Эпоха Титана 5 - Артемий Скабер

Я улыбнулся шире.

— Не могу ответить на это…

Дарков откинулся назад. Закрыл глаза на секунду. Выдохнул долго, медленно.

— Думаю, это возможно, — кивнул он.

Открыл глаза, посмотрел на меня.

— Что ещё?

— И последнее, — зевнул. — Уверен, что для вас это не составит проблемы. Когда я разберусь с главой Вороновых, нужно сделать так, чтобы подумали на военных.

Элиас замялся. Открыл рот, закрыл. Посмотрел на меня внимательнее.

— Этого хочет?.. — начал он осторожно.

Он не договорил, я снова только улыбнулся.

Идеально. Он купился, думает, что я связан с императором. Что все эти условия — часть большого плана сверху. Если он поверит полностью, ловушка захлопнется.

Змеевы пойдут против Медведевых через «Серых». Военные против Медведевых через Вороновых. Хаос начнётся. Аристократы и военные грызутся, рвут друг друга.

А я в это время займусь СКА. Потом вернусь к долгу Володи — отомщу Медведевым. И только после этого переключусь на императора. Заберу украденную силу Титанов.

Главное — успеть за неделю. СКА дали неделю убить Ирину. Быков дал неделю с девочками. Времени мало, работы много. Плюс мои гиганты, надо проверить как они, дать команды.

— Допустим, я соглашусь на твои многочисленные условия, — произнёс Дарков медленно. — Какую награду я могу ожидать?

Голос осторожный, он торгуется.

— А что нужно? — ответил я вопросом.

Элиас оскалился.

— Власть! — выплюнул он. — Когда начнётся передел, я хочу…

— Вам никто не будет мешать, — перебил я. — Все будут заняты другим. То, сколько вы откусите, зависит от вас, как и то, сможете ли вы потом это удержать.

Дарков замер. Потом расплылся в улыбке: широкой, довольной.

— Отлично! — хлопнул он в ладоши.

Выпрямился, откинулся на спинку кресла.

— Договорились! — заявил Элиас.

Открыл ящик стола, достал оттуда записку. Протянул мне.

— Вот данные моего кристалла связи, — произнёс. — Скажи, где и когда будет встреча с «Серыми», а я тебе подготовлю информацию по Вороновым.

Я взял записку, сунул в карман, кивнул.

— Ирина? — уточнил.

— Будет, — подтвердил Дарков.

Его голос стал ледяным.

— Сейчас выйдешь на улицу, подъедет машина, — пауза. — И…

Элиас наклонился вперёд. Глаза стали жёсткими.

— Если ты что-то сделаешь с моей девочкой, я тебя убью!

Угроза прозвучала серьёзно, без показухи, без пафоса. Просто факт.

— Понял.

Встал из-за стола. Развернулся, пошёл к двери.

— Через другую дверь, — крикнул Дарков мне вслед. — Вон там, справа.

Указал рукой. Я прошёл через другую дверь. Попал в коридор. Прошёл по нему, вышел на улицу.

Ветер ударил в лицо, трепал волосы. Моросил дождь: мелкий, противный. Капли оседали на коже, стекали по щекам.

Всё серое: небо, здания, асфальт, никаких красок. Шум и крики остались где-то там, внутри ангара, здесь тихо. Только ветер завывал, дождь шуршал.

Я закрыл глаза.

Артефакты и зелья в сумке, они ждут у Быкова. К подъезду подъехала чёрная машина: дорогая, длинная, низкая, блестящая. Окна тонированные, не видно, что внутри.

Остановилась рядом со мной. Двигатель работал на холостых, выхлоп поднимался белым клубом.

Дверь открылась, внутри сидела Ирина. Точнее, лежала, на заднем сиденье, свернувшись калачиком. Голова на подушке, волосы растрепались, закрыли лицо.

Спала или её вырубили. Я залез внутрь, сел рядом с ней.

Посмотрел на неё внимательнее. Дыхание ровное, глубокое, грудь поднимается, опускается плавно. Лицо расслабленное, без напряжения.

Её усыпили. Такая беззащитная и уязвимая. Удивительно, как в ней сочетаются все эти качества. Учёная-фанатик, одержимая работой, готовая на всё ради исследований. И одновременно — женщина с желаниями, слабостями, потребностями.

Но для неё я — объект исследования, материал для экспериментов, так что ничего личного. Она мне нужна, пока что.

Я хочу показать ей Вику. Пусть Ирина увидит результат, заинтересуется. А потом надавит на военных. Военные пойдут против Вороновых. Конфликт между ними и Медведевыми усилится — дополнительный разлад. Всё по плану.

Взгляд зацепился за что-то. Из выреза платья торчал краешек чего-то. Тонкая цепочка. Она уходила под ткань, скрывалась между грудей.

Я запустил руку внутрь. Водитель на переднем сиденье напрягся мгновенно. Плечи поднялись, голова дёрнулась в мою сторону. Руки сжали руль сильнее.

Я достал медальон: маленький, размером с монету, круглый, серебристый. На поверхности выгравированы символы, руны или что-то подобное. Магия пульсировала внутри. Энергия текла по кругу, образовывала замкнутый контур.

Следящий артефакт? Я узнал его сразу. Такие вещи встречал раньше. В СКА, в корпусе. Они отслеживают положение носителя, передают координаты на расстоянии.

Кто повесил? Военные или Дарков? Плевать, открыл окно. Ветер ворвался внутрь салона, принёс брызги дождя.

Выкинул медальон наружу. Он отлетел метров на пять, упал в лужу. Скрылся под водой. Закрыл окно.

Водитель расслабился. Плечи опустились, дыхание выровнялось.

— К особняку Быкова. Знаешь где?

— Да, — ответил водитель коротко.

Машина тронулась. Мы ехали по пустым улицам. Дождь усилился, барабанил по крыше. Стеклоочистители работали на максимальной скорости, едва справлялись.

Я сидел, смотрел в окно, Ирина спала рядом. Дышала ровно, не шевелилась.

Время тянулось, час, два и вот мы уже подъезжали к нужному району. Я узнал улицы. Зелёный пояс — богатый квартал, особняки аристократов и купцов.

— Остановись, — приказал я.

Машина затормозила.

— Ждёшь тут, — сказал я водителю. — Я её скоро приведу.

Водитель открыл рот.

— Но… — начал он.

— Поедешь за мной — убью, — оборвал я. — И потом тебе объяснять боссу, почему это случилось.

Мужик замолчал.

Я вышел из машины. Открыл заднюю дверь, наклонился внутрь. Подхватил Ирину на руки. Она всхлипнула тихо, повернула голову, прижалась к моей груди.

Не проснулась. Захлопнул дверь ногой. Понёс её по улице. Дождь мочил лицо, одежду. Я не обращал внимания, десять минут петлял между улицами. Менял направление, возвращался назад, делал круги.

На случай если кто-то следит, или водитель всё-таки поедет за мной.

Наконец вышел к воротам особняка Быкова. Высокий забор, кованые ворота, охранники по обе стороны. Двое, в форме, с автоматами.

Они увидели меня. Переглянулись.

Не задали вопросов.

Ворота открылись, прошёл внутрь. Добрался до входа, поднялся по ступенькам. Дверь открылась до того, как я до неё дотронулся.

На пороге стоял Прохор, сделал жест рукой и впустил меня внутрь. Дверь закрылась, слуга уставился на меня и поморщился.

— Много же вы проблем принесли моему господину, — произнёс он медленно. — И ничего не заплатили в ответ.