Двое и «Пуля» - Галина Валентиновна Чередий
— Когда на тебя обращают внимание, это уже даже не странно, а страшно. — ответила расстроенно. — Но ты не поймешь, ты ведь мужчина. Вернемся на “Пулю” сразу закажу какую-нибудь нормальную одежду.
— Это нечто вроде того барахла мешком висящего, что раньше носила? — фыркнул Киан и принялся за еду, при этом глядя на меня так, что мне вновь почудился ТОТ самый взгляд.
А если он мне нисколько не чудится? Что если просто этот прожженный головорез умеет скрывать его за вот этой вот якобы безопасной улыбочкой? Нет, вообще не вариант снова очутиться с ним взаперти на корабле.
— Слушай… — поразмыслив немного, решилась я. — А что если… Ну скажем, мы сходим к тому твоему умельцу, что может комм взломать и дать мне полный доступ к деньгам отца, я тебе верну все, что ты заплатил за полный перелет и мы разойдемся краями? Ты же запросто здесь найдешь другой корабль.
Киан жевал вроде бы совершенно спокойно, все так же неотрывно глядя на меня еще где-то пару минут.
— В принципе тоже вариант. — наконец ответил он. — Но могу я поинтересоваться, а что ты планируешь делать дальше?
— Какая тебе разница? — мигом насторожилась я.
— Чистое любопытство. Застольная беседа. Так принято, знаешь ли.
Не врет вроде. В кино я и правда такое видала.
— Ну… — поколебавшись, решила ответить я, успокоенная практически полученным его согласием. — Закуплюсь пайками и всем необходимым, немного “Пулю” подшаманю, стану брать грузы и пассажиров…
— Со вторым сразу мимо. — резко оборвал меня Киан, заставив снова напрячься.
— Почему?
— Потому что без штатных навигатора и техника, а также полноценного оснащенного медотсека никто тебя до пассажирских перевозок не допустит. Уж не в пределах федеративного пространства. Разве что опять каких нибудь бандюганов или контрабандистов возить станешь. Одинокая девчонка-пилот с прожженными ублюдками на борту, супер перспектива, да?
— Нет, никакого криминала больше. Ни за что. — сразу открестилась и даже головой замотала я. Я не для того из этого дерьма вырвалась, чтобы опять соваться. — Ты последний бандюган, что ступал на борт “Пули”.
— Не говори чего не знаешь. Я никогда бандитом не был. Но речь не обо мне. Права пилотские тебе тоже придется поменять на образец федеративный.
— Ха! Было бы что менять! У меня их никогда и не было.
— Супер… И ты вот это вот тогда вытворяла даже не имея пилотских прав? — Киан даже побледнел слегка, видимо вспомнив свои ощущения.
— Ну да. У меня в принципе нет никаких документов и никогда не было. Папаша, сволочь, так боялся, что я найду способ от него освободиться или вовсе сбежать, что не позволил даже карточку жителя Рагунди получить, какие там курсы.
Киан снова с минуту посверлил меня этим своим слишком весомым взглядом и спросил:
— Тебе реально его ни капли не жаль? Все же отец, родная кровь.
— Родная кровь? — Мне до сих пор казалось, что вообще пофиг, но внезапно так накрыло, что резкий вдох распер легкие и застрял, не давая дышать.
Пожалеть? О чем? О том, что он никогда больше не отнимет все мною заработанные деньги? Не нажрется и не изобьет до полусмерти просто так, потому что ему мать напоминаю? Что мне голодать днями больше не надо? Прятаться, ожидая пока он заснет? Что не придется лежать с ломанными ребрами и мечтать уже сдохнуть на этот раз, чтобы только жизнь эта дерьмовая прекратилась? Что за долги его карточные не придется …
Понадобилось огромное усилие, чтобы все же справиться с собой и вытолкнуть выдох вместе с ответом.
— Нет! Не жаль, ни одной секунды, ясно?! И мне не стыдно!
15)
15)
Киан подвинул ко мне стакан с ярким напитком, в котором уже почти растаял лед и я выпила его залпом, аж зубы заломило.
— То есть тебе еще и доки сделать надо? — как ни в чем ни бывало вернулся он к еде и этой самой дурацкой застольной беседе. — В курсе к кому по такому вопросу обратиться? Так чтобы реально сделали, а не на бабки просто развели и кинули?
— Ой, вот только не надо меня наивной дурочкой считать. Мне не пять лет и последние два года приходилось со всякими личностями, знаешь ли, общаться.
— Но все эти личности остались там, в крысиной норе под названием Рагунди. А тут ты разве знаешь кого-то? — невозмутимо и казалось бы, равнодушно продолжил расспросы Киан. — Знаешь как выбрать ремонтную бригаду, что реально корабль обслужит по честной цене, без накруток, вранья и попыток выдать фуфловые расходники за высший сорт? Знаешь, у кого можно смело пайки и консервы купить, чтобы не продали сто раз размороженное и замороженное, а то и вовсе тухлятину или консервы с грязью?
— Зачем бы кому-то делать такое? — растерялась я немного. — С ними же никто дел тогда иметь не будет!
— Это волновало бы кого-то если бы ты не была на станции абсолютным новичком, которого они видят в первый и, возможно, последний раз, так что грех не обуть и не нажиться. Без обид, но для местных ушлых рвачей ты — лохушка.
— Ты к чему ведешь?
— Я тебе еще нужен, как ни крути. — с раздражающим самодовольством ответил Киан.
— Намек на то, что денег сверху еще хочешь? — догадавшись, ухмыльнулась я. — Откуда мне знать, может ты меня нарочно накручиваешь.
— Лав, а у тебя все и всегда к деньгам сводиться? — опять моментально помрачнел мужчина. — Просто помочь кому-то не вариант по-твоему?
Пожил бы ты совсем без них с мое и у тебя бы сводилось.
— Просто ничего не бывает. Какая твоя выгода мне помогать? Учти, если ты рассчитываешь на благодарность в виде каких-то там непотребств, то сразу мимо. Уже говорила — я не по этим делам.
— Да что же такое, Лав! — досадливо выдохнул Киан. — Знаешь, учитывая как часто и настойчиво ты об “этих делах” упоминаешь, можно подумать, что на самом деле все обстоит совсем не так, как ты говоришь.
— Чего?! Ничего не можно, ясно?! Нечего думать тут, понятно? Тоже мне, думатель великий.
— Ясно-понятно, ты не такая и вообще. — фыркнул, снова мгновенно
