Судьба наёмника - Сергей Воронов

слабое место в защите, впились в руку. Хазард зажмурился, не в силах сдержать крик. Он отчаянно бил свободной рукой по морде зверя, и внезапно хищник, издав короткий вой, замер, после чего рухнул на наёмника всем телом.

В глазах Хазарда сквозь тёмные плясали звёзды. Сквозь них он с трудом разглядел изящную рукоять короткого кинжала, вбитого промеж глаз зверя. Челюсть оставалась крепко сжатой, и только вдвоём с Фэритикой Хазарду удалось освободиться. Руку пронизывала пульсирующая боль, но пальцы, к счастью, продолжали слушаться хозяина.

Принцесса помогла наёмнику подняться на ноги. Энрик тем временем добивался последнего зверя тяжёлыми ударами булавы.

— Я до одури боюсь волков и прочих псовых, — призналась Фэритика, поддерживая Хазарда.

— Да… Я догадывался — голос Хазарда звучал напряженно, хоть он и пытался придать ему беззаботности, сдерживаемые сквозь зубы, болезненные стоны и тяжёлое дыхание выдавали его.

— Когда я была ещё маленькой, в одну из голодных зим, я понятия не имею зачем, захотела погулять за пределами замка. Может, мы ушли слишком далеко или волки подобрались слишком близко в поисках пищи. Но, увидев трёх девочек, завернутых в одежду из меха, они решили, что мы хороший обед. Меня успели спасти чудом. Одну из моих подруг нашли с обглоданной рукой, а последнюю спасти так и не смогли… С тех пор даже собаки вызывают у меня дрожь.

— Но вы преодолели страх и спасли меня.

— Я не могла позволить себе потерять ещё кого-то.

— Спасибо… — Хазард выдавил из себя искреннюю улыбку, а Фэритика облегчённо вздохнув, прижалась к его груди.

— Все целы? — Энрик ещё тяжело дышал после боя, по его шее от уха текла кровь, а часть самого уха была откушена. — Спасибо, что выручил, Хаз. Если б не ты…

— Обращайся. — коротко прервал Хазард.

— Нужно осмотреть ваши раны — Эйлин, стоявшая поодаль и не мешавшая мужчинам вести бой, быстро приблизилась к ним.

— Сначала надо найти остальных. — Хазард осмотрелся. Впрочем, искать кого-то долго не пришлось.

Первым из-за угла дома показался Милес. На его щите был заметен крупный кровавый отпечаток с прилипшими к нему клоками шерсти.

Щит Кирена в битве с клыками и когтями потерял свой угол, а на металлической перчатке Фейрлинга появилась пара новых вмятин.

Без ран и заметных следов боя обошлась лишь Артира, хоть и её одежда заметно испачкалась.

— Все живы? — Милес оглядел Хазарда и остальных, про здоровье, судя по внешнему виду, вопросов не оставалось.

— Ты где пол уха потерял? Голодный был, аж сожрал? — Кирен подошёл к брату, оглядывая рану.

— Ха-ха, смешно. Если б не Хаз, я бы половину башки потерял, не меньше.

Подозрение во взгляде Кирена на Хазарда, кажется, слегка дрогнуло.

— Что? По — твоему этих тварей на нас тоже я натравил? — хмыкнул наёмник.

— Обсудим это позже, лучше уйдём отсюда и переведём дух. — Милес, в привычной для себя манере решил отложить споры.

— Стойте — Энрик указал окровавленной булавой на дом, — Эти звери пытались в него пробраться, наверное, отсюда и просили помощи. Нужно проверить.

— Рик, мы не знаем, кто там может быть и чем…

— Эй! Кто там? Вы убили этих тварей, выходите. — Голос Энрика и тяжёлые удары в дверь заглушили голос южанина.

Пока все замерли, ожидая ответа с той стороны двери, Хазард, здоровой рукой вытащил из пасти хищник свой меч и вытер его от крови.

— Кто… Вы? — напуганный женский голос отозвался из глубины дома.

— Мы… А, да просто путники. Мы здесь случайно. Мы не грабители или убийцы, если что.

— А ты мастер успокоить, Рик. — Кирен усмехнулся, подойдя к брату. — Давай помогу.

— Просто путники здесь не ходят. Как тебя зовут? — в голосе незнакомки проявилось больше уверенности и напора.

Кирен, хлопнув Энрика по плечу, отошёл. Сложив руки на груди он решил посмотреть, что же будет дальше.

— Я… — Энрик откашлялся, — …Эм, Рик. То есть Энрик, не эм. Или просто Рик. Можете нас не бояться, мы друзья и зверей убили.

— Думаете, убийство своры диких зверей хватит для того, чтобы молодая девушка посчитала банду незнакомцев друзьями? Смешной вы, «Эмрик».

Незнакомый женский голос прозвучал с другой стороны деревни.

— Кто здесь?! — Рыкнул Фейрлинг.

Из-за развалин двух домов, стоящих напротив друг друга, вышли две девушки.

Одеяние одной из них напоминало платье, укороченное по голень, сотканное из множества кусков ткани, разных по цвету и качеству. На тяжёлом чёрном поясе, охватывающем тонкую талию, покоились ножны. Судя по их состоянию, они видели немало битв, и такая активная жизнь изрядно их потрепала.

Сам меч в руках девушки хоть и был явно не новым, но отличался изяществом своего внешнего вида. Позолоченная гарда, напоминающая когти хищной птицы, и навершие в форме головы ястреба выдавали в этом мечей оружие явно не простого пехотинца.

Чёрные наручи надёжно защищали руки воительницы по локоть, но плечи оставались открытыми, демонстрируя худощавое телосложение девушки, плечевые кости которой чуть выпирали.

В руках второй воительницы, одетой лишь в чёрные кожаные штаны и такого же цвета кожаный жилет на голое тело, был лук из тёмного дерева с прикреплёнными кинжалами, для ближнего боя.

Лучница выглядела младше и была ниже ростом, но агрессии в её глазах было гораздо больше. Подобно хищнику, она смотрела на путников. Злобный оскал обнажил довольно длинные клыки, которые, конечно, не шли в сравнение с клыками зверей, которые воительница использовала в качестве украшения на ушах.

Черты лица девушек было чем-то схожи. Их бледные лица сильно контрастировали с чёрными волосами, в которых при определённом свете мелькали бордовые оттенки.

— Мне кажется, все это выглядит совсем не так, как на самом деле… — Милес постарался выйти вперёд, но воительница с луком немедля направила на него стрелу. Артира в долгу не осталась.

— Чёрное лицо! Только шагни, и я проткну тебя! — свирепость юной лучницы не оставляли сомнений в том, что она выполнит угрозу.

— В сторону, наёмник. — Фейрлинг и Кирен, оттолкнув плечами раненого Хазарда, встали вперёд.

— Алистра! Ты там? Все в порядке? — крикнула старшая воительница.

— Да, все хорошо. — послышалось из дома.

— Можешь выходить. Сэр «Эмрик» отойдите от двери. — голос воительницы хоть и старался быть вежливым, источал плохо скрываемую агрессию.

— Я Энрик… — буркнул воин, отходя подальше от двери.

Почти сразу же из дома вышла