Сказки Верескового леса. Фебр - Елена Шейк
Фебр снисходительно улыбнулся, видя отчаяние и беспомощность людей даже не перед ним, а перед такими же людьми, которые думали, что они чем-то лучше остальных.
– Опухоли нужно вырезать или прижечь, хотя скоро они сами вскроются. Польётся густой гной, но зато ему полегчает. А ещё хорошо помогает мышьяк, – уверял жителей этого дома Фебр, покрутив между пальцами нож на длинной рукоятке.
– Ты не доктор! – выдал из последних сил трясущийся от озноба мальчик, выглядевший меньше своих лет из-за сильного истощения. – Доктора не снимают маски. Ты и есть чёрная смерть. Боги прокляли людей и в наказание за грехи послали нам тебя.
Фебр выпрямился в полный рост, испытующе и с особым интересом глядя на мальчика, тот съёжился ещё сильнее.
– Нет, это всё звёзды виноваты. И кометы, – без тени ухмылки произнёс Фебр.
– Ты всё врёшь!
– Если я пришёл разить грешников, то тогда поможет лекарство для души. Помолись за себя и других. Если люди станут праведниками, то они, должно быть, спасутся от злой участи. Они победят меня и мою возлюбленную, – Фебр улыбнулся, протянул руку Фебрис, чтобы она встала рядом с ним.
Мальчик, как и все, кто в его семье оставался в живых, упал на колени и начал молиться. Долго люди не выдержали: к багровым опухолям, которые они скрывали под одеждами, прибавился кашель. Кашель душил их сильнее с каждым произнесённым словом.
– Я же говорю – во всём кометы виноваты, – Фебр вместе с Фебрис покинул опустошённое им жилище.
Минуло пятнадцать подлунных веков, и вот Фебру вновь предстояло снизойти до людей.
«– Возьмите себе помощников, оборотни подойдут. А ещё лучше демонические кошки. Люди не знают, как с ними бороться, ведь кошки хитры и непредсказуемы», – всплыли у Фебра в памяти наставления загадочного монстра, прятавшегося под капюшоном.
Фебр не нуждался ни в помощниках, ни в весёлой компании. Однако миновав границу нижнего мира, он остановился у горных ниш, поднял голову к чернеющему небу, где сквозь плотные тучи пыталась пробиться Луна. В горах жил тот, кого люди в древние времена именовали Йольским котом. Кот Йоля – огромный, пушистый и кровожадный – обитал во тьме. Кот выходил в самую долгую тёмную ночь в году в подлунный мир.
– Мне нужен питомец, – вслух произнёс Фебр, прикасаясь ладонью к горной породе. Скалы пошли трещинами, разрушая жилища гвиллонов, добрались они и до логова семьи людоедов, домашним питомцем которой и был Йольский кот.
– Кого я вижу! Фебр – самый величайший из монстров могильного мира, – сказал кот, высовывая пушистую морду с красными горящими глазами из мрака гор. Острые когти и длинные как лезвия режущие усы – это чудовище казалось смертоноснее любой демонической кошки. Вот только перебить магические оковы на лапах не в силах были даже усы-лезвия.
– Привет, Йольский кот. Я тоже наслышан о твоём могуществе.
Горное чудовище нетерпеливо заёрзало.
– Гнусно с тобой, Фебр, обошлись другие монстры. Со всеми нами они гнусно обошлись. С людьми связались. Людей этих проклятых пожалели. А люди хоть достойны были жалости? Ты ещё не видел, как изменился мрак Вереска. Монстры свихнулись – город возвели.
– Какой ещё город?
– Настоящий город, прямо как в подлунном мире. Празднуют странные праздники, забывают древние традиции могильных земель. Пока ты был в заточении, здесь много чего произошло. Однако мне очень интересно, с чем ты пожаловал сюда.
– Хочешь безгранично развлечься? – предложил Фебр.
– Мне не положено выходить в подлунный мир, кроме самой длинной ночи, – недовольно буркнул кот и показал лапы в цепях. – И в канун Йоля я, стало быть, не выйду, потому что заперли меня здесь. Хозяйку куда-то угнали. Монстры совсем обезумели, с людьми захотели дела иметь. Вместо Йоля теперь собираются праздновать Рождество. Всех бы сожрал за такую глупость, но не могу.
– Я отменяю Рождество. Теперь я твой хозяин, – сказал Фебр, освобождая Йольского кота от оков. Цепи лишились магии, заржавели и рассыпались прямо на глазах, когда Фебр прикоснулся к ним.
– А ты хорош!
Гигантское чудовище выбралось из пещеры и вдохнуло свежий горный воздух.
– Не собираюсь тебя неволить. Выбирайся к людям, накажи тех, кого посчитаешь нужным наказать.
– Вот это дело мне по душе! – кот громко заурчал и опустил голову. – Ты освободил меня, благодарю. А если я захочу помочь, как мне тебя найти?
– Я тебя позову.
Йольский кот, сверкнув красными глазами, в пару прыжков спустился с гор и помчался в Вересковый лес к границе подлунного мира. С наступлением зимнего солнцестояния кот спускался с гор к людям, обычно он охотился на непослушных детей да лентяев – все до единого бездельники и нарушители порядка попадали в брюхо Йольскому чудовищу.
***
Спустя много тысяч лет мрак Верескового леса снова отступил, стоило только Фебру сделать шаг навстречу ослепительному согревающему солнцу. Его лицо впервые за много веков прозябания в нижнем могильном мире тронула полуулыбка. Чёрный латексный костюм с цепями, как и чёрные волосы, нагревались также стремительно, как стремительно пронеслась по земле чума, которой Фебр наградил людей за их невежество и жестокость тысячи земных лет назад. Желание людей получить большего любой ценой Фебр поощрять не собирался.
Стога из осенних листьев – от жёлтых до красновато-коричневых – приятно хрустели под ногами, когда Фебр шёл по трассе до ближайшего населённого пункта. Проезжающие машины сигналили, кто-то предлагал подвезти, но Фебр никуда не спешил и не суетился, как это любили делать люди. До большого города он добрался спустя несколько суток.
Подлунный город встретил его пестрящей рекламой, которая транслировалась с огромных щитов, красивыми высотками с блестящей зеркальной поверхностью от простых до самых невероятных конструкций. Стоя возле подобного здания, Фебр долго рассматривал своё отражение, а когда автоматические двери открылись, зашёл внутрь и долго изучал витрины магазинов. Потолок торгового комплекса напомнил густую черноту Вереска с плавающими звёздами на небосводе.
Зданий, транспорта и прочих интересных вещей в подлунном мире стало больше, чем самих людей. На дорогах, где эти люди ходили, было небезопасно. Жители города вечно спешили, нервничали, а кто-то предпочитал передвигаться на узких планках с рулём. Железные, управляемые людьми, коробки Фебр приметил ещё на трассе – в городе же их была целая тьма: сигналили друг другу, не могли разъехаться. Люди старались ходить то дорогам, свободным от этих жестяных монстров, и то пару раз Фебра чуть не сбили велосипедисты, спешившие куда-то с огромными цветными сумками, прочно закреплёнными за спинами.
Шумные транспортные развязки и красивые высотки остались позади, когда Фебр свернул
