Бездушный - Kornyal Walden
— А Кавертин был создан, чтобы петь в кабаках, — неожиданно усмехнулся маг. — Притворяться бродячим бардом у него получалось лучше всего. И это единственное, что он любил делать до того, как стал королем.
Мы с Киаварном изумленно уставились на мага.
— А теперь? Он так еще делает⁈ — жадно осведомился наемник.
Малройд пожал плечами.
— Сам у него спроси.
Возможность прояснить этот животрепещущий вопрос Киаварну представилась вскоре. Объявив о своем решении уйти из дворца, Киаварн получил королевское приглашение в тронный зал. Что означало пышную аудиенцию, да еще вместе с нами. Король пожелал попрощаться с сыном и его спутниками лично. Я чувствовал себя польщенным. На кухне все яства, какие были, я уже перепробовал. Теперь мне и самому до ужаса хотелось узнать, переодевается ли Его Величество Кавертин до сих пор в бродячего барда. А, если повезет, было бы здорово послушать пару песен в его исполнении. Малройд клялся, что у короля отличная манера исполнения и великолепный голос. Он даже победил в парочке местечковых конкурсов, куда пробрался еще принцем инкогнито!
В общем, Киаварн шел на встречу с королем в приподнятом настроении, да и я тоже. В конце концов, если Кавертин приходился ему отцом, а меня наемник все чаще, хотя и в шутку именовал сыном… То это что-то ведь значило?
А вот Лайле и Малройду королевское приглашение не понравилось. Аудиенция взволновала их. Я думал, что моей магине сложно подобрать платье. То, лучшее, что мы купили специально для дворца, слегка испачкалось, пока она гуляла по саду, и теперь сохло в ее покоях. Король расщедрился выделить девушке отдельные, чтобы ей не пришлось ночевать вместе с кем-то из нас. Порой я совершенно путался в человеческих обычаях. Как по мне, так лучшими были те ночи, что мы проводили вместе на сеновале под моим плащом, плотно прижавшись друг к дружке и глядя на звезды!
Но вот так. Пришлось мне смириться с компанией Дика и Тильзана. Малройду и Киаварну покои тоже достались отдельные. Магу из уважения, а Киаварну король по сути весь дворец был готов предоставить, лишь бы взял!
Погруженный в эти мысли, я шел по коридору вместе с остальными. Сложно все-таки быть человеком. Даже отчасти. Шорготам проще. Думаешь лишь о еде и том, где ее достать. А тут… Мой взгляд зацепился за насупленные брови Малройда. Магу-то что не нравится? Король вроде бы его друг? Или обижен, что так и не поговорили наедине с Его Величеством? Впрочем, откуда мне знать, может, король его и позвал на встречу втайне от нас.
О чем они в таком случае говорили? Я осторожно потянулся к сознанию мага. Наверняка король что-то сказал ему наедине! Вот Малройд так и хмурится! Не успел я толком коснуться его сознания, как ощутил, что маг словно врезал мне мысленно в челюсть или крепко стукнул по потянувшемуся к нему кнуту.
«Не стоит, мальчишка!» — прочел я в насмешливых глазах мага, так злостно оборвавшего телепатический контакт.
Я же не хотел ничего плохого! И с каких это пор он зовет меня мальчишкой, пусть даже и мысленно⁈ Это только Киаварну так можно, потому что я ношу юную версию его лица!
— Не стоит! — едва слышно шевельнулись его губы, видать, Малройд опасался, что я так не пойму.
Ну и не надо мне! Обойдусь, подумаешь, тайны великие у них с королем! Все равно скоро все станет ясно! Мы вошли в тронный зал, где не было никого, помимо короля и стражников. Последних на мой вкус многовато. Примерно втрое больше, чем в первую нашу аудиенцию. Почтительно поклонившись, мы поприветствовали короля. Дик на всякий случай хлопнул меня по спине, но я и сам сообразил на этот раз повторить за другими.
— Итак, ты обдумал мое предложение, Киаварн? — осведомился король.
Он явно был не из тех людей, что привыкли ходить вокруг да около.
— Мое решение не изменилось, — твердо ответил наемник. — Я отказываюсь, Ваше Величество! Найдите другого.
Король очень пристально посмотрел в глаза подошедшему Киаварну.
— Если бы у меня был этот другой, мальчик мой! — усмехнулся Его Величество. — Что ж, очень жаль. Ведь это обозначает, что твои друзья умрут.
— Что⁈ — позеленел Киаварн.
Его Величество Кавернтин поднялся со своего трона, и, распрямившись во весь свой немаленький рост, сделал знак стражникам. Нас сразу же обступили. Двое мерзавцев нацелили свои пики на Лайлу! Один буквально упер меч в спину Дика! Мои кнуты рефлекторно вырвались из-под плаща и я зашипел. Это был наполовину рык, наполовину шипение, присущие шорготам в самых неприятных ситуациях. Попросту говоря, я предупредил стражников, что мучительно их убью на языке своего народа. Слов им было, конечно, не разобрать, но смысл они определенно уловили, отшатнувшись от меня.
— Те, кто близок тебе, будут умирать один за другим до тех пор, пока ты не согласишься, герцог Эжский, — хладнокровно произнес король.
Повинуясь его жесту, один из стражников приставил меч к горлу Малройда. К моему изумлению маг не сопротивлялся. Бесполезный фаербол сверкнул на мгновение в его опущенной руке и тут же погас бесследно. Маг лишь с горечью посмотрел на старого друга. Которого с легкостью смог бы поджарить, если бы захотел!
Киаварн, видимо, упустил это из виду.
— Не трогайте их! — заорал он разъяренно обнажив меч. — Если ты их тронешь… Неужели вы думаете, что это заставит меня принять ваше предложение, Ваше Величество⁈
— Если тебя не убедит смерть этих, то я отправлю солдат, чтобы нашли оставшуюся часть твоего отряда, — хладнокровно заявил король. — А если тебя не убедит и это, боюсь, мне придется перебить каждый отряд, что ты завербуешь.
Киаварн побледнел.
— Вы этого… не сделаете, Ваше Величество! — выдавил он.
«Ты этого не сделаешь, отец!» — отчаянно подумал наемник.
Увы, король в отличие от меня не умел читать мысли. Я видел, как все разрывается внутри нашего предводителя. Словно искра Киаварна вдруг заметалась в ставшей слишком тесной грудной клетке. Впрочем, в глазах короля тоже застыло отчаяния. Он не хотел этого делать. Но все еще держал поднятой руку и я знал, что если он ее опустит, нам предстоит суровый бой. Из которого большинство в тронном зале не выйдут живыми.
— Я не герцог Эжский! Герцог — Люк! — воскликнул Киаварн, искавший хоть какие-то доводы, чтобы убедить
