Статус: В общем и целом – ученик - Андрей Мельник

— Выдержал с лёгкостью, — прокомментировал я.

— Да, господин, — почтительно ответил сопровождающий меня ящер. — Он создан по аналогии с куполом крепости. Способен выдержать град сверхмощных заклинаний, как при осаде.

— Ты неплохо информирован, да? Могу я кое-что у тебя уточнить?

— Если моих знаний будет достаточно, господин.

— Как тебя зовут?

— Италур, господин.

— Скажи мне, Италур: как так получается, что в турнире, где можно умереть, принимают участие дракониды? Насколько мне известно, указом императора им запрещено участвовать в смертельных боях и дополнительно подвергать свои жизни опасности.

— Ваша информация совершенно верна, господин. Действительно, решением пресветлого неболикого повелителя Дракории драконидам не разрешается рисковать своими жизнями ради славы или же иных целей, когда речь идёт не о защите собственной жизни и самой Дракории. Любой же, кто станет угрозой жизни всего одного драконида, навечно станет врагом всей империи. И не будет места ему в этом мире, где он мог бы чувствовать себя в безопасности.

— Тогда почему? — указал я на арену, где драконид сражался с ящером.

— Действуют особые условия битвы. Драконоподобный воин использует артефакт божественного уклонения. Он покрывает тело едва заметной пеленой, и, если по нему проходит магическая или физическая атака, способная нанести вред и стать угрозой жизни и даже просто здоровью, расходуется заряд, телепортирующий в случайное место неподалёку. Если это случается, бой заканчивается. Никто не станет рисковать, чтобы случайно нанести вред дракониду.

— И победит в таком случае ящер? — удивился я.

— Всё верно.

— Так это же значительно меняет условия боя. Драконоподобные могу с лёгкостью вылететь… Убить и нанести сильный удар, способный ранить, — это разные вещи, — с сомнением произнёс я.

— Это так… Но, они особенные. Дракониды обладают невероятными характеристиками и заклинаниями. Вот, например, выступающий на арене Виаран Огнехват. Во-первых, чтобы атаковать его тело и выбить из турнира, сопернику сперва нужно выдержать его стремительный и могущественный натиск огня. Ну а во-вторых, нужно попасть по нему и пробить огненный щит. У Огнехватов это фирменная техника. Огонь настолько плотный и интенсивный, что расщепляет вражеские заклинания, испепеляет снаряды, не даёт подойти для ближнего боя. Кроме того, у них развиты до предела чувства, позволяющие ощущать скрытые магические атаки из-под земли или прочих слепых зон, — пояснил Италур.

Видимо, для всех, кроме меня, это было очевидно. Да, условия для хозяев турнира отличаются, и кажется, что выбить их проще: не нужно убивать и наносить смертельные атаки. Достаточно лишь создать угрозу и заставить переместиться за счёт заклинания защиты. Но они гораздо сильнее обычных избранных. Лучше экипированы, обладают родовыми техниками.

Этот бой быстро закончился победой фаворита, и трибуны в очередной раз закричали. Драконид не стал добивать своего оппонента, и тот, несмотря на ранение, поклонился, признавая величие своего противника.

Была объявлена десятиминутная пауза, во время которой ко мне присоединился ящер, победивший в бою. Возникла неловкая тишина между нами, и я погрузился в мысли. Я пытался вспомнить все слова Алисы о её прошлом.

В какой-то момент меня прервал кашель. Я повернулся к ящеру, и тот заговорил на первичном языке:

— Человек, есть вопрос.

— Спрашивай, — кивнул я.

— Зачем ты орка убил? Ещё и так показательно жестоко…

— Турнир ведь смертельный… Всякое бывает, — пожал я плечами и добавил с ноткой стали в голосе: — Особенно с теми, кто обещает сжигать города и деревни, убивать всех мужчин, даже не воинов, а женщин и детей брать в рабство просто из-за того, что ему кто-то не понравился. Вот и он такое пообещал.

— Мало ли что он говорил, чтобы раззадорить тебя. Я слышал его слова. И ты думаешь, он бы это сделал?

— Я в этом не сомневаюсь, — ответил я и вздохнул: — Я уже отражал вторжения орков… Убивал их чемпионов, командиров. Даже одного правителя орды. Когда орк говорит что-то такое — это не обычный мусорный разговор. Это клятва. Он бы сделал это и не оставил себе и шанса на жизнь. Я бы убил его, даже если бы нас разбили на разные пары. Уже после турнира.

— Всё настолько серьёзно? — удивился ящер.

— У меня появилось одно правило в жизни, которого я стал придерживаться, после того как пришёл в этот мир: никогда не оставляй за своей спиной мстительных ублюдков, не знающих, что такое честь. У орков понятие чести своеобразное… Определяется количеством вспоротых брюх беззащитных и слабых избранных. И у всех орков, кого я встречал, было такое понимание.

— Хорошо, что они до сих пор между собой воюют, — задумчиво произнёс ящер.

— Наверное… Но меня волнует, что случится, когда эта война закончится победой одной из сторон.

— Вы близко к оркам живёте? — уточнил мой собеседник.

— Соседи… — с сожалением произнёс я.

— Я буду молиться, чтобы война орков друг с другом никогда не закончилась, — неожиданно произнёс ящер, заставив меня по-новому взглянуть на сидевшего по соседству избранного.

Я улыбнулся, поднялся и с благодарностью изобразил лёгкий поклон. Слова этого ящера были искренними и показывали, что, какими бы разными мы все ни были, среди нас могут найтись те, кто мыслит одинаково.

— Пусть благоразумие ведёт вперёд тех, кто заботится о будущем, оберегая этот мир от великих катастроф и потрясений, как и твой народ, — сказал я в ответ.

Ящер удивился, поднялся и тоже стал в лёгком поклоне:

— Воистину. Пусть будет так. Твои слова довольно мудры для столь юного существа. Я рад познакомиться с таким выдающимся героем, как ты. — Он протянул мне руку. — Тирэн из рода Ветрокрылов.

— Алекс Лисоглядов. Мы слишком молодая цивилизация, чтобы можно было громко заявлять о родах. Рад знакомству.

Мы пожали друг другу руки и сели на места, обсуждая прошедшую битву.

Мне стал интересен один момент, и я решил задать несколько личный вопрос Тирэну.

— Послушай… А как так вышло, что твой род — Ветрокрыл, а ты при этом маг земли? Я был уверен, что небо, ветер, воздух — вот твои стихии.

— Хах… Сие есть загадка природы. В своей семье я аномалия. Никто не понимает, как у двух магов воздуха мог родиться маг земли. Но это случилось. При этом родной дар не отсутствует. Он подавлен чудовищной силой и предрасположенностью к магии земли. В наследство от родни же мне досталась особенность, снижающая силу воздействия воздушных заклинаний.

— Действительно удивительная аномалия. Но на всё воля Системы. Значит, она видела в тебе кого-то. Понять бы кого и зачем…

— Жду не дождусь момента, когда смогу задать ей эти вопросы. Поскорее бы попасть на основной турнир, принять её предложение и стать Учеником, а следом и прикоснуться к