Обнять космос - Олег Викторович Данильченко
Кстати, а ведь я изменилась сильно. Так-то это не очень заметно. А вот когда начала примерять одежду, которую давно не носила, выяснилось, что маловата она стала, причём заметно. Расту, что ли? Правда, не вверх почему-то, а так, в общем. Старые, земные ещё джинсы еле застёгиваются и, если бы не эластичный материал, так и не сошлись бы. Узковаты, блин, в бёдрах стали. Курточка тоже тесная в районе груди. И ладно б сиськи появились, но тоже нет. Вроде всё в этом смысле как и было. Может, не я потолстела, а вещи уменьшились? Но сдаётся мне, тряпки тут ни при чём. Сама меняюсь. Организм ведь даже сейчас продолжает претерпевать модернизацию мышечного каркаса.
Переоделась обратно. Самопальную сбрую и одежду для проведения операции сложила в рюкзак. Трюк с переодеванием в укромном месте так себе, если честно, но из ангара выбраться незаметно просто невозможно. Он герметичен, и в этом заключается невозможность.
Куда я пошла? Да всё туда же. На местные низы. Те, кто крышует местный рэкет, может, и живут на внутренней стороне кольца, а вот их ручные «торпеды» тусуются в народе. То есть там, где обретается работный и не очень портовый люд. Ведь простым работягам не по статусу жить в респектабельных районах станции под почти что настоящим небом. Слишком дорого. Их среда обитания – околопортовые жилые районы. И именно там, в этих районах, крутится криминальный контингент, предлагающий на продажу наркоту и прочую дрянь. Ну а где им ещё крутиться? Где живут, там и промышляют. В чужой район залезешь – обратно не выйдешь.
Поэтому местный рэкет суть производное от порта. Тут родились, тут воспитывались, тут и на кривую дорожку встали. Порт большой, жилые районы со всей своей инфраструктурой ему соответствуют. Однако мне все закоулки изучать не надо. Переоденусь сначала где-нибудь незаметно, потом потрусь у злачных заведений. Мне б в идеале курьера хапнуть да утащить в тихий уголок для приватного разговора. В криминальной среде слухи быстро разлетаются. Любого причастного спроси, и он расскажет, что интересного в ближайшее время произошло. И, что ещё более важно, люди знают в лицо своих героев. Для любого «сявки» из нижнего бандитского звена былинными героями выглядят как раз боевики вроде Норы, Мики и им подобных. Такие всегда в авторитете, и их точно знают. А значит, имеют информацию, где они обретаются.
Для сохранения инкогнито на всём протяжении задуманной акции связью с Пчёлкиным через сеть пользоваться не стану. На всякий случай. Он тоже не будет слать сообщения по поводу и без. Это уже сущая перестраховка, но лучше перебздеть. В конце концов, я не одна буду, Умник-то всегда со мной. Схему станции он изучил и всегда подскажет, каким путём лучше всего идти. Как я раньше без нейросети справлялась? Если бы он ещё не был таким занудным, цены б ему… Ну, вы поняли.
Простенький наручный блокиратор, который позволяет в радиусе до двадцати метров блокировать доступ к галосети, тоже не забыла прихватить, да ещё четвёрку мелких дронов-помощников вынула из плечевого модуля своего скафандра. Они тоже могут мне пригодиться (но в итоге не пригодились).
Кстати, надо будет их поменять на более универсальные. Эти ведь узкоспециализированы, ибо предназначены для работы в газовой среде и имеющейся гравитации. Но ещё там, в имперской метрополии, Машка говорила, что есть более продвинутые, использующие для передвижения в пространстве грасёры, то есть гравитационные сёрферы. Так вот, тем пофиг на окружающую среду. Они и в вакууме космоса прекрасно себя чувствуют. Правда, за счёт увеличенного энергопотребления их рабочий радиус меньше, но ненамного. А так даже наплечную станцию подзарядки менять не придётся, просто жильцы другие появятся.
Около двух часов мне понадобилось в итоге, чтобы вычислить наркокурьера и при этом не попасться на глаза местным копам. Но у меня создалось такое ощущение, что они сами, в смысле копы, старались особо не отсвечивать. Мол, мы слепые, глухие, работайте спокойно. И ребятня работала. Почему ребятня? Так в основном малолетки тут этим промышляли. У нас так же было. Ну а что? Удобные работники. Их ведь даже если с поличным возьмут, то тут же и отпустят, в лучшем случае погрозив для порядка пальцем. А те похохочут и в ответ что-нибудь неприличное покажут. Несовершеннолетние, что с них взять?
Вот одному такому подростку, мальчику к слову, я и села на хвост. Он куда-то целенаправленно ломился. Предположила, что собирается сделать закладку. Сначала долго наблюдала за ним. К нему подходили явные торчки, но ничего в руки он им не давал. Тем не менее клиенты, пообщавшись с дилером, весело, чуть не вприпрыжку, куда-то сваливали. Понятное дело, по указанным координатам. Схема знакомая. Такого за руку не прихватишь. У него вообще, скорее всего, с собой ничего нет. Но тайник с основным товаром обязан быть, и в таком месте, где никто не увидит. Ни вездесущие камеры, ни праздно шатающиеся люди. Как раз то, что мне нужно.
– Привет, малыш, – взяла я утырка за шиворот, когда он в дебрях технического этажа распределял партию доз для будущих закладок.
– А?! Что?! Ты кто?! – заверещал он.
– Тише, тише, малыш. Не ссы. Я не коп.
Вот же вертлявый. Перехватила руку с чем-то острым. Болезный ойкнул, и железка звякнула об пол.
– Да не дрыгайся ты!
Бью ему легонько в лоб открытой ладонью. Тьфу ты! Снова перестаралась. У парнишки аж глаза в кучу собрались, и он брякнулся без чувств. Но это даже хорошо. Пока он пребывал в объятиях Морфея, я утащила его подальше в джунгли хитросплетений технического этажа и прикрутила захваченными с собой обрезками проводов к какой-то вертикальной трубе. Как говорится, за неимением специальных, более подходящих средств использую, что есть под рукой. В этом смысле мусор от бывшего жилого модуля оказался прямо кладезем всякого полезного. Ноги мальчишке, кстати, тоже заодно зафиксировала и даже для нагнетания большей жути всю одежду срезала.
Закончив, присела рядом. Пусть теперь сам в себя придёт и не спеша осознает, что шутки кончились. Ему в любом случае уже не жить: мне свидетели не нужны. Скажете, жестокая? Детей убиваю? Однако он так и так не жилец. В этом бизнесе долго не живут – это первое. Второе – не ребёнок он уже. Если даже официально ещё не стал совершеннолетним, то этот момент не за горами. Такого уже не перевоспитаешь. И третье – он сам сука страшная, мразота последняя, несмотря
