Перерождение - Дмитрий Александрович Билик
Ретранслятор местной силы по имени Оковецкий лешак продолжал неравный бой с аспидом. Его вены, теперь напоминающие молодые побеги, вздулись под кожей, подбородок не было видно из-за потока крови, которая хлестала из носа, да и глаза норовили вылезти из орбит. Лешему приходилось ох как несладко, тогда как дракон даже не думал ослаблять натиск. Больше того, я почувствовал волну, которая разошлась от него к кощеям. Видимо, негодяй делился силой. Вот реально аспид, чтоб его.
Да и у меня дела шли не лучшим образом. Да, кощеи были не в пример слабее, чем раньше, но оказалось, что все равно вполне себе резкие и проворные. А после короткой подпитки словно ожили. Если прежде мне удавалось немного подранить их (да что толку, если раны сразу затягивались), то теперь клинок перестал достигать цели.
Судьба, которая постоянно играла в настолки, где на игральном столе находился я, словно выкинула несколько шестерок против моих единичек. Потому что к парочке присоединился третий кощей, тот самый, с аккуратной дыркой во лбу (от которой, кстати, теперь не осталось и следа). И вот тут мне поплохело окончательно. Выяснилось, что «убитый» немного полежал, полежал, не умер, потому что для неживых это зашквар, регенерировал себя и поднялся на ноги. Жалко, что тот был не темнокожим, а то сюда бы очень подошла старая песенка, которую периодически любил петь отец Костяна. Еще группа так странно называлась: то ли «Запрещенные мошенники», то ли «Отпетые барабанщики».
Тут стало окончательно ясно, что на своих двоих и морально волевых эту схватку не выиграть. Надо в самые краткие сроки предпринимать «нечто». Вот только что? Я в очередной раз уклонился, упав на спину, схватил свободной рукой за грудки того самого Мертвого, и ногами перебросил через себя. В него тут же вцепилась Юния. Вцепилась странно, без какого-то логического понимания, как нейтрализовать противника — просто начала душить. Так, наверное, частенько встречают загулявшего муженька. Она и правда так собирается победить или уже забыла, что тут недавно одному типу в голову попали, а тот смог себя восстановить?
— Я тебе сказал в драку не лезть! — успел я поругать лихо.
— Я и не лезла, на месс… сте стою. Это вы ко мне пришли.
Что оказалось действительно правдой. В ходе моей великой битвы, которую несведущие в военной стратегии зрители могли бы назвать «неторопливым отступлением», мы добрались до самых тылов. Что называется, отступать дальше было некуда. Если нас продавят, то следующая цель — Куся.
Позади тоже пятился, уже потеряв «Сайгу», но с ножом руке Егерь. Как я понял, и у него шло не то чтобы гладко. Ввязались, блин, в бой. Ладно, значит, придется рассчитывать исключительно на себя.
Единственный плюс, к которому моя жизнь в перманентном цейтноте меня подготовила — умение концентрироваться буквально на ходу. Это можно было бы сравнить с желанием отоспаться при постоянном недосыпе. Такой фишке я научился в армии. И еще пару лет после службы успешно практиковал — если возникала возможность прикорнуть, сразу брал и делал. Без постоянных ворочаний и наблюдения темного потолка в ночи.
Поэтому сейчас я вошел в состояние «просмотра» оставшихся образов существ, которым помог, на ходу. И тяжело вздохнул — их становилось все меньше: Форсварар, скиллов которого я не знал, стражники Фекоя (выделяющиеся целой толпой), русалка, фурии, добавленный недавно Бык Зимы… У меня вроде потянулась мысленная рука к Дедушке нашему Морозу, но внезапно внутренняя система помогла, высветив нужную нечисть. А что, если и правда прокатит?
Мир преобразился. Фигуры кощеев потускнели, а вот хисты, напоминающие сверкающие остовы внутри, напротив, стали ярче. Зеленоватые, призывно мерцающие. Особняком, поодаль, горели промыслы Царя царей — насыщенная овальная аура, которая находилась в состоянии покоя, — и яркий драконий. Вот последний меня совсем испугал. Потому что походил на солнце, если смотреть на светило в самом его зените. Против такого промыслы леших, сплетенные в плотную косу, выглядели подобно канату на фоне ледокола. Как такого вообще можно победить? Что здесь можно сделать?
Впрочем, для начала я обратился к мудрости наших предков. Тех самых, которые утверждали, что «глаза боятся, а руки делают». Хотя, может это больше подходило для некрасивых невест, да и речь там шла не совсем про руки. Однако я вдруг перестал отступать и решительно шагнул вперед, делая выпад.
Который, понятно, ни к чему не привел. Кощеи проворно разошлись в стороны, однако не учли кощеевской способности Бедового, а в данном случае фурий. Я буквально дотянулся до ауры Пожилого, жестко схватил ее и потащил на себя. И сработало. Я словно распутывал клубок шерсти, в результате чего насыщался промыслом сам и лишал его противника.
Кощей по прозвищу Мертвый попытался контратаковать, но теперь, временно подпитываемый чужим хистом, я вообще без всякого напряга уклонялся от его выпадов. Пожилой меж тем лишь вяло волочился за мной. То ли из-за нашей «связи», то ли его еще не покидало желание нанести мне вред.
Я заметил, как дернулась яркая овальная аура. Царь царей, прежде думающий, что отстоится в сторонке, решил принять участие в общей веселухе. Увидел, значит, мой маневр. Надо действовать на опережение!
Всего два движения кистью потребовалось мне, чтобы «накрутить» промысел пожилого, после чего я рванул его на себя, тут же развернувшись с мечом. И отсек неживому голову. Наверное, сделать это в других условиях было бы трудно, но мне, напитанному хистом, сейчас все давалось легко.
Сразу обожгло промыслом — который тело словно не успевало впитывать. Оно и понятно, живой ты или служишь нежизни, но хист работает одинаково. Он ищет ближайший путь, чтобы перетечь после прекращения функционирования предыдущего хозяина. Чуть заумно, но, наверное, предельно правильно.
Мертвый выбросил вперед руку с ножом и тут же ее лишился. Меч не просто вибрировал — ходил ходуном от желания вкусить новой порции крови. Вот только мне хватало сил его удержать. Еще один удар и теперь Мертвый окончательно скопытился, рухнув рядом с товарищем. Попробуй регенерировать себе новую голову, зараза такая. Блин, если так пойдет, можно устраивать здесь секцию боулинга, вон сколько инвентаря пропадает.
Царь царей буквально бежал, но что самое интересно, подпитываемый дополнительным промыслом, я вдруг понял, что успею. Рванул к Юнии, которая это время зря не теряла и теперь каким-то образом забралась на спину кощею и царапала тому лицо. Взмах стальной по твердости руки с зажатым клинком — и лихо отбросило от
