Bloodborne: Песочный человек - Лемор

Если кто-то и захочет зайти, то много я от этого точно не потеряю. Вопрос одного-двух клиентов, и не более.

Думаю, в течение недели-второй по этому поводу можно будет так не беспокоиться, хотя, конечно, затягивать с этим делом не стоит. Память бывшего владельца подсказывала мне, что за лицензию на продажу пойла пока ещё можно было не переживать, а вот с землёй и акцизом на это же пойло совсем скоро могут возникнуть большие проблемы.

— Чем больше я роюсь в твоей памяти, дружище, тем больше начинаю удивляться, как вы вообще всё это время с такими налогами держались на плаву… — поправил я цилиндр, довольный своим внешним видом.

Кажется, задался извечным вопросом.

Практически всё, что на мне было, некогда принадлежало отцу Артура, из-за чего было немного великоватым (надеюсь, временно), но, в общем и целом, сидело неплохо: тёмный сюртук, жилет, белая рубашка, брюки. Хотелось бы ещё накидку взять, но погода не совсем располагала. Скоро должен был начаться сезон дождей, так что ещё успею отыграться.

Стукнул тростью.

— И чем тебе такой вид не нравился?

Артур был простым парнем, иногда неряшливым (в разумных пределах!), не слишком следя за тем, как он выглядит со стороны, и я даже не могу сказать, что это какой-то большой минус. Всё же, иметь своё мнение и не беспокоиться о взглядах незнакомцев — не худшее качество.

Я, к счастью или сожалению, был другим. Длительное существование в виде духа снов выработало во мне мышление, изначально ставящее мысли и эмоции окружающих меня существ выше моих собственных. То, о чём они подумают, было важнее того, о чём подумаю я. В разумных пределах, конечно, но всё же.

Я — это убийца, что выронит нож и позволит жертве кошмара нанести ответный удар.

Я — это случайный мимо проходящий человек, протягивающий руку помощи в самый подходящий момент.

Я — это лодка, дрейфующая между скал, что никогда не предаст своего лодочника.

Я не кричу сразу о том, что рядом, но всё равно нахожусь на видном месте и с удовольствием даю о себе знать.

Выбрался на улицу, подняв взгляд на пасмурное небо, вдыхая не самый чистый воздух, поморщившись. Обострившееся после принятия крови восприятие сделало ситуацию только хуже.

— Как я и думал, радость закончилась быстро, — вздохнул печально я, обратив внимание на не менее печальный цветок, явно скучающий по солнечному свету. — Нужно дать тебе имя… Как насчёт Фреда?

Цветок не ответил. Я всё понял.

— Не подходит, да, согласен, — прищурился я. — Может какой-нибудь Альберт? Нет? Согласен, слишком чопорно. Тогда остановимся на Фреде. Или, может быть, Майк? Нет, Майк точно не подходит…

Изначально я думал просто пошутить, но меня немного понесло. Я склонился над цветком, принявшись внимательно его рассматривать. Захотелось дать чуть более уникальное имя, чем просто Фред. При всём уважении к Фредам!

Сам не заметил, как тихо заговорил.

— Тяжело осознавать, что не можешь сбежать отсюда, да? Ты знаешь, что такое таламус, друг мой? К несчастью, у тебя нет мозга, но, к твоему сведению, это довольно важная его область, отвечающая как за двигательные функции, так и за сон с бодрствованием. И может быть что-то ещё, я уже не так хорошо помню, — честно признался я, немного обломав драматичность момента. — Раз уж мы в тёмном фэнтези, то и имя подберём соответствующее. Вновь добро пожаловать в этот ужасный мир, Таламус.

Я поднёс большой палец ко рту, прикусив его, поморщившись от боли, капнув послушно выступившей кровью на цветок. Стоило капле только попасть на лепесток, как кровь тут же втянулась в него. Цветок, словно приободрившись, слегка приподнялся, наполнившись жизнью.

Цветы не видели снов, даже не имели того, что можно назвать «сознанием», но всё ещё были живыми. Однажды мне довелось оказаться во сне цветка, что смог обрести сознание. И, должен сказать, этот сон был довольно… особенным. Будет интересно посмотреть, как отреагирует мой друг на питательную добавку и сможет ли он немного развиться. Времени на это у него будет достаточно.

Наверное.

Довольно улыбнулся, нежно проведя пальцем по лепестку.

Пока я буду рядом — солнце ему не понадобится.

Развернулся, неспешно направившись в случайном направлении по узким улицам, быстро смешавшись с окружением. Честно говоря, прогулка мне нужна была не только для того, чтобы удовлетворить внутреннего туриста, но и просто подумать.

В частности, чтобы немного расставить по полочкам всю самую важную информацию, которой я обладал.

И кое-что ещё, но об этом немного позже.

— Интересно, как будут развиваться события в этом отражении Бладборна… — негромко пробормотал я, с любопытством осматриваясь.

Одно из ключевых событий, которое я хорошо запомнил, было сожжение Старого Ярнама, когда зараза стала совсем неконтролируемой. Было нетрудно запомнить это, учитывая, что Старый Ярнам — отдельная локация.

Пока что этого не произошло, но что-то мне подсказывало, что до этого… «события» осталось немного времени. Почему я так думал?

В игре был персонаж с колоритным именем Джура, охранявший обращённых людей в Старом Ярнаме. По его диалогам было ясно, что он хорошо знал о том, кто такой игрок и почему убивать его бесполезно. Значит, если реальность будет хотя бы наполовину приближена к игре, Сон Охотника уже существовал, что не очень соотносится с нынешним промежутком времени. После его появления ориентироваться станет сложнее, ведь Джуре ничего не мешало бы узнать про Сон Охотника и после сожжения Старого Ярнама, но пока что ориентировка была рабочая.

Сколько у меня ещё было времени прежде, чем Герман заключит фатальную для себя сделку? Месяц-второй-третий? А может быть немного больше? К тому же, никто ведь и не говорит о том, что Джура будет первым или вторым охотником, что получит сомнительное бессмертие, да и не стоит, всё же, воспринимать информацию из игры за чистую монету.

Как-то слишком много переменных получается, м-да?..

— О?

Я рефлекторно ускорил шаг, вытянув руку, поймав едва не упавший на голову мимо проходящей девушки горшок. Поднял голову, увидев прикрывшую рот от ужаса старушку, дружелюбно улыбнувшись.

— Всё хорошо, миссис!

Опустил взгляд на хлопающую глазами девушку. Ещё в самом расцвете сил, не старше двадцати, с хорошо выделяющимися веснушками на лице.

— В следующий раз тебе следует быть внимательнее, дорогуша. От глупой смерти такой красавицы мир лучше точно не станет.

Проигнорировав ещё сильнее удивившуюся девушку, молча поставил горшок на землю, практически моментально растворившись в толпе, едва не подняв взгляд на одно из зданий, чувствуя, как крепко сжал трость в руке.

Вот же проклятый бесов мир. Как я вообще мог