Святейший кровопийца. Том 1 - Демьян Копьёв

— Поговорим, — посмотрел на графа Бестужева, — тот моргнул, давая понять, что согласен на разговор, — Я понимаю, почему ты так поступил и не в обиде. Сам на твоём месте сделал бы тоже самое.

Прознай Инквизиция, что младший сын канцлера Российской Империи стал нежитью, а род его прикрывал, всех на костёр бы отправили, в назидание другим.

Да — в этом Мире тоже имелась Инквизиция, впрочем, неудивительно. Если есть твари — то будет и орден, который этих тварей уничтожает.

— Мм-мм, — промычал граф, речь начала к нему потихоньку возвращаться, — Ты… устоял… Не выпил до дна. Я не верил… что справишься.

Алексей Петрович говорил с паузами, паралич ещё не до конца прошёл, но с каждым словом его голос крепчал.

— Честно, — склонил голову на бок, — Было сложно удержаться.

— Зачем ты вообще влез во всё это? — продолжил он, — Я ведь предупреждал. Говорил, оставь свои игры в детектива, но нет… Тебя не переубедишь, хоть кол на голове теши. Упрямец, — речь графа с каждым словом становилась всё лучше и скоро полностью вернулась в норму.

— Есть в кого, — хмыкнул в ответ.

Вот только родительских нотаций мне не хватало. Я ему не восемнадцатилетний пацан, которого нужно учить жизни. Хотя, в глазах «отца» я именно таким и был.

— Всё-таки хорошо, что я тебя не убил, — сглотнув слюну, произнёс Бестужев.

— Силёнок бы не хватило.

Граф невесело усмехнулся.

— Ты же понимаешь, что как прежде уже не будет?

— Да.

— Я не смогу оставить тебя в роду.

Пожал плечами.

Я и сам не собирался оставаться. Обязанности перед родом только бы меня сдерживали, сковывали по рукам и ногам. Зато теперь не придётся оглядываться назад и ждать, когда враг нанесёт удар по близким людям. Именно поэтому у меня в прошлой жизни не было ни семьи, ни детей.

Как сложится в этой — неизвестно, во всяком случае, пока я предпочитал оставаться один, тем более, с моей новой особенностью, которую придётся научиться контролировать.

Если уж я стал нежитью, нужно поставить это отклонение от нормы себе на службу.

Был у меня когда-то давно знакомый вампир, мы даже вместе какое-то время охотились на обозревших тварей, правда через три сотни лет он всё-таки слетел с катушек, впав в кровавое безумие, и мне пришлось его упокоить, но ведь и продержался Кэлвин довольно долго.

А так как упрямства мне не занимать, то и я продержусь. Воля у меня железная. Запру жажду на замок, сожму в кулаке. Быстро утихнет.

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался у графа.

Я мог просто встать и отправиться на все четыре стороны, пускай Бестужев вычёркивает меня из родовой книги, но решил не спешить и выслушать Алексея Петровича.

Уходить, не прощаясь, дурной тон. К тому же, вряд ли Бестужев выгонит меня на улицу с голой задницей. Было видно, что сына он всё-таки любит.

Граф попытался подняться со стула, но пошатнулся и тяжело опустился обратно.

— Посиди ещё немного, скоро отпустит.

Бестужев покачал головой и недовольно поджал губы.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался он у меня.

— Если смотреть на ситуацию в целом, относительно неплохо.

Поначалу проскочила мысль, что лучше бы, вообще, не разговаривать с графом, вдруг он поймёт, что я не тот — за кого себя выдаю, но потом передумал. Все странности можно списать на превращение в вампира, ведь для того, чтобы это случилось, человек должен умереть, а после смерти… Всё становится по-другому.

— Жажда больше не мучает?

— Нет, — помотал головой и только сейчас сообразил, что на губах до сих пор остались капли крови.

Сразу захотелось слизать их языком, но я пересилил себя и оттёр рукавом.

Пододвинул второй стул поближе и сел напротив Бестужева.

— Так что ты предлагаешь? — повторил свой вопрос.

Граф некоторое время подумал, оценивающе глядя на меня.

— Саша, ты уверен, что сможешь держать вампирскую сущность в узде? Хотя, о чём это я говорю? Ты же только что обратился. Вряд ли у тебя получится.

— Но сейчас ведь получилось.

— Это и удивительно, но дальше будет сложнее. Сегодня свою роль сыграло несколько факторов и самый главный из них — наше родство. Твои человеческие чувства ещё не успели притупиться, именно они помогли ослабить голод, не дав тебе довести начатое до конца.

Сказал бы я…

Интересно, когда и кого останавливали семейные узы? За всю мою долгую прошлую жизнь я встречал только четверых, кто удержался от соблазна и не растерзал близких после перерождения.

Обычно тот, кто обращал в вампира, сразу забирал птенца с собой в гнездо, но обстоятельства бывали разными.

Ещё бы вспомнить, что случилось с Александром в последний день жизни.

Ладно, отложим этот вопрос на потом. Сейчас есть дела поважнее.

— И что, попытаешься снова меня убить? — посмотрел прямо в глаза «отца».

— Нет, по крайней мере, до тех пор, пока ты кого-нибудь не выпьешь досуха.

— И как ты об этом узнаешь, если решил изгнать меня из рода?

— Поверь мне, узнаю. Мы поступим вот как… Сегодня вечером ты покинешь родовой особняк, до этого времени из комнаты ни ногой, — грозно посмотрел на меня Бестужев, — Ни с кем из семьи не контактируй. Не хватало, чтобы кто-то узнал, что ты стал нежитью или ещё хуже, пострадал по твоей милости.

— Без проблем, — кивнул согласно, прекрасно понимая опасения графа, — Что дальше?

— А дальше… — «отец» на секунду замялся, — Александра Бестужева не станет. Мой сын умрет в своей постели после тяжёлой травмы головы. Я всё организую. Никто из родственников не должен об этом знать: ни мать, ни братья, ни сёстры, так будет лучше.

Жестоко по отношению к близким, но оправдано.

Граф некоторое время молчал, ожидая моей реакции, но так и не дождавшись, продолжил:

— Я выправлю тебе новые документы. С моей должностью это сделать — раз плюнуть. Уедешь подальше из столицы, а там… Всё будет зависеть только от тебя.

Подобный расклад мне понравился.

— Согласен.

— Но смотри, если я узнаю, что ты примкнул к кровососам, лично найду и уничтожу.

— Принимается.

Я понимал, что это было самое разумное решение.

— Тогда я оставлю тебя. Можешь начинать собираться. Вечером