Браконьер 5 - Макс Вальтер
Впрочем, наши встречи пришлось сократить до минимума, чтобы не спалиться раньше времени. Чаще мы общались записками, которые оставляли в укромном месте на территории мукомольного. Ну и пару раз Полина сбегала ко мне в пересменок, для процедур, о которых не принято говорить в приличном обществе.
В очередной тихий вечер, когда тишину разорвал настойчивый стук, я грешным делом подумал, что моя белоснежная принцесса снова жаждет уединения в спальне. Отложив ложку, которой помешивал кашу, я направился к двери и, распахнув створку, замер на пороге с выражением удивления на роже. На крыльце стояли оба моих партнёра, и с ними был кто-то третий. Руки связаны за спиной, на голове плотный мешок и, судя по невнятному мычанию, с кляпом во рту.
— Шагай, — подтолкнул его Ворон.
— М-м-м… М-м, — выдал что-то пленник.
— Это кто? — спросил я, подавив раздражение. — И за каким хреном вы его ко мне притащили?
— Язык, — гордо ответила Полина. — Поймали у кабака. Он там за девкой одной следил.
— Ну и? — нетерпеливо бросил я. — А мне он на кой чёрт сдался? Сами бы и допросили.
— Нам на смену через полчаса, так что не рычи, — буркнул Ворон. — Пусть пока у тебя посидит.
— Чё у нас на ужин? — Полина первым делом заглянула в кастрюльку.
— Не у вас, а у меня. И это, вообще-то, завтрак.
— Ясно, — вздохнула она и плюхнулась на стул.
— Так, может, вы наконец объясните, кто он такой и зачем вы его спеленали?
— Я же тебе говорю: у кабака поймали, буквально с поличным, — ответил Ворон.
— Это я понял, — кивнул я. — Прок с него какой?
— Ну как? — ощерилась Полина. — Это же, можно сказать, левая рука нашего инженера.
— О как! — Я вскинул брови. — Ладно, оставляйте. Буду с ним контакт налаживать.
— Может, нас лучше дождёшься? — поморщился Ворон.
— Ты чё, пернатый, право от лево не отличаешь?
— В смысле? — не понял посыла он.
— В прямом, — огрызнулся я. — Берега попутал. Всё, свалили отсюда, оба. Твою мать! Каша из-за вас пригорела!
Я бросился к кастрюле, от которой уже исходил противный запах. Снял её с огня и в попытке спасти хоть часть варева принялся вываливать всё в тарелку. На дне осталось прилипшее месиво коричневого цвета. Полина задумчиво наблюдала за моими действиями. Взяв тарелку, она понюхала содержимое и сморщила нос.
— Ну и хрю́чево, — усмехнулась она. — Ты реально это жрать будешь?
— Ёпт, вы ещё здесь? — нахмурился я.
— Пойдём отсюда, — окликнул Полину Ворон. — Что-то наш командир сегодня не в духе.
— Да он всегда не в духе, — отмахнулась девушка, но всё же подалась на выход.
Я проводил гостей, покосился на пленника и, подняв миску с кашей, тоже понюхал содержимое.
— Вот ведь… коза, — буркнул я и вывалил завтрак в мусорное ведро.
Немного подумав, отправил туда же кастрюлю с пригоревшей кашей. А ведь было время, когда я за подобное кощунство мог и башку проломить. Крыс сырыми жрал и не икал. Да уж, а жизнь-то, похоже, налаживается…
Задвинув ведро под раковину, я повернулся к пленнику. Показалось очень странным, что он продолжал спокойно сидеть на полу и даже не дёргался. Не пытался сбежать или оказывать сопротивление. Ведь ноги у него оставались свободными. И вряд ли это из-за мешка на голове, который перекрывал ему обзор.
Я подошёл к нему и замер, внимательно рассматривая то, что мне досталось. С виду самый обычный, щупловатый. Рост тоже средний, около ста семидесяти с хвостиком. Возраст, конечно, без взгляда на лицо определить сложно. А потому я стянул с головы пленника мешок.
Выродок подобрался и попытался отстраниться, несмотря на то, что за его спиной находилась несущая стена. В его глазах я увидел неподдельный страх. Это что же мои приятели ему такое сказали?
Привычным движением я вытянул нож и срезал с его лица плотно намотанный скотч, который фиксировал во рту кляп. Изменённый снова дёрнулся и мотнул головой, уворачиваясь от ножа, чем лишь сделал себе только хуже. Пришлось действовать резче, и теперь, на его лице красовался глубокий кривой порез. Он что-то замычал, и я влепил ему ладонью по уху. А когда он уставился на меня испуганными глазами, наконец-то смог аккуратно вытянуть из его пасти кляп. Больше всего я боялся, что он попытается меня укусить, но пленник был очень сильно напуган и не решился на столь отчаянный шаг.
— Имя у тебя есть? — спросил я, присев перед ним на корточки, поигрывая ножом в руке.
— Ваня, — прохрипел он.
— Ну что, Ваня, побазарим? — хмыкнул я. — Я хочу знать всё о твоём боссе. Кто он, откуда, что планирует делать?
— Я ничего не знаю… — начал он, и его голова резко дёрнулась от удара в челюсть.
— Неправильный ответ, — покачал головой я. — Ещё раз выдавишь из себя нечто подобное, и я тебе череп табуреткой разобью. Да, знаю, тебя это убьёт ненадолго, но… Ты когда-нибудь подыхал сотню раз подряд? Мне даже интересно, а найду ли столько способов превращения твоей тушки в труп?
— Я не понимаю! — взвизгнул он. — За что вы так со мной⁈ Я всего лишь обычный работяга, электрик. Я ничего не…
— Хрусть! — отозвалась его черепушка оттого, что мой нож вошёл ему в висок по самую рукоятку.
Тело выродка обмякло, а я зашипел, мотая рукой в попытке успокоить боль в указательном пальце, в который больно впился ограничитель в момент удара. Но не будь его там, я бы распорол себе руку до костей. А так отделаюсь лишь синяком.
Попытка вытянуть клинок из черепа изменённого успехом не увенчалась. Я толкнул труп ногой, наступил ему прямо на ухо и враскачку, с чавкающим звуком извлёк оружие. Подойдя к раковине, полил на нож из ковша, смывая с него кровь. Затем добавил в посуду ещё немного воды и, поставив на конфорку, занялся приготовлением завтрака, периодически посматривая на мёртвого пленника.
Видимо, он был сыт, потому как очнулся буквально через десять минут. Я почувствовал его взгляд на спине и,
