Кошмар мага - Мстислав Константинович Коган
— Всем оправиться и построиться по десяткам! Как выйдем на поляну — выстраивайтесь в три шеренги, как на учениях. Не хватало нам ещё перед этими святыми хуесосами опозориться.
По строю солдат прокатился шепоток плохо сдерживаемых смешков. Никто из моих парней не был особенно верующим, а на храмовников после заварушки в столице они и вовсе поглядывали с большим подозрением. Если не сказать, с презрением.
— Мы встанем на флангах, — бросил барон, снова поравнявшись с нами, — Мои бойцы получше вооружены да и поопытней твоих будут. Если дойдет до драки — попробуем растянуть их строй в стороны и прорвать по центру.
— Добро, — кивнул я. Легонько тронул пятками Гневко и скомандовал, — Отряд, выступаем. В ногу шагом марш!
— Марш! Марш! Марш! — начал командовать лейтенант. Отряд ответил ему не слишком дружным, но внушительным чавканьем ботинок по едва подсохшей грязи и лязгом оружия. Мы тронулись дальше.
Выход на поляну показался за первым же поворотом. От путевого камня до него было рукой подать. Мрачный густой лес тут резко обрывался, а дорога выходила на просторную залысину, усеянную мелкими кривыми деревцами и множеством старых, обгоревших пней. Когда-то давно тут бушевал пожар, но кто-то или что-то его потушило, не дав спалить всё вокруг.
Посреди залысины, шагах в трёхстах от нас стояла ровная шеренга пехотинцев, за которой виднелись шапели стрелков и рога их арбалетов. Бойцы первой линии не прятались за щитами. Напротив, отставили их чуть в стороны, так, что было видно латные перчатки, сжимающие рукояти. мечей, топоров, шестопёров, клевцов. И у каждого было по два экземпляра. Одно в руках, второе — на поясе. На первый взгляд очень странный и хаотичный набор, но для опытного глаза сразу становилось понятно, что отряд готовили к борьбе с разными типами противников. Собственно, как и мы своих солдат.
Большинство из них было одето в плотные стёганые бригантины, поверх которых были накинуты некогда белые, а теперь грязно-серые сюрко, с вышитым на груди пылающим клинком. Головы прикрывали топфхельмы, сквозь тёмные прорези которых пробивались пристальные, но в то же время — равнодушные взгляды.
Храмовники смотрели, как на поляну выходит десяток за десятком выходят наши бойцы. Пехотинцы, копейщики, стрелки и даже полтора десятка кавалеристов, правда на тягловых, а не ездовых лошадях. Выходят и занимают место в строю, демонстративно поигрывая арбалетами и проверяя, как выходят мечи из ножен. Смотрели, молчали и стояли неподвижно, как статуи. Будто их вообще не трогало разворачивающееся перед ними маленькое представление.
— Отряд, смирно! — рявкнул Бернард, когда последний десяток занял своё место в строю, — Оружие на изготовку!
Лязгнула вынимаемая из ножен сталь. Заскрипели тетивы взводимых арбалетов. И над поляной вновь воцарилась гробовая тишина. Гробовая, но в то же время звенящая от напряжения да так, что его можно было ножом резать. Пришло время для нашего выхода.
— Только держи себя в руках, — бросил я покосившись на Айлин, — Пока нет повода превращать поляну в очередную кровавую бойню.
— Я всё равно это не контролирую, — девушка равнодушно пожала плечами, не отрывая взгляд от строя потенциального врага, — Но если они не спровоцируют, всё должно быть нормально.
Я кивнул и тронул пятками Гневко. Неторопливо проехался вдоль строя своих бойцов. Спрыгнул с коня и передал поводья Бернарду. Айлин сделала то же самое. Затем молча указал пальцем на четырёх солдат уже ходивших со мной на вылазку — Остина, Эрика, Жака и Ивара. Бойцы покинули строй и присоединились к нам.
Со стороны храмовников тоже началось движение. От строя отделились пятеро пехотинцев и неторопливым шагом направились к центру поляны. Держались нарочито небрежно и расслабленно. Вот только мой намётанный глаз уже видел, как их ладони при каждом шаге, будто бы невзначай оказывались рядом с рукоятями мечей, притороченных к поясам.
— Без команды не дёргаться. Но и не расслабляйтесь. Мы не знаем их намерений и вероятно имеем дело с врагом.
— Если нападут, то… — начал было Остин, но я тут же его оборвал.
— Строим стену щитов и отходим к своим.
— Маловато нас для стены щитов, — покачал головой Ульф.
— Достаточно, чтобы пережить первый залп, — возразил я тоном, не терпящим препирательств. Их, впрочем, и не последовало. После недавних отжигов отряда рядовые бойцы наконец-то перестали сомневаться в моих умениях командира. Да и перспектива получить по морде за такое грубое нарушение субординации им тоже не улыбалась.
Мы двинулись вперёд. Медленно. Осторожно. Наблюдая за строем противника. Тот оставался неподвижным. Разве что стрелки во второй линии как-то странно зашевелились. Принялись нервно оглядываться на лес за своей спиной и потихоньку взводить свои арбалеты. Первая линия пока оставалась неподвижной, но десятники уже почувствовали напряжение бойцов и тоже принялись оглядываться ища врага. А затем, потихоньку, как бы невзначай две крайние десятки отошли чуть назад, слегка загнув концы их строя. Так, чтобы в случае атаки с тыла, максимально быстро развернуться в ту сторону и выстроить перед стрелками стену щитов. Похоже кто-то из парней, отправленных в обход слишком громко бздел сидя в кустах и заодно пустил весь наш план по одному известному месту. Вашу ж мать. Ладно. Работать будем с тем, что есть.
Мы встали напротив пятёрки бойцов противника. Тот, что посередине — немного мельче других и какого-то странно-неправильного телосложения сделал шаг вперёд. Немного помедлил. Взялся за застёжку шлема. Переговоры начались.
Глава 6
«Кара»
Боец неторопливо стянул с головы топфхельм. Из под его стального края на меня взглянуло немолодое лицо. Карие, равнодушные глаза. Песочного цвета волосы, больше напоминавшие неряшливый сноп соломы. Высокий лоб, перечёркнутый тонкой змеёй старого шрама. Правую щёку и губы пересекал ещё один рубец, ещё не успевший потерять краску. Вокруг него на коже виднелись два ряда небольших пурпурных отметин. Похоже кто-то пытался стянуть рану грубой ниткой и не слишком в этом преуспел.
Перед нами стояла средних лет женщина, которую изрядно помотала жизнь. Стояла и сверлила нас пристальным, изучающим взглядом. Так вот почему мне её фигура показалась несколько странной. Айлин в кольчуге выглядела примерно так-же. Только не прятала лицо за забралом.
Молчание затягивалось. Казалось, воздух потрескивал от разлившегося в нём напряжения. Или это едва слышно потрескивали тетивы взведённых арбалетов.
Наконец, она заговорила.
— Что ж, я представляла вас… другими, — бросила женщина. Её голос, так же
