Кротов 2. Книга 1 - Сергей Юрьевич Михайлов
– Нормально. Полковник развел руки, показывая, что все работает.
– Чувствуешь себя как?
– Как обычно после медмашины, есть хочу.
– Вот. Ты прав, нам всем надо перекусить, а то уже забыли про это дело.
Однако Саларви не дала ему уклониться от обсуждения щекотливой темы.
– Кротов! Ты не хитри, это не шутки. Это наше выживание. Что будем делать с мальчиком? Что ты сам о нем думаешь?
– Это она про что? – Полковник с недоумением смотрел на разошедшуюся Сапаренд.
Вовка понимал, что по нормальному погасить проблему не удастся, Сапаренд не даст, да и остальные смотрят явно неодобрительно. Придется по-другому.
– Ничего с мальчиком делать не будем! Он обычный! Просто мальчишка слишком развитый для своего возраста, но так не забывайте, чей он сын!
Он сделал "командирский" взгляд и оглядел всех, задерживая взгляд на каждом.
– Тебя, Саларви, это касается в первую очередь. Выкинь всю ерунду из головы. Я лично отвечаю за Шахура.
Сапаренд усмехнулась и отпустила игольник.
– Ладно, как скажешь. Присматривай за своим родственничком. Я к нему близко больше не подойду.
Она демонстративно сплюнула и отошла к Полковнику. Тот все также недоумевающе смотрел то на Вовку, то на всех остальных.
Шевеза опустила руки и прошептала:
– Спасибо, Вовка…
И только сам виновник торжества, как ни в чем не бывало, сидел на столе и что-то высматривал на голограмме тоннелей подземки. Она восстановилась, как только исчез Нифлянец. Когда Саларви замолчала, ребенок повернулся к зрителям.
– Ну, что, успокоились?
Детский тонкий голосок совсем не совпадал с серьезным тоном вопроса. Сапаренд в своем углу развела руками и ехидно улыбнулась Вовке – мол, ну что, теперь видишь?
Шахур не обратил внимания на эту выходку Саларви. Его, похоже, вообще не волновало происходящее здесь.
***
– Дураки, – усмехнулся Император. – Они всерьез думают, что могут просчитать все. Этого не могли даже Предтечи.
– Ну, нас-то они просчитали, – усмехнулся в ответ Сергей.
Два «императора» полулежали в своих «колыбелях» и смотрели друг на друга. Нифлянцам нельзя отказать в сарказме – все-таки клоны не роботы – они специально расположили медкапсулы так, чтобы Кротов и Император видели друг друга. Смысл в этом имелся – одно дело лежать, закрыв глаза и думать о чем угодно, кроме плена и своей беспомощности; и совсем другое – видеть напротив самое могущественное существо, которое сейчас не может даже почесать нос. И на которое ты надеялся.
– Кротов, – Император стал серьезным. – Сейчас я сделаю то, что очень не хочу, но надо. Ты должен быть готов. Иначе все будет напрасно. Вся моя и твоя жизнь. Запомни, у тебя только один миг. Ты должен спасти этот мир.
– Ты это о чем?
Кротов хотел поёрничать. Он давно не воспринимал слишком пафосные речи. Но то, что Сергей почувствовал в голосе Императора, заставило его забыть про шутки. Даже сейчас, находясь в сущности человека, с его скудным арсеналом чувствительных механизмов, землянин почувствовал напряжение, звенящее в этих словах. А Император, все так же торжественно, словно на публике, продолжил:
– Самое главное – это твой сын. Это самое первое, что ты должен решить. Запомни, самое главное!
– Я знаю, что он необычный.
– Перестань. Это бомба, заложенная под наш мир.
Сергей хотел возразить. Хотя он тоже чувствовал непонятную опасность, исходящую от мальчика, но это его сын, и он не позволит…
Император перебил порыв Кротова.
– Время вышло. Прощай!
– Эй, эй, ты что? – странная догадка пронзила мозг Кротова. – Ты что, умирать собрался?
– Эх, Кротов, – голос Императора вдруг стал обычным. Человеческим и грустным. – Даже мне не хочется умирать. Но зеленый сейчас войдет, он уже за дверью.
И точно. Сергей услышал, что расходящиеся створки двери едва слышно зашелестели. И в тот же миг мир взорвался, и космос на многие миллионы километров вокруг превратился в ад.
***
Звезды. Космос. Осязаемое счастье. Он вернулся.
Он бесстрастно смотрел на игру космических сил, разворачивающуюся там, где только что была планета. Еще одно проявление красоты этого вечного мира. Его вечной жизни, постоянно превращающей одну энергию в другую. Он знал, что через какое-то время этот термоядерный вихрь, жадно проглатывающий вещество, превратится в свою противоположность. Сначала взрыв разнесет все, что породил, по космосу, а потом начнет остывать и собирать свою плоть обратно. А потом энергия запечатается в незаметную точку такой массы, что даже для него она будет казаться тяжелой.
Он перестал думать об этом. Все это он видел миллионы раз. Надо уплывать отсюда. Пора продолжить свое бесконечное путешествие. Ведь мир огромен, даже для него. Те миллиарды звезд, что он видел, это всего лишь малая частица, настоящего Большого Мира.
Он уже потянулся сознанием вглубь космоса, подальше отсюда, но тут произошло странное. Словно кто-то постучался изнутри, из его сознания. Кто-то похороненный очень глубоко рвался наверх и кричал без голоса, но так громко, что заглушал пение звезд. Он знал, что не надо давать этому безголосому вырваться, он снова хочет оставить его без космоса. Без счастья.
Он попытался запечатать сознание, но не успел. Тот другой вырвался.
Тело, распыленное на атомы, уже смешалось с атомами других веществ и разлетелось по космосу. Но вдруг все эти частицы, нарушая все мыслимые и немыслимые константы, остановили свой бег, а потом понеслись обратно. Прямо среди кипящего звездного вещества начало проявляться обычное человеческое тело. Даже в одежде. Легкой рубашке с коротким рукавом, таких же летних брюках и сандалиях на босую ногу.
Ни одно искусственное тело, даже самое защищенное, не смогло бы ни одной миллисекунды просуществовать в том аду, что сейчас горел на месте звездной системы с планетой Камгур. Ни одна самая продвинутая цивилизация этого сектора космоса не имела таких технологий. И даже Предтечи, эти Повелители Звезд, постарались бы отплыть подальше от этого первозданного буйства энергии. А человек, хрупкий человек спокойно плыл сейчас сквозь раскаленную до миллионов градусов плазму и был доволен, словно кот, нежившийся на солнце.
Существо, воспринимавшее себя сейчас как Сергей Кротов, развернулось лицом к эпицентру этого хаоса, расставило руки и стало ловить дармовую энергию, мощным потоком несущуюся в космос. Надо добавить сил, думал он. Сергей невольно улыбался, впитывая всю линейку излучений космического взрыва.
Тем временем в пространстве происходило что-то невероятное – плазма, разлетавшаяся во все стороны от эпицентра, вдруг начала закручиваться, собираться в один поток и нестись теперь уже в одну сторону – прямо в хрупкую фигурку человека, висевшего в открытом космосе.
Смешной Арули.
