Хроники закрытого города - Улана Зорина

– Ты не серчай на Беляну. Скучно ей тут. Почитай одни старики да дети малые. Парни-то все на войну ушли. Как в 43-ом от фашиста в тайгу бежали, так на болотах и осели. Деревенька небольшая, людей с десяток дворов.

– Как на войну? – удивился Максим.

– Так давно это было. Говорю ж, в сорок третьем.

– А сколько ж вам лет? – почесал макушку парнишка, озадаченно хмурясь. Мужик вздрогнул, поморщился и хлопнул ладонями по коленям.

– Ну, будя болтать. Ты отдыхай сегодня, сил набирайся. А завтра я тебя на тропинку и выведу. Негоже тебе оставаться здесь.

 Понял Максим, что хозяин не горит желанием продолжать разговор, и устало откинулся на широкую лавку. Только сейчас он почувствовал, как твердо его ложе. Кое-как угнездившись, он со вздохом прикрыл глаза и, уже проваливаясь в глубокую дрёму, услышал тяжёлую поступь хозяина. Дверь протяжно скрипнула, и мягкая вуаль тишины окутала комнату.

Глава 9

 Разбудил его, как ни странно, тот же самый тихий скрип деревянной двери.

 Ещё не совсем разметав остатки сонной неги, он приоткрыл глаза и забыл, как дышать.

 В узком помещении не было окон, и кромешная тьма, казалось, должна была скрывать от человеческого взгляда детали коморки под своей прочной вуалью. Ан нет.

 Сердце набатом забилось в груди, гоня по венам чистую панику. Выпучив глаза, он ошарашенно взирал на плывущую к нему серебристую фигуру.

 Мысли лихорадочно заметались, увязая в хаосе и оставляя в голове бессмысленную мешанину обрывков, которые никак не хотели слиться во что-то разумное.

 Сказать, что Максим испугался – это ничего не сказать. Он был просто в ужасе. Тело парня оцепенело, покрылось холодным потом, и, как ни старался, он не мог даже шелохнуться.

 Лёжа каменным изваянием и вперив взгляд в незваного гостя, он молча обливался холодным потом и боялся моргнуть.

 Сияющая сорочка, вышитая серебром тонкой нити, будто сплетённой из лунного света, невесомым облаком окутывала стройный стан. Она казалась прозрачной на фоне фарфоровой кукольной красоты бледного лика.

 Максим судорожно втянул в себя воздух и закусил губу. Сладкий фимиам бархатистых фиалок вскружил ему голову, а выступившая на губе капелька крови придала аромату цветов пикантную нотку.

 Да, это была она и не она в то же самое время. Задорная и своенравная Беляна вдруг превратилась в прекрасную томную женщину.

 Водопад белых, сверкающих внутренним светом волос, струился по плечам, подчеркивая их манящую наготу. Спущенная с плеч сорочка, казалось, совсем не скрывала юное тело.

 Максим судорожно сглотнул, не сводя глаз с нежданной искусительницы.

 Неслышной поступью подошла к лежащему Беляна, чуть повела плечом, и серебристое облако одеяния пало к её босым ногам. В полной наготе предстала девушка перед зачарованным пленником, окинула взглядом его напряжённую фигуру. И темнота ей вовсе не мешала. Беляна остановила свой небесный взор на твердом холмике между ног, и губы её дрогнули в довольной улыбке.

 Гордой лебёдушкой подплыла она к юноше, ловкими пальчиками расстегнула рубашку, стянула брюки.

 Не смея вздохнуть, лежал Максим перед нею ни жив ни мёртв. Тело его покрылось мурашками, рванулось навстречу, однако не двинулось с места.

 Глаза дьяволицы сверкнули, бледное лицо осветила улыбка, приоткрывая ровный жемчуг зубов. Беляна наклонилась к его лицу и тихо шепнула:

– Сегодня ты мой.

 Лихой всадницей запрыгнула она на Максима верхом и впилась тонкими пальцами в плечи. Погладила нежно, скользнула по влажной коже, надавила на грудь узкими ладошками, зарылась пальцами в кучерявые волоски. Наконец, ее пальчики дразняще коснулись огрубевшего соска, и она протяжно вздохнула. Сводя с ума бедного парня, Беляна откинула назад длинные волосы, открывая жадному взгляду то ли жертвы, то ли счастливчика свои округлые аппетитные формы. Тело её, казалось, светилось изнутри, отчего кожа отливала мягким перламутром.

 «Что за чертовка», – глаза Макса затуманила страсть, а сам парень задрожал от неистового вожделения. Похотливый жар ударил в голову, и внизу живота вспыхнули огнем раскалённые угли. Скованное колдовством, не иначе, тело не подчинялось, в ушах зашумело, кожа покрылась мелким бисером пота, и, не сознавая себя, Максим глухо зарычал. Беляна усмехнулась и, продолжая теребить коричневую бусину, слегка приподнялась, позволяя восставшему естеству нырнуть во влажное лоно. Оба вскрикнули, дыхание участилось. Забыв обо всём на свете, два разгорячённых любовника полностью отдались первобытной, испепеляющей страсти.

 Долго скакала лихая наездница на покорном объезженном скакуне, не позволяя тому шевельнуться, а как вдоволь им насладилась, исчезла так же внезапно, как и явилась, оставив Максима пребывать в сладкой нирване.

Глава 10

 И вновь разбудил его тот же самый скрип. Максим с трудом разлепил тяжелые веки и приподнялся. В комнатушку впорхнула «дневная» Беляна. Максим нахмурился.

 Ни словом, ни взглядом девушка не выдала себя. Неужели ему всё приснилось?

 Гладкие волосы цвета жидкого серебра снова убраны в толстую косу. Цветастый сарафан сменило свободного покроя длинное белое платье. Коралловые губы ярким пятном выделялись на алебастровой коже, и, глядя на то, как юркий язычок, едва высунувшись, ловко снуёт по сладким устам, Максим судорожно вздохнул. Чресла его налились каменной тяжестью, а неуёмный Амур и вовсе решил, что панически колотящееся сердце Максима – его постоянная мишень.

 Щеки юноши расцвели багровыми розами, и, стараясь скрыть неуместный конфуз, он неловко уселся. К счастью, следом за объектом волнений в сруб бодро ввалился мужик.

 Хмурым взглядом окинул он парочку, задумчиво почесал бороду и сурово изрёк:

– Что ж, вот и время пришло. Собирайся, болезный.

– Но батюшка…

– Цыц! – грозно зыркнул хозяин на дочь. Та стыдливо потупилась, теребя пальцами косу. Теми самыми, что сводили Максима с ума минувшей ночью.

– Ох, – только и смог выдохнуть парень.

 Нега покинула тело, и он наконец-то поднялся.

– С собой ничего не даю, да и ты брать не смей. Живи себе с миром да по совести, – суровые наставления седовласого старца в одно ухо влетали, а в другое вылетали, не задерживаясь ни на миг в воспалённом мозгу. Там сейчас царила лишь синеглазая фея.

 Неужто и впрямь дивный сон? Максим терялся в догадках. А меж тем хозяин решительно двинулся к двери.

– Ну, неча время терять, пошли, – буркнул он.

 Едва отцовская спина скрылась за дверью, Беляна опрометью метнулась к Максиму. Не успел тот и глазом моргнуть, как влажные губы жадно впились в его рот, пронзая растерянный разум безумным восторгом. В нос ударил уже знакомый аромат бархатистых цветков, и Максим с радостью осознал, что пережитое блаженство вовсе не сон. Руки юноши сомкнулись на гибком стане, притягивая к себе соблазнительницу, но та внезапно отпрянула.

 Боязливо оглядываясь, сунула