душ, а ты заканчивай подготовку к ужину. — И быстро вышла из комнаты, прихватив одежду. Ей всегда было приятно, когда Алекс на нее смотрел, хотя она сама прямо об этом ему и не признавалась…

Когда Джин вошла на кухню, одетая в очень легкое темно-красное платье на тоненьких лямках, все уже было готово, даже подсвечники стояли, готовые к торжественному моменту.

— И когда ты успел все это приготовить?

— Если честно, сегодня устал, возиться не хотелось, поэтому захватил уже готовое из ресторана, оставалось только довести до кондиции, как говорится. Ты разочарована?..

— Нет, просто мне больше нравится, когда готовят дома. Сама не очень люблю, ну да ты об этом уже знаешь, — она улыбнулась.

— Как сказали в известном фильме, «У каждого свои недостатки!..» Давай начнем, что ли, а то есть уж очень хочется…

Ужин не затянулся надолго, и некоторое время оба пошли в бассейн. Неторопливое бултыхание в воде нравилось Алексу все больше и больше. Может быть, все дело в том, кто плещется с тобой рядом? Сейчас рядом была Джин, в алом купальнике, в сочетании с рыжими волосами это выглядело просто здорово.

Когда она в очередной раз вынырнула рядом, Алекс еле успел поймать ее за руку.

— Подожди, не уплывай!..

— Что?

— Давай завтра в тир сходим, из пистолетов постреляем. А то я уже и забывать начал, куда и как там патроны вставляются.

— Хорошо, во сколько?

— Нужно бы до обеда, пока еще не очень жарко.

— Замечательно! — ответила Джин и тут же снова нырнула. Ну прямо как русалка…

Вдоволь наплававшись, выбрались из бассейна и пошли в дом. После тренировки с мечом и плавания в бассейне Джинджер успокоилась и больше не напоминала разозленного ежика. А потом она вместе с Алексом сидела на диване и слушала музыку. Конечно, пристрастия весьма различались, но сейчас нашелся компромиссный вариант, звучала песня «Стальное сердце»:

Костром разожженным мне путь освети,

Ведь я на комете, все время в пути

Молчание камнем будет давить,

Трофеи возьму, коль смогу победить.

И пусть не откажет мне сердце в пути,

Когда против ветра придется идти.

Имен наших звуки текут, как вода,

И где бы я ни был — один я всегда.

Вставай и сражайся,

Пусть сердце ведет,

И смерти не