В Китеже. Возвращение Кузара. Часть 2 - Марта Зиланова

– Сегодня же новая тема по физике, и по заклинаниям новый блок. Пропущу – потом нагонять вечность буду, – затрясла головой Маринка.

– И чего эти волшебники какие правильные? – усмехнулся Глефов. – Я за здоровый образ жизни, идем гулять.

– Ну хоть один нормальный человек! – растянулся в улыбке Алекс. – О! Или в приставку к тебе, да?

– Это даже лучше, – воодушевился Глефов. – Но после еды.

– Однозначно.

Алекс с Глефовым ускакали вперед, Маринка с Сережей брели позади. Голова прошла, дышалось легче. Но Маринка так легко не успокоилась: ссорилась она только с Глефовым. Кто еще ее мог попытаться проклясть?

Навстречу попалась Камилла, в сопровождении своей свиты. Она приветливо улыбнулась Маринке и помахала кончиками пальцев. Маринка кивнула ей в ответ.

Могла ли проклясть Камилла? Судя по утреннему разговору, мотив у нее есть. Мажица, разбирается в ведовстве – несложное проклятие должно быть ей по силам. Но почему тогда еще и Глефов? Да, она и говорила, что собирается держать Маринку на поводке. Может быть, она знала, что Маринка подслушала их разговор? Маловероятно.

Она вздохнула. Подумать над услышанным в кабинке ведь так и не успела, а теперь как будто и не до того. Главное же: предупрежден – значит вооружен? Но самой себе удивлялась, что так и не распереживалась от услышанного, как после ссоры с Викой. С самого начала подозревала, что Камилла ведет себя странно. Выходит, что нужно просто больше доверять предчувствию, так?

Но это ж надо было додуматься: Алекс в нее… пф! Приворожила! Девчонки!

И Вика такая же. Маринка ею чуть ли не восхищалась сначала, но они оказались разными. Но тоже вечное: нравится-нравится-нравится! И чего все так носятся с этой влюбленностью вообще? Маринке все больше казалась значимость этого чувства переоцененной. Ну, вот любили ее родители друг друга. Мама рассказывала – сильно! И как счастливы были – Маринка хорошо помнила их свадебные фотографии с счастливыми улыбками на молодых лицах. А что по итогу? Даже поговорить нормально ни о чем не могли, сразу ругались. И если бы они одни – многие бывшие одноклассники жили только с матерями и бабушками. Но все всё равно носятся с этой писаной торбой: мечтают о ней, книжки пишут, сколько кино наснимали. И одни мучения от этой любви, и друг для друга, и для детей.

Вот другое дело дружба! Ее люди недооценивали, хотя такие отношения, по наблюдению Маринки, часто оказывались гораздо более прочными и настоящими. Бабуля ее, пока жива была, часто виделась со своими подружками, с которыми еще со школы дружила. У отца оставались друзья с училища, с которыми они на рыбалку ездили и по праздникам собирались. И даже у мамы подружки еще с детского сада были: вместе с ясельной группы! Дружба – это же гораздо важнее и гораздо вероятнее, что на всю жизнь. А не эти их любови.

А что Камилла, что Вика – вечно про любовь только и говорят, грезят. Козни строят! Пф, сложно дружить с девчонками. С мальчишками, оказывается, все гораздо проще. Вон, даже Жорик как будто бы смягчился. Хотя вчера еще… Ладно, мальчишки тоже странные. С людьми вообще тяжело. Другое дело – животные… А ведь с Азой так и не погуляла. Вообще в Светлой стала уделять ей гораздо меньше внимания и времени. Нехорошо как-то.

– Темная! Прием! – у самого уха раздался голос Алекса. Она встрепенулась и вопрошающе на него посмотрела. Тот готовился уже убирать опустевшую посуду со стола.

– Как голова, говорю? – прокричал он снова.

– Лучше, – кивнула Маринка.

– С Жориком-то все понятно, но откуда у тебя иммунитет? – протянул он. – Вот бы мне тоже.

– А с чего ты взял, что и у тебя нет? – пожала плечами Маринка.

– Если бы я стал личем, тогда бы появился, – сказал Алекс. И со смешком добавил. – Эх, поспешил я со светлой магией!

– Учился бы в темной и спокойно бы следил за Бездной, – хмыкнула Маринка. – Нашел вчера что-нибудь?

– Да нет, – после небольшой паузы задумчиво протянул Алекс. Чуть нахмурился, потер лоб. И спокойно добавил. – Только время потратил. Ну их, эти поиски. Я лучше вашего отравителя поищу. До встречи. После фехтования покажешь мне, что проходили? К тренировке вернусь.

– Прогульщик, – усмехнулась Маринка и поспешила догнать Сережу.

Уроки тянулись своим чередом. Лекции, конспекты, доклады, опыты с пробирками, работа с землей на заклинаниях. Экзамены приближались, преподаватели задавали все больше и больше, Маринка особо не успевала и лишним словом переброситься с Сережей, с которым сидела на всех уроках, пока Алекс резался в приставку с Глефовым. Голова пухла уже не от сопротивления к проклятию, не из-за Бездны, а от сложных заданий.

Только алхимию Маринка ждала с предвкушением. Она полюбила этот предмет чуть ли не больше зоологии Эмманила: взаимодействие между элементами, перетекание из одного состояния в другое, и все без применения ксифоса, без поиска пташек – лишь формулы и почти научное преобразование. Здесь, как нигде, Маринка чувствовала, что ворожба – это влияние одних элементов мира на другие, и как все в природе гармонично связано. И этой гармонией можно управлять.

Гимназисты сами искали составы, при взаимодействии которых основной компонент мог изменить свою молекулярную структуру и стать чем-то новым. Сейчас они работали с кусочками кристаллов – углеродом. И нужно было, повторяя шаги из учебника, превратить его в воду, смешав с кислородом из воздуха.

Маринка ворвалась в аудиторию первой. Сразу стянула с вешалки свежий белый халат и достала чистенькие защитные очки и перчатки из шкатулок. Сережа к алхимии такого энтузиазма не питал, плелся следом. У него все неплохо получалось, как и по остальным предметам, но Маринке все больше казалось, что ничего из того, что они изучали в гимназии, Сережу особо не интересовало. Будто думал он постоянно о чем-то другом.

Но насладиться всей полнотой урока не удалось. Предостерегающе затрещали колонки радиоприемников, тоскливо запиликала мелодия Китеж-градского гимна: будто концерт какого симфонического оркестра. Торжественно и скучно. Класс радостно выдохнул.

В последний раз сам Председатель долго нудел о том, что продлили договор с неведичами о поставках продовольствия в обмен на защиту общих границ от угрозы со стороны потенциальных противников магической природы. Блаблабла сплошное! Разве это важно для гимназии?

Вот и сейчас преподаватель сказал повторить домашнюю работу, а сам, пользуясь свободной минутой, углубился в заполнение журнала. Мало кто из гимназистов повторял домашку, все принялись болтать. Маринка потянулась в сумку за учебником истории: стоило перечитать параграф про древние преобразователи магической энергии, что были