Реквием забвения - Михаил Злобин
— Вообще-то поблагодарить за… за всё, — вовремя вспомнил Ронд о своём зароке молчать. — Мы тут с парнями собрали, сколько было. И решили вручить эти деньги вам в знак великой признательности.
Толстяк с кряхтением наклонился вниз, отпер ящик стола небольшим ключиком, а затем выудил оттуда немалых размеров кошель. Внутри находилось преимущественно серебро, но и алавийские глориалы тоже попадались. Так что, с какой стороны ни посмотри, а сумма получалась внушительная. Конечно, явно недостаточная для того, кто в одиночку разбил в щепу целый фрейгард. Но уж сколько есть…
— Я не возьму, — коротко отказался полукровка, даже не взглянув на соблазнительно звякнувший мешочек.
— Что⁈ Почему⁈ — изумлённо распахнул рот капитан.
— Мне они не нужны, — безэмоционально объяснил озарённый.
— Кха… признаться, я такого не ожидал, — Ронд задумчиво поскрёб подбородок. — Не встречал ещё человека, который отказался бы от денег. Но морской закон гласит: «Отдавай долг сполна, либо не смей звать себя моряком». Поэтому…
— Вина, — перебил Риз толстяка.
— А? Чего? — не понял тот.
— Я хочу выпить вина. Такую я выбрал награду, — изобразил лёгкую полуулыбку визитёр.
Ронд на мгновение замер, а потом расхохотался, что зазвенели склянки на столешнице.
— Ох, морской дьявол, ха-ха! Клянусь своей лысиной, никогда таких пассажиров не поднималось на мой борт! Каждый, абсолютно каждый, готов был давиться за жалкий медяк! Каюсь, что не успел заметить, как сам превратился в такого же. Однако встреча с вами, господин Риз, напомнила мне, что есть вещи поважнее злата и серебра!
Покачиваясь заметно сильнее, чем палуба под ногами, Ронд достал из закромов украшенный резьбой кубок и кувшин самого лучшего вина, которое у него только было. Без лишних вопросов толстяк сам откупорил горлышко и налил рубинового напитка в ёмкость.
— Прошу, господин! Если я могу ещё хоть что-то сделать для вас, просто скажите! — торжественно объявил капитан.
— Если не затруднит, вы можете сориентировать, как скоро мы прибудем? — полюбопытствовал полукровка, принимая кубок.
— Мы уже вот-вот зайдём в бухту. Проявите ещё немного терпения.
— Благодарю. А где мы находимся? Далеко ли от столицы Капитулата?
— От Блейвенде? Изрядно… но точного места я вам, господин Риз, к сожалению, назвать не могу. Поймите, это не только моя тайна. Я лишь один из многочисленных винтиков в сложном механизме. Потому не имею права распространяться. Когда я говорил, что люди моей профессии умеют держать язык за зубами — это не было пустой болтовнёй.
— Но мы ведь, сойдя на землю, так или иначе, увидим всё воочию, — вскинул бровь озарённый.
— Эм-м… не совсем. Каждому пассажиру завяжут глаза, а затем отвезут всех разом к ближайшему посёлку. На этом наше сотрудничество и закончится. Поверьте, Риз, эта схема работает уже не первое поколение. И те, кто её придумал, позаботились о безопасности.
— Что ж, спасибо за разъяснение, — полукровка отсалютовал кубком, и ровно в тот же момент с палубы раздался звон колокола.
Один. Два. Три. Три сигнала.
— О, оказывается, мы уже на месте, — удивился капитан. — Надо же, как пролетело время в хорошей компа… нии…
Ронд споткнулся на полуслове. Ему вдруг стало нестерпимо трудно дышать, поэтому окончание фразы он буквально вытолкнул из себя. Ещё не понимая, что происходит, мужчина опустил взгляд вниз и увидел, как на груди у него стремительно набухает кровавое пятно. Сперва совсем крохотное, размером всего лишь с ноготь. А вот уже с полновесный глориал. Ещё через несколько ударов сердца оно стало больше раскрытой ладони.
Толстяк поднял недоумевающий взор на полукровку, который смотрел на умирающего собеседника всё с той же ледяной невозмутимостью. В глазах озарённого не мелькнуло ничего. Ни сожаления, ни отголоска сомнений, ни торжества. Абсолютная моральная пустота.
— Простите, капитан Ронд, но я не могу положиться на ваше слово. О моём прибытии на Весперу никто не должен знать.
— Мо… я… коман… да… — прохрипел мужчина, роняя с губ кровавую пену. — Их… ос… тавь…
— Не могу, — прозвучало в ответ, словно приговор.
— Уб… людок… — сплюнул толстяк и тихо закашлялся.
Из его рта выплеснулось с полкружки горячей крови, которая потекла по подбородку и залила всю рубаху. В ушах зашумело, зрение поплыло, а каждый новый вдох давался с таким трудом, будто приходилось поднимать каменную плиту.
— Мне горько, что так вышло, капитан, — изрёк желтоглазый убийца. — Не жду, что вы простите. Но знайте — я сожалею. А теперь, прощайте.
Озарённый поднялся с кресла и отправился к выходу. Там, на свою беду, его повстречал недотёпа Хаггар.
— А, господин? Уже ухо…
Матрос неожиданно замолк. А мгновением позже послышался звук упавшего на доски тела. Печально, но иначе не могло и быть. Ронд повидал достаточно на своем веку, чтобы понимать — такой человек, как этот Риз, не остановится, пока не перебьёт всех.
Кто бы мог подумать, что боги накажут капитана за нарушенное обещание так скоро…
* * *
— Веил’ди арбитр, прошу сюда. Мы давно вас ожидаем.
Грязнорожденный в воронённых доспехах поклонился так низко, что ворот кирасы врезался ему в подбородок.
— Кто владеет информацией? Что могло приключиться в этом богом забытом месте, отчего понадобилось присутствие Инспекции Воли? — потребовал ответа алавиец, следуя за солдатом.
— Наша контурна осуществляла патрулирование по утверждённому маршруту близ Штенгарда, — принялся излагать сопровождающий. — Когда мы миновали Кривой Мыс, то заметили дым на побережье. Пойдя в том направлении, обнаружили следы схватки, полузатонувший остов корабля и трупы. Довольно много, около полусотни. Наш доблестный милигерн Гас-Уррен сразу же приказал отправить весть в Инспекцию Воли, дабы ваши представители лично осмотрели это место.
Выслушав доклад, арбитр молча кивнул. Большего от ходячего животного он и не чаял услышать. Ибо вести беседы с тупым двуногим скотом не только унизительно, но часто и контрпродуктивно. Эти недоумки иной раз забывают, сколько у них пальцев на руке. Поэтому лучше переговорить с их милигерном. Словам истинного гражданина хотя бы можно доверять.
Тем не менее, даже такой тугоумный выродок сумел немного прояснить картину. Стало понятней, почему арбитра Инспекции Воли заслали в такую глушь. Если солдат ничего не напутал, то вполне может статься так, что разведотряды грязнорожденных уже добрались до берегов Весперы. Но точнее определить получится лишь после того, как сам всё осмотришь.
Вскоре путь упёрся в крутой склон,
