Древо Вечности 3 - SPAIZZZER

Но я думал, что у меня есть доступ к моему собственному царству души. У меня возникло ощущение, что это пространство было своим собственным карманным измерением, и я мог чувствовать другие карманные пространства.

Царство души.

Забавно, я не уделял много времени исследованию этого пространства, но теперь у меня было на это всё время. Я смутно припоминал, что моя кузница душ не работала, и, что уж там, моё сознание застряло внутри меня, в „спящем“ состоянии. В каком-то смысле это было похоже на обратную сторону моих способностей, связанных со снами, когда я сам находился в состоянии „сна“. Я что, спал, или, поскольку я был без сознания, моя психика отступила в это место? Честно говоря, я не мог отличить одно от другого. Впрочем, о чём я вообще думал?

Там были маленькие сгустки света, плавающие во многих местах. Огонёк ждал.

— Мэтт.

— Привет. — Я тоже принял форму маленького сгустка света. — Огонёк?

— Да.

— Итак что здесь происходит?

— Ты без сознания, и ты застрял в этом лимбе разума-сна-царства души. Время здесь движется по-другому, как ты, конечно, уже знаешь.

— Понятно.

— Итак, пока твоё тело каким-то образом не вырвется из боли и страданий, через которые оно проходит

— Я застрял здесь. Что ж, я это как бы знал. Как душа вообще могла взаимодействовать вне тела? Разве что моя кузница душ как-то работала, но это было не так. Я вспомнил, одно из уведомлений гласило, что она отключена.

Мёртвые, парящие души, маленькие сгустки света. Они проплывали мимо меня и просто блуждали. Это были те, кто недавно умер, ожидая времени для реинкарнации.

— Это займёт какое-то время, — сказал огонёк. — Слишком много людей умерло так быстро, что образовалась очередь.

— Образовалась очередь? Серьёзно? — Я думал, это шутка.

— Конечно. И ты, вероятно, единственное хоть как-то выжившее древо душ в этой половине континента.

— Скажи мне кое-что. Откуда ты знаешь? — На этом этапе, как огонёк вообще узнал, что происходит вне меня? Разве огонёк не оставался внутри меня?

— Жнецы душ и жнецы снов могут путешествовать на огромные расстояния и проходить сквозь большинство объектов и барьеров. Иногда они также приносят фрагменты воспоминаний, и ты тоже можешь просматривать эти воспоминания. И, что ж, если души издалека приходят сюда, это может означать только одно: других древ душ не осталось.

И огонёк задрожал, и появились сгустки света поменьше. Они напоминали крошечные телевизоры и показывали, что видели мёртвые в свои последние дни.

Странные демоны. Монстры. Отовсюду пламя. Горящие земли. Разрушения. Всё это было обыденностью.

Это было похоже на то, как маленьких птиц и уток обволакивали слоем нефти, а затем сжигали заживо. Это как магическая версия разливов нефти с Глубоководным горизонтом и Эксон Вальдес, только, что ж, если ты не погиб в первой волне, монстры, порождённые этой жижей, в конце концов доберутся до тебя.

Но, честно говоря, я мало что чувствовал к их смертям.

Вместо этого я почувствовал укол печали, когда увидел огромные пустые пространства. И горящие деревья. Ах-х-х, какая печаль, что деревья так легко горят. Если бы я мог, я бы нашёл способы ввести огнеупорные деревья по всему миру.

Почему деревья вообще должны быть отнесены к фоновым элементам? Почему мы были лишь частью окружающей среды, вещами, используемыми для описания мест?

Мы были деревьями, предшественниками цивилизации. Без растений, без деревьев не было бы еды, сельского хозяйства, а без сельского хозяйства не было бы крупной цивилизации! Именно благодаря тому, что человечество открыло земледелие, появилась цивилизация; почему же к деревьям относились с таким неуважением?

Ах! Меня занесло.

Ладно, давайте немного поразмыслим. Я всё ещё мог думать в этом царстве души, так что это было неплохо.

Я был заперт в собственном теле, потому что снаружи горел массивный инфернальный костёр, сжигавший и иссушавший всё вокруг. Только благодаря моим уровням и большому количеству фрагментов героя я мог это выдержать.

Это означало, что если бы у меня были более высокие уровни или больше фрагментов героя, я бы в конце концов сбежал из этой демонической тюрьмы или, по крайней мере, пробил в ней „дыру“.

И это демоническое пламя должно со временем ослабнуть, как это произошло с моим первым опытом.

Что ещё я мог сделать?

Были ли какие-нибудь навыки, которые я мог бы использовать на себе в этом „подсознательном“ состоянии? Моё тело явно было на автопилоте и, как и прежде, активно управляло демонической маной, чтобы я мог выжить. Мог ли я сделать это сам?

Мог ли я заставить себя „проснуться“ вместо того, чтобы застрять в этом царстве души?

2 ГОД 88

Ответ был неоднозначным. Я кое-как мог оставаться в сознании, словно сновидец, заставляющий себя проснуться, но боль была настолько невыносимой, что я так же стремительно терял сознание. Лишь в периоды `отливов` демонической энергии я мог сохранять хоть какое-то подобие сознания.

Если я заставлял себя бодрствовать, когда демоническая энергия была на своем пике, я чувствовал себя так, словно меня оперировали в полном сознании. Это было неимоверно больно. Настолько, что автопилот быстро активировался и отбрасывал меня обратно в царство души.

Но я не сдавался. Я не верил, что мне нужно полагаться на автопилот, чтобы справляться с болью.

Так я и метался туда-сюда, либо испытывая невыносимую боль, либо находясь в своем царстве души.

Если эта система работала так, как я предполагал, только постоянно выдерживая и `управляя` этой болью, я приобрету навык.

И когда я приобрету навык, я смогу прорваться сквозь этот демонический огонь.

— Вы всё ещё здесь, — Прошел год с тех пор, как я в последний раз возвращался в это `пространство`. Я думал, демоны уже сожрали их души целиком.

Симона и Виктор выглядели недовольными. — Ну, что привело тебя обратно? — Их тела выглядели примерно так же, но я заметил, что небольшая часть их рук обнаруживала всё больше демонических черт.

Честно говоря, я просто `проверял`, изменилось ли что-нибудь.

— Как думаешь? Сколько времени прошло? — спросили они.

— Год?

— Ох, и не скажи. Кажется, прошло гораздо больше времени, учитывая, какую боль мы испытываем. — Выглядели они неважно. Демоническое разложение других частей их тел, казалось, прогрессировало.

Затем демон снова взял верх. — РАСТИ! — Однако оба не могли пошевелиться, так что я не боялся.

— Эм, да. Расти. — Демон