Лик Первородного - Евгений Аверьянов
Второй рывок был из-за спины. Почуял ветер. Успел развернуться, отбил удар плоской частью клинка, но отлетел, как тряпичная кукла. Грудь сдавило, но кости не треснули. Броня держит.
— Ты начал хорошо. Дальше что? Надеешься утомить его?
— План есть. Достать глаза.
— Гениально. Твари четыреста лет, она пожрала три каравана и двух шаманов, но ты, конечно, её переиграешь...
Я побежал. Не от, а по дуге, подбираясь к его флангу. Он следил. Я чувствовал его взгляд, как нож по коже. Прыжок. Удар. Скользящий. Оружие вошло, но не глубоко. Шкура плотная, как камень. Но он завизжал. Значит, больно.
Ответный удар хвостом. Я отбил, но пальцы онемели. Кувырок. Песок в глаза. Ещё одно движение, и я уже за спиной у него. Мгновение — и клинок летит к шее. Попал. Но не рассёк.
Так не сработает.
Змей начал вращаться, стараясь поймать меня в круговую ловушку. Я отскочил, едва не попав под массивный торс, который мог раздавить как клопа. Песок теперь был моим врагом — скользил, не давал опоры. А я устал. Удары стали медленнее, дыхание сбивалось.
Всё перемешалось. Жар, кровь, грохот. Слишком долгий бой.
В какой-то момент я оказался между двумя каменными глыбами. Ошибка. Он пошёл на таран. Я не успевал. Инстинкт. Прыжок. Вверх. На выступ.
Он проскочил ниже. Камни осыпались. Я вздохнул. Потом разогнался и прыгнул ему на спину.
Это был шанс. Единственный.
Удар за ударом. Я лупил в одно место, снова и снова, пока не почувствовал, как металл провалился в мягкость. Кровь. Настоящая. Горячая, с шипением.
Змей взвыл. Начал крутиться. Я удержался. Сложно. Руки подрагивали. Ещё. Ещё. Вспышка в глазах. Он метался, бился, катался по земле. Я соскользнул.
Когда очнулся, небо было тёмным.
Тварь лежала рядом. Мёртвая. Или почти. Я подполз. Медленно. И сделал последнее: всадил меч глубоко в глазницу. Там, где пульсировала оставшаяся жизнь, где скапливалась сила, где змею уже было не до обороны. Один точный, не слишком сильный, но своевременный удар — и всё стихло.
Он затих.
Я обессиленно опустился на колени.
— Ну что ж, смертный, — проговорил Нарр’Каэль, чуть мягче обычного, — поздравляю. Ты всё ещё жив. Пока.
Я не ответил. Долго сидел. Потом вырезал ядро. Третья ступень. Чистое. Великолепное.
<Получено: ядро третьей ступени> <Уровень средоточий: 70> <До следующего уровня: 1 ядро третьей ступени>
Я вдохнул глубоко. Внутри пронеслась волна силы — жар, давление, и краткое ощущение, будто вены налились раскалённым металлом. Потом — тишина. Ровная. Стабильная.
Глава 18
Я встал. Тело было измотано, но дух… крепче, чем утром. Я глянул на останки твари. Шкура. Чешуя. Кость. Когти.
Некоторые части этого змея могли стоить целое состояние. Я отрубил несколько фрагментов панциря, вырезал участок плотной шкуры, собрал зуб, ещё тёплый от недавней жизни. Всё это — доказательства, товар, ресурс.
Гильдия охотников хорошо платит за редких монстров. Особенно — за тех, кто считался невозможным.
Город был уже виден — тени стен тянулись к горизонту, а над башнями лениво ползли облака, подсвеченные заходящим солнцем. Я ускорил шаг. Пыль оседала на плечах, добыча — аккуратно упакованные трофеи с тела змея — глухо постукивали в мешке. Мысли были простыми: добраться, отдохнуть, сдать материалы, получить награду, а дальше... может быть, поискать следующую цель.
Но когда я приблизился к воротам, атмосфера изменилась.
На стенах толпились люди. Лучники, маги, обычные стражи. Башни были утыканы копьями и арбалетами, как ёж спинами. У ворот стояли караваны, которых не пускали, но и не разворачивали — просто держали на месте. Воздух дрожал от напряжения.
Я подошёл к одному из охранников.
— Что происходит?
— Осадное положение, — коротко ответил он, не отводя взгляда от горизонта. — Большой прорыв. Пустошь с юго-запада прорвалась, твари двинулись к цивилизованным землям. Наши стражи сдерживают, как могут, но многих уже прорвали. Идёт срочная эвакуация окрестных деревень, всех тащат под защиту стен.
— Стражи пустошей не справились?
— Похоже на то. Говорят, те, что вышли из порталов — не просто зверьё. Умные. Координированные. У них были разведчики, засады... кто-то ими командует.
Это было… тревожно. Очень. Даже Нарр’Каэль внутри притих на мгновение. Лишь спустя пару ударов сердца он процедил:
— Кто-то подвинул правила. Явно не ты. А это значит, что кто-то другой играет крупно. И быстро.
— Может, это твои друзья?
— Я друзей не завожу. Только временные интересы.
У ворот зазвучал гонг, и через несколько минут открыли проход для тех, кто уже числился в гильдии или зарегистрирован как боевой класс. Я прошёл внутрь. Внутри города царила спешка: жители собирали припасы, укрывались, укрепляли дома. На площади звучали команды.
“Те, кто владеет оружием — в казармы. Кто может использовать магию — к гильдии стихийников. Остальные — в укрытия. Отдельные патрули отправятся на вылазки.”
Я постоял на месте.
Решение пришло быстро.
Я не бегу.
Я подошёл к командующему охраной у штаба.
— Я охотник. Могу быть полезен. Запишите меня.
— Имя?
— Игорь.
— Доказательства квалификации?
Я достал из мешка клык змея. Страж оцепенел, потом позвал кого-то из магов. Проверили. Кивнули.
— Хорошо, Игорь. Ты седьмой уровень допуска. Первая линия. Вылазки, зачистка, разведка. Готов?
Я просто кивнул.
Было странное ощущение — не тревога, не страх, а что-то другое.
Тяжесть. Ожидание.
— Ты решил играть в героя? — снова подал голос Нарр’Каэль. — Вместо того чтобы искать осколки?
— Пока я жив, я выбираю, что защищать. Даже если это — временное убежище.
— Ты глуп, смертный. Но иногда это почти приятно наблюдать.
Я отправился в сторону казарм. Уже знал: этот бой будет не ради выгоды, не ради очков развития, даже не ради силы.
А ради того, чтобы хоть где-то зло не прорвалось наружу.
Хотя бы на время.
Они пришли на рассвете.
Сначала — лёгкий гул за стенами. Потом — зловоние. Запах испорченной крови, пепла, сырости и чего-то... нечеловеческого. Вскоре по утрамбованной земле забарабанили лапы. Звук был глухим, но мощным — как будто бежал не зверь, а механизм. Первые монстры вырвались из-за холма, словно волна грязи и костей. Искривлённые, как будто кто-то собирал их из чужих тел, да ещё и переплавил в пламени и безумии.
Я стоял на одной из внешних линий обороны. Слева — крепкий парень в пластинчатом доспехе, меч у него был шириной с мою спину. Звали его Далрен, говорил мало, но
