Мёртвые души 3. Лик Первородного - Евгений Аверьянов
Мастер поднял бровь:
— Хорошее состояние.
— Уровень — формирование ядра. Баланс тела и внутреннего потока — стабильный.
— Немного нестандартная структура…
Он прищурился.
— …но ничего опасного. Ты годишься.
Глава 3
Я не выдал ни звука.
Только внутри нарастала тихая, холодная радость.
Формирование ядра, говоришь?..
Отлично.
Значит, никто не видит настоящего уровня.
Я опустил взгляд на свои пальцы.
Они чуть дрожали — не от усталости, а от… облегчения.
Даже этот мастер, с его опытом, даже сфера гильдии — не чувствуют моих трёх средоточий.
Даже Абсолют, как говорил Релл, не может считать этот параметр напрямую.
А значит, система работает именно так, как мне сказали. По крайней мере я на это надеюсь.
— Запишем тебя как охотника третьего круга, — продолжил Элрон. — Не младший, но и не герой. Хочешь расти — приноси доказательства: клыки, ядра, редкие ткани.
— Здесь платят за головы и материалы. Иногда за зачистки территорий или сопровождение.
Он бросил мне небольшой жетон с выгравированным номером.
— Добро пожаловать. Не умри в первые трое суток.
Я кивнул, накинул доспех и вышел из кабинета.
В груди билось сердце.
На губах — почти незаметная улыбка.
Живой.
Незамеченный.
И — уже внутри.
Когда я вышел из кабинета Элрона, меня уже ждали у стойки регистрации.
— Ну что, прошёл? — женщина с амулетом приподняла бровь.
— Прошёл, — кивнул я.
— Тогда поздравляю, охотник, — голос её стал чуть мягче. — Первое задание тебе уже подобрали.
— Деревня Фортен, в трёх днях пути отсюда. Стая тварей нападает по ночам, утащили уже пятерых. Местные боятся, гильдия обещала разобраться.
Она протянула мне свиток с описанием цели и маршрут.
— Награда — фиксированная. Но если притащишь ядра или головы — доплатят.
Я принял свиток, и впервые за долгое время позволил себе нечто похожее на спокойствие.
Система работает.
Никакого вмешательства сверху.
Просто задание. Просто охота.
— Усталый ты, — продолжила женщина, — это видно. У нас есть свободные комнаты для таких, как ты.
Она кивнула в сторону лестницы.
— Второй этаж, третья дверь справа. Ужин подадут через полчаса в общем зале. Не опоздай — тут ребята шуток не понимают, особенно когда еда заканчивается.
Я благодарно кивнул:
— Приму предложение. Хочу выспаться как человек, а не как брошенная в грязь туша.
Она усмехнулась:
— Вот и хорошо. Начни с чистого листа.
Комната оказалась скромной, но чистой: деревянная кровать с пледом, таз с тёплой водой, узкое окно, через которое виднелась башня храма на другой улице.
Я снял доспех, привёл себя в порядок, залил царапины лечебным раствором, что нашёл в ящике — видимо, тут часто ночуют побитые.
Потом — спустился на ужин.
В столовой гудело, смеялись, ругались, кто-то чокался кружками, кто-то просто молча ел.
Мне досталась тарелка тушёного мяса с чем-то вроде картофеля, запечённый корень и густая похлёбка.
Это было вкуснее, чем я ел за последние две недели.
Никто не задавал лишних вопросов.
Пара человек кивнули, один спросил про доспех — похвалил.
Я был своим. Пока что.
Ночь прошла на удивление спокойно.
Я проснулся до рассвета, выспавшийся, но в голове уже звенело напряжение.
Сегодня — первый настоящий бой.
Первая полезная кровь.
Первые ядра.
Я собрал вещи, затянул ремни на клинке и кинжале, проверил доспех.
У стойки дежурил новый охотник. Он кивнул:
— Деревня Фортен? Путь знаешь?
— Да.
— Тогда удачи тебе. Только смотри — местные не врут. Эти твари не просто звери, они будто знают, куда бить. И не оставляют следов.
— Заметано, — ответил я, выходя в утреннюю прохладу.
Воздух был чистый, влажный.
Город только просыпался.
А я — шёл убивать.
И на этот раз — впервые за долгое время — это имело смысл.
Дорога до Фортена оказалась приятнее, чем я ожидал.
Утреннее солнце подсушило грязь, воздух был наполнен пылью, пением птиц и ароматом нагретых трав.
Всё это — слишком живое, слишком… настоящее.
Будто всё зло мира осталось позади, за стенами, а впереди — просто деревни, поля, люди, что хотят жить.
И это пугало.
Три дня пути прошли без особых происшествий.
Пара встречных крестьян, телега с торговцами, один старик, что шел с корзиной, полной грибов, и даже поздоровался.
Никто не чувствовал угрозы.
Никто не был готов к монстрам.
Но когда на горизонте показался Фортен — картина изменилась.
Деревня была окружена грубой изгородью из кольев и кольчужной сетки.
На въезде стоял парень с копьём, которое он держал так, будто боялся уронить.
Лицо — испуганное, руки дрожат.
Он бросился ко мне, но, увидев доспех и жетон, отступил и только кивнул.
— Охотник?..
— Да. Из города. От гильдии.
Парень почти с облегчением выдохнул, будто держал в себе весь воздух деревни.
— Тогда к старосте. Дом у колодца, крыша из серого камня.
Я прошёл через ворота. Внутри — тишина, странная для дня. Люди были, но большинство прятались в домах. Несколько женщин с детьми у колодца — молча, без улыбок. Пара мужчин пытались натянуть сетку на сарай, но бросили работу, увидев меня.
Староста оказался хмурым крепким человеком с сединой и мешками под глазами.
На пороге встретил сразу:
— Первый раз радуюсь, видя вооружённого незнакомца.
Мы зашли внутрь. Угли в очаге, кувшин воды, стол, где уже лежала грубая карта.
— Вот здесь они нападают. Обычно — с этой стороны, — он ткнул пальцем в восточную окраину. — Сначала был один. Потом два. Теперь — целая стая. Пять человек унесли. Камней не оставили.
— Следы?
— Почти нет. Ни запаха, ни следов лап. Только вмятины в земле и кровь.
— Один мальчик говорит, что видел, как «земля открывается», но… он пятилетний. Кто его слушает?
Я кивнул.
— Сегодня ночью я выйду к восточной стороне. Один.
— Мне нужен час до наступления полной темноты, укрытие и никто рядом.
— А после — пусть все будут тише воды. Не открывайте двери до утра, что бы ни услышали.
Он кивнул. Без вопросов. Без сомнений.
В его взгляде — надежда, смешанная со страхом.
Я вышел наружу, осмотрел периметр, нашёл подходящее место.
Старый амбар, полуразрушенный, с хорошим обзором на склон и низину.
Положил свиток с заданием под балки, проверил лезвия.
Время пошло.
Скоро стемнеет.
А значит — они придут.
И
