Ленка в Сумраково. Зов крови - Анна Александровна Пронина
— Это и правда его жена! — повторил Вася и помахал рукой у нее перед лицом. Женщина ничем не показала, что заметила его присутствие.
— С ней, наверное, что-то случилось, — предположила Ксения. — Может, инсульт? Смотри: кажется, половина тела парализована.
— Ничего себе! — продолжал удивляться Вася. — Ты не представляешь, что это за человек был! Она же… Она же здесь всех… Она же председателем николаевского совхоза была, пока власть в стране не сменилась. Ее же тут все боялись! Дочка серьезных людей! У нее связи, у нее все! Обе деревни перед ней по струнке ходили и в ножки кланялись! Я ее помню совсем другой. А тут… Инсульт, говоришь?
— Болезнь никого не щадит, она в партбилет или в паспорт не заглядывает. Ей плевать на должность, семейное положение и количество бабок на счету. Я не врач, не скажу точно, но похоже, будто инсульт. Возможно, еще что-то. Потому что она явно не очень осознает эту реальность.
— Да-а… — протянул Вася. И тут заметил, что рядом с женщиной на столе лежит сложенный вдвое тетрадный листок в клетку. Он развернул его, начал читать и побледнел.
— Что там? — Ксения заглянула в бумажку.
Жене вызвал врача из больницы. О ней позаботятся.
Деньги на похороны в верхнем ящике стола в спальне.
В моей смерти никого не винить, я сам.
Ксения в ужасе подняла глаза на Васю.
— Как? Где? Может, еще успеем?
Вася задумался, оторвался от бумажки, обвел взглядом сумраковский овраг — и тут они оба увидели соседа: на противоположном склоне высокий мужской силуэт двигался по железнодорожным путям.
Вася посмотрел на наручные часы.
— Пятичасовая электричка! Мы с тобой на ней хотели уехать! До нее семь минут!
Больше ничего говорить было не нужно. Они оба бросились к «железке».
Ксения даже представить себе не могла, что она способна на такую скорость. Наверное, никогда за всю жизнь она не бегала так быстро и вряд ли когда-нибудь побьет собственный рекорд. Трава, ямы, неудобные босоножки, собаки, выбегающие за ними вслед со дворов и покрывающие их громким визгливым лаем, — все было неважно, все оставалось позади в считаные секунды. Потому что где-то там, впереди, точно следуя расписанию, с неумолимой скоростью приближалась к Сумраково тяжеловесная зеленая змея электрички.
Когда они с Васей выбежали к путям, глазастая морда поезда уже была видна впереди — совсем маленькая, но с каждой секундой она становилась больше и ближе.
Сосед шел прямо на нее, спокойной уверенной походкой человека, который все решил и которому ничего не страшно. От ребят до него было метров сто, и это без учета того, что нужно влезть на высокую насыпь. Уже не догнать… И Вася закричал что есть сил:
— Стой!
К нему присоединилась Ксения:
— Не надо!
Электричка надвигалась, и странная акустика этого места усиливала ее грохот. Сосед не обернулся. И они закричали оба:
— Остановись! Не надо!
Он замер и повернул голову в их сторону.
— Не надо! Стой!
Машинист электропоезда видел самоубийцу, но остановить несущуюся махину, предотвратить столкновение на таком расстоянии было невозможно. Раздались тревожные упреждающие гудки. Сосед снова отвернулся от Васи и Ксении, опустил голову. Еще гудок.
— Сойди! Сойди с рельс! — Крик разрывал легкие, переходил в хрип.
Сосед остановился. Он смотрел на приближающийся поезд.
Электричка гудела.
Вася орал.
Ксения не замечала, что ее лицо в слезах, а ноги в ссадинах, потому что она пыталась вскарабкаться на высокую насыпь — но скатывалась, и острые большие серые камни оставили вмятины на ее тонких бледных ногах.
Поезд был все ближе, время замерло, оставались считаные метры…— Не надо!
Сосед упал перед поездом на колени. Затем лег между рельсами и закрыл голову руками. Стальная гусеница проглотила его.
* * *
— О боже! Мама! Неужели его раздавило у вас на глазах?! Какой кошмар! — Ленка слушала рассказ едва дыша, словно смотрела жуткий боевик. Ей казалось, она сама видела эту ужасную сцену: мужчину, идущего по шпалам навстречу поезду, и двоих молодых людей, которые кричат что есть мочи, умоляя его сойти вниз и не совершать непоправимое.
— Нет, дочка, он сам железнодорожником был, знал, как нужно лечь, чтобы поезд его не задел. Перепугался, конечно. И мы тоже — я вообще в обморок хлопнулась прямо там. Но ничего. Все живы, как видишь. Потом вернулись домой.
— То есть он все-таки услышал вас и решил не кидаться под поезд?
— Он сказал, что услышал Ольгу, то есть Васину маму. Ее голос раздался в его голове очень четко и громко. И она сказала ему, что он дурак и так нельзя. И тогда он решил, что выберет себе какую-нибудь другую смерть.— Ну а потом, потом-то вы поговорили с ним? И Ольга еще появлялась? — Ленка чувствовала такое жгучее любопытство, что вскочила со своего места, оставила недопитый чай и мерила шагами комнату.
— Сейчас все расскажу, — улыбнулась мама. — Мы вернулись в Васин дом. Теперь у этих двоих не было другого варианта — разговор, о котором так просила Васина мама, уже не мог не состояться. То, что я узнала в тот вечер, меня поразило до глубины души, а Васю шокировало.
* * *
Вася не раскрыл соседу секрет, что Ксения видела призрак умершей Ольги. Не сказал и о том, что на необходимость их разговора намекала графиня. Сосед сам начал рассказ.
Он был немногим старше Ольги: родился в пятидесятом, а она — в пятьдесят первом. Но к моменту их знакомства успел жениться. Точнее, его успели женить. Супружница была на пяток лет старше, делала карьеру по партийной линии и мало интересовалась мужчинами, а в те времена для такой карьеры иметь семью было важно. Потому выбрала из деревенских его — непьющий, работящий молодой железнодорожник. Но никто, конечно, жениться не заставлял, их просто свели и объяснили выгоду. Невеста нравилась соседу, и не воспользоваться ее интересом к нему было бы глупостью. Так что стали
