Отражения - Ирина Николаевна Пименова
Каждая из этих планет все-таки имела свою особенность. Ума Сидус 1 и Ума Сидус 2 периодически вылетали из зоны обитаемости. Ума Сидус 3 вращалась так быстро, что ее сутки равнялись нашим четырем с половиной часам. Для исследований выбрали шестую и двадцатую как наиболее перспективные и относительно «спокойные». Миссия на Ума Сидус 6 нашла буйную растительность умопомрачительных оттенков, но приземистую из-за большой гравитации. На Ума Сидус 20 на фоне цветочков попроще выявили мелких насекомых. Вот этот факт произвел эффект разорвавшейся бомбы в мире астрономии. Ведь это уже животные! Поэтому все, что связано с группой Ума Сидус, вывели в категорию заповедника и начали охранять от всех промышленников и туристов, внимательно и скрупулезно, очень медленно фиксируя все факты развития местной жизни. Ни в коем случае не вмешиваясь, не внося своего, человеческого.
Странно, но пока люди не нашли ответа на вопрос, почему так много почти идентичных планет сосредоточено в, можно сказать, в одном месте.
Ученые и инженерный персонал на этих кораблях носили форму в темно-синих оттенках. Их рассудительность очень контрастировала с резким, энергичным образом коммерсантов. Выслушав все доводы Земли, они, поразмыслив, согласились, что на помощь отправится экипаж космолета «Пегас», располагающийся рядом с Ума Сидус 6, как самый быстрый, почти закончивший свою работу и обладающий большими ресурсами.
Часть V. Перфида
Глава 1
Стояла ночь.
Андрей смотрел на Синистию. Высоко в чернильном небе она показалась своей правой частью и походила на неподвижно застывшую, блестящую, желтовато-молочную яркую лампу. Ее скособоченный силуэт, немного сглаженный атмосферой и облаками, то скрывался, то появлялся за тонкой пеленой. Сейчас в прозрачном, ночном небе легко улавливались их разная высота, что в дневное время обычно терялось. Более низкие, сероватые, плотные массы проплывали медленнее, и, попадая в ее яркий диск, приобретали тускло-ржавый оттенок. Когда небо ненадолго становилось ясным, Синистия глазела прямо на Андрея. Испещренная рытвинами поверхность, крупные кратеры от падения древних метеоритов молча свидетельствовали об ожесточенных космических бомбардировках, обрушившихся на этот мир миллионы лет назад.
Он ждал связи с Землей. Его начала мучить бессонница. И тогда он, как неприкаянный, начинал бродить по пустынным в эти часы коридорам, испытывая странное ощущение, будто кто-то за ним наблюдает и изучает, как лабораторную мышку. Он старался отогнать от себя эти мысли, но невольно озирался по углам, словно ожидая увидеть кого-то за спиной.
Вот и сейчас ребята уже спали, а он все ходил, мучимый подозрениями и вопросами. И ответы на них ему очень не нравились.
На базе происходили события, которые не могли осуществиться без воли мыслящего существа: изменения в центральном компьютере, робопомощники, оказавшиеся не в том месте, не в то время, пропавшая или стертая информация, непереданные сведения на Землю.
«Слишком много несостыковок для того, чтобы списать на их случайности. Или один из нас сошел с ума, или здесь есть кто-то еще». – От такой мысли Андрею становилось жутковато.
Андрей часто коротал время именно в этом переходе между основной частью и теплицей. Только здесь был длинный прозрачный коридор, и можно было рассматривать ночную Перфиду. Ему даже полюбились такие бдения. Возникало чувство единения с чужим, но очень красивым, прямо-таки завораживающим миром. В нем была своя прелесть – суровая, резкая и коварная. Наружный периметр базы хорошо освещался. Никто не мог их потревожить, и только изредка ветер поднимал песок на поверхности, наметая небольшие холмики у опор. Сегодня ветростанция то работала, то стояла без дела, а солнечная – уже ждала наступления утра. Поодаль чернели скалы каньона. Над ними сверкали звезды. Так много! Неплотная атмосфера делала их очень яркими, они россыпями заполнили весь небосвод. Для Андрея они становились единственной компанией в это время суток. Долина Янтарных Песков утопала в черноте, простиравшейся далеко вперед, в неизвестность.
– Вы опять не спите! – Вдруг совсем рядом прозвучал металлический голос Неотложки. Андрей резко обернулся от неожиданности.
– Да, что-то не хочется. – Он был сильно удивлен, но попытался улыбнуться.
Внутри ребята всегда выключали свет на ночь. Еще неизвестно, когда придет помощь и дотянет ли главный генератор. Так что он полуночничал в темноте. База казалась очень большой для трех человек, разветвленной и одинокой.
В мутновато-призрачном свете Синистии Неотложка, стоявший во мраке коридора, смотрелся скорее как обитатель этой планеты. На фоне построек, неживого в целом мира присутствие робота казалось более естественным, чем людей.
– А ты чего не спишь? – с подозрением спросил Андрей.
– Я не умею спать, но я понимаю, о чем вы говорите. Да, я не вышел в максимальный режим энергосбережения. Мишу мучают ночные головные боли. Он часто встает. Запас обезболивающих невелик, поэтому экономим, но его беспокойство передалось мне и не позволяет выключиться полностью.
– Ты… заботишься… о нем? – с большой расстановкой произнес Андрей.
– Я – машина, я могу ответственно относиться к делу, но не чувствую заботы, – прозаично ответил Неотложка.
– Ты же знаешь, что бессмысленно за ним приглядывать. Ты ничего не можешь сделать. Но ты беспокоишься! Значит, ты заботишься! – Андрей изумился.
Эти роботы не были гуманоидными, они не обладали сложной системой, имитирующей человеческие чувства. И тем не менее налицо их проявление.
– Я просто подружился с ним, – тихо произнес Неотложка.
– Подружился? Постой-ка… Ты сказал «подружился»?! – ахнул Андрей. – А здесь ты что делаешь? – не дождавшись ответа, почти выкрикнул он.
– Я услышал, что кто-то ходит. Я пришел посмотреть, кто это.
Андрей немного отвлекся и взглянул сквозь толстое стекло на улицу. «Плюс любопытство…» – подумал он.
– Смотри, какая она прекрасная.
– Кто? – переспросил Неотложка.
– Перфида.
– Да, наверное. Мы здесь работаем… – неловко отозвался робот.
Андрей посмотрел на него недоумевая.
«Заботу выражать он научился непонятным образом, а ценить красоту пока нет. Интересно, что же здесь все-таки происходит?»
– Давай вернемся к себе и попробуем поспать. Завтра рабочий день. «Надо быть в форме», – вслух сказал он.
Они неторопливо добрались до основных помещений базы. Утром их ждала обычная рутина. Мысли Андрея становились все мрачнее. Необъяснимое поведение роботов и людей тяготили его все больше. Незаметно для себя он начал чаще озираться.
Глава 2
На следующий день Андрей совсем без настроения – сказалась ночная прогулка – начал разбираться с результатами поездки к оборудованию, установленному на Перфиде.
Миша и
