Черноземье. Сатум - Иннокентий Белов
Потом выслушиваю с камнем-переводчиком вопросы удивленных пастухов и отвечаю жестами, как могу, конечно.
Я покупаю двух курдючных овец у пастухов за серебро для себя и своих людей. Грузим их снова на лошадь в связанном виде, потом уходим на привычное место, где у нас новая стоянка. Там я оставляю охранников и Гинса ночевать и дожидаться меня.
— Вернусь завтра днем, вы пока отведите лошадь пастухам и оставьте. Нарубите дров побольше, все понесем в горы. Мясо тоже жарьте все, что сами съедите, что в горы заберем.
Мои люди уже поняли, насколько откормленные овцы могут быть вкусными, поэтому радуются большому обжиралову нежным мясом, чего в городе им получается редко поесть.
— Господин Капитан, обратно палатку сами понесем? — спрашивает все понявший уже Дундер.
— Нет, здесь оставим, хватит ее туда-сюда носить, — успокаиваю я своих людей. — Или даже в горах спрячем, сюда вторую принесем, еще одну я закажу пошить сразу.
«Да, хватит уже постоянно надрываться, нашью палаток да оставлю их по постоянному маршруту — здесь, в Храме, где-нибудь в туннеле над дорогой, так всем проще будет. Тридцать кило не такой большой вес, конечно, но можно и его не таскать все время», — решаю я.
Теперь сам поднимаюсь к Храму, тащу на себе стульчак и умывальник туда, потом с заметным удовлетворением расставляю их вокруг Стола. Теперь, когда мебели в Храме уже хватает, он стал заметно обжитым и более уютным, особенно со столом, кроватью и умывальником.
Первым делом ставлю Палантиры на Стол, меняю два сделанных артефакта на новые заготовки. Тут же проверяю камень невидимости перед уже появившимся в Храме зеркалом на умывальнике, все работает правильно.
— Итого Пирамиды уже выдали мне два камня невидимости и один для перевода чужой речи. Процесс отлично идет! — на самом деле радуюсь я подобному простому производству артефактов не так далеко от Астора.
Мое решение приблизить к себе своих доверенных людей по магической составляющей через использование артефактов становится все более близким и реализуемым.
Так что на следующий день спускаюсь за своими людьми, мы забираем припасы, оружие, палатку и дрова в солидном количестве, после чего карабкаемся вверх.
Когда проходим подъем к Храму, я на минутку останавливаюсь передохнуть над никак не обозначенной могилой Охотников и снова им отчитываюсь обо всем сделанном мной для спасения Черноземья.
«Все больше и больше у меня заслуг перед вашей Родиной. Вот опять спас ее от страшного нашествия совсем диких и злобных степняков-горцев. Так что спите спокойно, судьба Черноземья в надежных руках, дорогие товарищи Охотники!» — так и сказал им.
Дальше у нас переход до темноты по каньону, находим старую, еще восьмиместную палатку, пролежавшую уже десять местных лет под камнями. Она вся мокрая, склизкая и страшная, но пока развешиваем ее на камнях для первичной просушки.
Быстро ставим рядом свою, потому что температура к вечеру стремительно понижается, скоро на улице становится примерно ноль градусов.
Костерок горит перед входом в палатку, дрова сложены большой грудой рядом с ним. Пока греются камни, мы жуем жареное мясо с высоким содержанием бараньего жира и заедаем еще относительно свежим хлебом. Потом раскладываем по палатке пять нагревшихся камней на железные пластины и сами растягиваемся с большим удовольствием.
За плотной тканью уже ниже нуля градусов, но у нас тепло и уютно, сами надышали и камни хорошо греют. За ночь палатка, конечно, выстыла бы, но свежие порции хорошо прогретых камней меняются исправно с уже остывшими своими местами.
Так что теплые плащи помогают нам совсем не мерзнуть, все нормально высыпаются, прямо не переход через горы, а какой-то праздник ленивого туриста.
Идем дальше, проходим туннель вниз, который все с потрясенным видом рассматривают.
По моему совету немного дров оставляем в нем самом, потому что набрали явно с избытком.
— Нам еще две ночи максимум придется на перевалах провести, а, скорее всего, только одну. Потому что сможем спуститься в хорошо знакомое нам с Гинсом поселение и там здорово отдохнуть, — объясняю я спутникам свой план. — Зато на обратном пути у нас уже будут дрова на одну ночь!
Поэтому торопимся идти быстро, раз груз на плечах стал полегче, проходим первый, не слишком опасный перевал. Хотя немолодым мужикам подъем на три тысячи метров заметно так сказывается на самочувствии и энергии. Видно, что с большим трудом переставляют ноги. Только я один легко тащу теперь палатку и еще все так же сухой по фигуре Гинс уверенно и легко прыгает по камням.
К концу дня мы уже добираемся ко второму перевалу, самому опасному, где тогда Клею чудом удалось спасти от когтей горного Корта.
«Стоит ли сейчас начать спуск? — начинаю размышлять я, увидев знакомый каменный гребень вдалеке. — Пара часов в принципе есть, но пока мы дойдем до него, тем более все охранники едва на ногах стоят, пока спустимся, уже пронзительно холодная ночь наступит. Наверно, лучше все же будет встать сейчас, еще на подходе к нему. Тут и высота на пару сотен метров пониже, и температура немного повыше ночью будет, всяко легче переживем саму ночь».
— Встаем здесь, — показываю я на подходящее место своим людям. — Завтра быстро спустимся и к вечеру до поселения доберемся. Дров сегодня не жалеть, ночь будет очень холодная. Дальше они нам не понадобятся, пойдем совсем налегке, даже палатку не понесем, здесь ее оставим!
Я уже сам чувствую плотные ледяные объятия горного ветра, правда, теперь у всех моих спутников и меня самого одеты маски на лицо. Которые уже давно пошиты специально для подобных приключений в горах и для морозной погоды.
Мои люди ставят палатку, начинают разводить пару костров, чтобы потом ее передвинуть на нагретое место. Как я вдруг бросаю взгляд на далекий еще перевал и вижу уже над ним несколько уходящих дымов от таких же костров.
— Парни, тушим костры! Мы тут не одни почему-то! — командую я охранникам, они быстро заваливают камнями еще робкие языки пламени.
— Так, относите палатку за вон ту скалу и там ставьте! Костер пока не жгите, придется дождаться темноты! — я понимаю, что неизбежная встреча окажется совсем роковой.
Для кого-то, конечно, и явно, что не для нас.
— Там не один или пять путников. Там солидный отряд пришел зачем-то сюда. Раз жгут сразу несколько костров, — замечает Дундер.
— Кто это такие? Почему оказались здесь? — спрашивают меня Бейрак.
Но я только пожимаю плечами.
— Еще не знаю.
