Сети влияния - Марк Блейн
— Оно не будет держаться, магистр, — голос Децима, нашего главного военного инженера, был полон скепсиса и едва пробивался сквозь завывания ветра. — Шарниры слишком слабые. При первом же попадании камня из катапульты вся эта ваша… конструкция… развалится, как детский конструктор.
Я проигнорировал его ворчание, в очередной раз проверяя крепления. Мы стояли на самом уязвимом участке северной стены, где ровная площадка перед фортом представляла собой идеальное место для развёртывания осадных машин противника. И именно здесь я воплощал в жизнь одну из своих «еретических» идей, принесённых из другого мира.
— Она и не должна держать прямое попадание, Децим, — терпеливо, в сотый раз за утро, объяснил я. — Её задача — не выстоять, а двигаться.
Перед нами стояло моё детище, которое солдаты уже успели окрестить «Черепахой Логлайна». По сути, это была передвижная баррикада: пять огромных, в полтора человеческих роста, щитов из толстенных дубовых досок, обитых железом и соединённых между собой тяжёлыми петлями. Вся эта «гармошка» была установлена на массивные деревянные колёса и снабжена системой рычагов и блоков. В боевом положении она образовывала стену длиной в пятнадцать метров, способную быстро перекрыть брешь или создать укрытие для лучников на открытом пространстве.
Децим, человек старой закалки, привыкший к статичной, монументальной фортификации римского образца, смотрел на моё изобретение с плохо скрываемым отвращением.
— Двигаться? — фыркнул он. — Крепость должна стоять, магистр, а не бегать по полю боя, как испуганная девица. Стены должны быть из камня. Толщиной в три локтя. Всё остальное — от лукавого.
— Каменные стены хороши, пока в них не проделали дыру, — возразил я, дёргая за один из рычагов. Скрипнув, секция «Черепахи» послушно сложилась, образуя узкий проход. — А когда дыра появится, что ты будешь делать, Децим? Затыкать её телами легионеров? Я предлагаю другой вариант. Десять человек подкатывают эту штуку к пролому за тридцать секунд и снова превращают его в стену. С бойницами для лучников, заметь.
Я указал на узкие щели, прорезанные на уровне груди. Децим неохотно провёл пальцем по краю одной из них.
— Допустим, — пробурчал он. — Но колёса увязнут в грязи и щебне. А если её подожгут?
— Колёса вдвое шире обычных тележных, специально для лучшей проходимости. А от огня мы обработаем её специальным составом. Помнишь того алхимика, что ты считал шарлатаном? Его смесь из глины, квасцов и ещё какой-то дряни делает дерево почти негорючим. Мы вчера проверяли: обугливается, но не горит.
Инженер снова нахмурился. Он был хорошим специалистом, лучшим в легионе, но его разум, скованный вековыми традициями, с трудом принимал новое. Он мыслил категориями вечности, а я — категориями эффективности в предстоящем бою.
— Ладно, — сдался он наконец. — С этой… черепахой… я ещё могу смириться. Но то, что вы делаете с баллистами… Магистр, это же чистое безумие! Мы так испортим прекрасные машины!
Мы перешли на другую часть стены, где кипела работа над метательными орудиями. Две баллисты и один онагр были частично разобраны. Вокруг них под моим личным руководством суетились плотники и кузнецы.
— Мы их не портим, Децим. Мы их улучшаем.
Я подошёл к онагру — огромной машине, работающей на силе скрученных верёвок из бычьих жил. В её классической конструкции было одно слабое место — точность. Она швыряла огромные камни, но попасть ими в конкретную цель было сродни чуду.
— Смотри, — я взял кусок угля и на доске начал быстро чертить схему. — Вся проблема в неравномерном натяжении и отдаче. Мы добавим вот сюда, — я ткнул пальцем в основание метательного рычага, — систему противовесов. Небольших, но точно выверенных. Они будут гасить боковые колебания в момент выстрела.
Децим уставился на мой чертёж, как на магические руны.
— Противовесы? Но ведь сила удара зависит от силы скрутки жил! При чём здесь какие-то гири?
— Сила — ничто без точности, — я перешёл на язык, который он должен был понять. — Представь, что ты бьёшь молотом. Если твоя рука дрожит, ты можешь промахнуться или ударить вскользь, верно? Противовесы — это вторая рука, которая стабилизирует твой удар. А ещё мы изменим угол наклона ложа и добавим направляющие. Это увеличит дальность на четверть и повысит точность попаданий втрое.
— Втрое? — в голосе инженера прозвучало откровенное недоверие. — Магистр, я строю эти машины двадцать лет. Если бы всё было так просто, наши предки давно бы до этого додумались.
— Твои предки не сталкивались с боевыми магами, способными отклонить летящий камень заклинанием ветра, — парировал я. — А против них нужна не одна глыба, летящая «примерно в ту сторону», а три камня поменьше, но точно в цель. Один они отобьют, второй — возможно. А третий разнесёт их в клочья.
Я видел, как в его глазах борется многолетний опыт с логикой моих доводов. Чтобы подтолкнуть его, я решил перейти от теории к практике.
— Центурион Авл! — крикнул я вниз, во двор. — Подготовьте мишень! Старый сарай у подножия холма!
Через десять минут всё было готово. Легионеры с любопытством столпились на безопасном расстоянии. Модернизированный онагр, который мы прозвали «Длинной рукой», был заряжен тремя камнями размером с человеческую голову каждый.
— Давай, Децим, командуй. Это всё ещё твоя машина.
Инженер с сомнением посмотрел на меня, потом на своё детище, обвешанное моими «еретическими» противовесами. Тяжело вздохнув, он отдал приказ.
— Натянуть!
Десять легионеров навалились на ворот. Скрип скручиваемых жил был похож на стон гигантского зверя.
— Цель — сарай! Огонь!
Рычаг сорвался с крепления. Но вместо привычного резкого рывка и грохота движение было более плавным, почти изящным. Противовесы качнулись, компенсируя вибрацию. Три камня взмыли в воздух не беспорядочной кучей, а плотной группой, словно связанные невидимой нитью.
Мы все затаили дыхание, провожая их взглядом. Они летели дольше обычного. И выше. А потом начали снижаться, устремляясь точно к цели.
Грохот был оглушительным. Два камня пробили ветхую крышу сарая, третий врезался в стену, разнеся её в щепки. От старой постройки остались лишь облако пыли и груда обломков.
На стене повисла тишина. А потом двор взорвался восторженными криками легионеров.
Я посмотрел на
