Твари из Рая - Сергей Юрьевич Михайлов
– Сергей Викторович, надо оставить её под нашим наблюдением. Нельзя чтобы лучший экземпляр сгинул где-нибудь в лесу.
– Вы опять забываете, что я тоже специалист. Если я перестал сам заниматься исследованиями, отнюдь не значит, что я стал тупым военным. Мне надо чтобы её метаморфоза произошла в естественных условиях. В лаборатории у вас, итак, достаточно материала.
– Но ведь, это просто идеал по сравнению с остальными, – окончательно очнувшаяся Зумба узнала голос старого врача. – Когда еще к нам попадет такое…
– Все. Разговор окончен, – голос начальника был тверд. – Вы лучше быстрей определитесь, чем она отличается от других и тогда по этим критериям, можно будет отобрать сотни людей.
– Мы работаем.
Гости вдруг замолчали.
– Уходим, – вполголоса скомандовал кто–то. Легко пискнула дверь и в палате стало тихо. «Похоже, заметили, что я не сплю». Ольга раскрыла глаза и сразу уперлась взглядом в прозрачную полусферу с камерой. Теперь вообще притворяться бессмысленно.
Смысл услышанного сейчас, не сразу дошел до нее. Сначала она просто почувствовала, что врачи говорили что-то страшное, и это страшное вплотную касается её. Но по мере того, как она складывала в уме услышанное и происходящее с ней в последнее время – все больше понимала – она попала в дерьмо. И, похоже, увязает в нем все глубже. Хотя в мозаике происходящего отсутствовало еще много кусочков, смысл картины уже был понятен. Значит, врачи не лечат меня, или может быть не могут вылечить и просто наблюдают, когда я превращусь во что-то.
Ольга рывком села и уставилась в стену. Мозги кипели – что теперь делать?
Но Зумба не была бы Зумбой, если бы так и сидела, отдавшись своим переживаниям. Нет! Хрен им! Первым делом – успокоиться. За последние три года она прошла в своем развитии путь, который раньше, в обычной жизни, прошла бы годам к сорока. И давно поняла, что большинство решений, принятых на эмоциях, были неверными. Решать надо на трезвую голову.
Она встала с кровати и, не обращая внимания на камеру – пусть полюбуются – разделась до трусиков, и начала делать гимнастику. Физические упражнения всегда успокаивали её, снимая нервное напряжение. Она приседала, отжималась, держала планку, вела бой с воображаемым противником, а голова в это время отстраненно перебирала вариант за вариантом.
Когда, вспотевшая, она присела на кровать и нажала кнопку вызова, начальный план уже был готов.
Глава 3
Выписали её через день. До самого отъезда – её отправили на первый лесной рубеж на транспорте Базы, черном УАЗе с широченными колесами – она вела себя как примерный больной. Обычно за ней приходила своя машина, из отряда. Но в этот раз что-то изменилось.
Все служащие Базы были немногословны, никогда не говорили лишнего. Похоже, многолетняя секретность сделала из них молчунов – приучила обдумывать каждое слово. Однако нет в этом мире правил без исключений – в этот раз водитель попался разговорчивый. Пока ехали, он рассказал кучу анекдотов, пару историй про рыбалку и еще много чего. Наверное, на Базе целый день приходится молчать, – подумала Ольга. – Бедный болтун натерпелся. Сейчас на мне отыграется.
Зумбе были не интересны истории водителя. Занятая своими проблемами, она слушала в пол–уха и лишь вежливо поддакивала, когда он поворачивался и переспрашивал:
– Ведь я правильно говорю?
Однако в своей болтовне, мужик совсем ничего не говорил о своей работе. И лишь когда Ольга однажды прервала его, и сама спросила, часто ли ему приходится возить больных, таких как она, он по инерции ответил:
– Частенько. Но на Базу. А возвращаются не часто.
– Что? Почему не возвращаются? Все умирают?
Однако собеседник уже очнулся, и понял, что сболтнул лишнего.
– Это я так, шутка, – неловко постарался вывернуться водитель.
После этого он замолчал и до самого приезда в отряд ничего не говорил.
Ольга вернулась к своим обязанностям. Группа все также продолжала патрулирование. Однако, хотя и было лето – пора активности для тварей – дел стало гораздо меньше. В последнее время уроды почти не лезли к деревням и Комплексу, а все свое внимание сосредоточили на постах горожан. Почему так происходила, никто не знал. Твари не предсказуемы, что у них на уме – не знает никто. Раньше, в первые год–два приходилось воевать не только с тварями. Частенько появлялись отряды мародеров из Города, и Самобороне приходилось иногда вести настоящие бои, чтобы отстоять деревни. Теперь же после того, как твари размножились и заселили почти весь лес, городские больше не появлялись.
Поэтому у Ольги появилось время заняться собой и начать выполнять то, что она задумала, сидя на больничной койке.
Теперь она больше не позволяла себе пренебрегать приемом лекарств и планировала свои выходы в патруль с учетом проверок на Базе.
Первым делом Зумба начала искать информацию – любую, что можно было откопать – про новые болезни и про людей, которых увозили на Базу. Она прекрасно понимала, что это не безопасно. Это учреждение было секретным еще при нормальной жизни и люди с Базы умели хранить свои тайны. Сейчас же, когда вся полнота власти была в их руках, вообще ничто не могло их остановить. Так что это было опасно. Наверное, если прорваться в Город, можно было бы не бояться возможного наказания, но мысли о таком у Зумбы даже не возникало.
Почему-то жители Города, стали для нее теперь иностранцами, непонятными и опасными. Может лишь чуть менее опасными, чем Твари. Прошло всего несколько лет после Катастрофы, а уже казалось, что не было никогда той жизни, в которой были страны и города, и человек мог поехать с одного края земли на противоположный, только для того чтобы отдохнуть. Мир сузился до территории, охраняемой отрядами Самообороны. Она знала, конечно, что люди еще живут на Земле, но это было настолько далеко от её сегодняшней жизни, что можно было смело считать это вымыслом.
Ближайшим местом, где этот вымысел являлся реальностью, был Городской Пост на высоте четырнадцать – двадцать. Однажды её группа подошла почти к самой излучине дороги, над которой находился этот
