Спаси моего сына, бывший! - Настя Ильина

— Всё хорошо! Ты чего? Всё будет хорошо, — успокаивающе бормочет Антипов.

Вот только ничего не хорошо. Мне кажется, что этот разговор поднял со дна всё самое плохое, что я пережила когда-то и пыталась забыть. Маленькая девочка не хотела покидать меня, она смотрела на меня и осуждала, говорила, что неосознанно я стала точно такой же, как и мой отец… Во всех своих бедах винила других, но не себя…

Глава 10. Евгений

Ира утопает в моих объятиях, льнёт ко мне всем телом и плачет, а я ничего не могу с собой поделать. Мне кажется, что становлюсь каким-то безвольным в это мгновение. Внутри клокочет сильнейший страх. Что такого ей должны были сделать, чтобы она отреагировала настолько эмоционально?

Я, конечно, знал, что психолог попытается вскрыть самое больное, но такая сильная реакция поразила меня.

— Ира, всё хорошо, — повторяю я, а она начинает кивать.

Словно опомнившись, бывшая вытирает слёзы со щёк и отстраняется. Становится немного пусто, в основном на душе. Я будто бы снова теряю её, но понимаю, что так и не обретал. Никогда не обретал, и эта секундная слабость — всего лишь слабость.

— Что случилось? — пытаюсь выяснить, взяв её за плечи.

— Евгений Андреевич, можно будет обсудить с вами следующий визит? — выходит психолог из кабинета, я бы даже сказал выглядывает, а Ира испуганно шарахается в сторону.

— Да, конечно, но не сейчас. Я позвоню вам, чтобы обговорить время.

Женщина смиренно кивает мне и скрывается за дверью, а я снова чувствую себя виноватым. Кажется, что зря всё это затеял. Не следовало мне вынуждать Иру идти на эту беседу.

— Ты голодна? Можем зайти пообедать в кафе… Или ресторанчик, — предлагаю я.

— Да, я голодна, но я хочу к сыну… Мне нужно выпить успокаивающий чай, поэтому, может, лучше поедем домой?

— Хорошо, тогда давай я закажу доставку еды на дом. Кухарки у меня нет, а ты сейчас совсем не в том состоянии, чтобы готовить.

Ира согласно кивает.

Мы выходим из душного офисного здания и идём к машине. Я стараюсь идти медленно, но Ира плетётся со скоростью, которой позавидовала бы даже улитка. Мне даже приходится несколько раз остановиться, чтобы она нагнала меня. Она утопает в своих мыслях. Да что с ней там произошло на этом приёме?

— Всё в порядке? — спрашиваю, остановившись и взяв её за плечи.

Ира поднимает на меня печальный взгляд и какое-то время молчаливо смотрит. Красные и припухшие от слёз глаза заставляют меня чувствовать себя идиотом. Ненавижу себя, злюсь на собственную никчёмность. Снова накосячил, а она снова пошла, чтобы угодить мне.

— Слушай, если ты не хочешь больше ходить сюда…

— Не хочу и не пойду, — заявляет Ирина и отводит взгляд в сторону. — Я слишком долго пыталась похоронить в себе прошлое и начать жить дальше. Это было непросто, и теперь я не хочу доставать его и пропускать через себя всё снова. Но ты был прав — мне нужно было встретиться с той маленькой девочкой, которая обещала себе, что никогда не станет такой, как её отец. Я ошибалась, думая, что это поведение важно не повторить по отношению к своим детям, потому что неосознанно повторяла ко всем, кто окружал меня. Больше ничего подобного не будет.

Я даже не знаю — радоваться мне или нет. Возможно, сейчас Ира думает именно так, но совсем скоро начнёт мыслить иначе. Я совсем не знаю её. Обидно, ведь собирался связать с ней свою жизнь.

— Мне кажется, что у нас всё как-то неправильно, — вдруг говорю я.

— Неправильно? Что ты имеешь ввиду?

Мы продолжаем путь к автомобилю, и Ира немного ускоряется.

— Я собирался сделать тебе предложение, хотел увидеть тебя в белом платье и надеть на твой палец кольцо, но теперь я вижу, что не знал тебя, совершенно… Я не имею ввиду общие предпочтения по фильмам, книгам или музыке… Я говорю о чём-то большем. Твоё прошлое оставалось для меня под завесой тайны… Теперь я даже не понимаю, знала ли меня ты.

Ира с грустью улыбается и опускает голову.

— Ты прав. Всё с самого начала пошло наперекосяк. Я должна была просто выкрасть нужные сведения и уволиться. Я думала, что так смогу откупиться от Царёва, а потом заберу маму и вместе с ней мы уедем далеко-далеко, туда, где нас не найдёт отец, где больше никто не будет угрожать нам, требовать от нас что-то… Вот только когда встретилась и познакомилась с тобой, всё полетело под откос.

Я останавливаюсь, беру Иру за руки и чувствую, как сильно она дрожит. Женщина чуть приоткрывает губы и тянется ко мне, но я не уверен, что готов целовать её. Пусть между нами произошел момент откровений в эту секунду, но целоваться с ней я не готов. Думаю, что она тоже. Пытаюсь напомнить себе, что она предала меня и отпускаю её.

— Жалеешь, что познакомилась со мной?

— Жалею о том, что не сделала этого… По факту я и не пыталась раскрыться, показать себя настоящую… И это было неправильно. Я уже тогда понимала, что хочу быть с тобой, что ты тот человек, рядом с которым я смогла бы стать другой, но из-за собственных страхов и убеждений не стала.

Я заправляю выбившийся локон за ухо Иры и ненадолго задерживаю пальцы на её щеке, проводя по нежной коже всё ещё влажной от слёз.

Телефон бывшей снова звонит, но Ира не сразу реагирует на вызов, а когда достаёт его из кармана, я снова вижу на экране ненавистную фамилию, от которой в жилах закипает кровь.

— Что ему от тебя нужно? Почему он звонит тебе? — срываюсь я, а Ира только испуганно пожимает плечами.

— Я не знаю… Я уже сказала тебе, что понятия не имею… Всё это время Царёв не пытался связаться со мной. Он словно почувствовал, что мы с тобой снова вместе, поэтому и пытается вторгнуться в мою жизнь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Мы не вместе! — заявляю я. — Мы живём под одной крышей, только и всего

Ира изумлённо ахает, после чего молча пожевывает губами.

— Ответь ему… Или боишься снова говорить в моём присутствии?

Царёв настойчив: он не перестает названивать Ире, что злит меня, и я хочу как можно быстрее разрубить этот узел, встретившись