Кротов 2. Книга 3 - Сергей Юрьевич Михайлов

– Лживая тварь! – выругалась про себя Чекра. Она снова вспомнила брата, и ей захотелось разорвать этого зеленокожего. Её отвлек голос мужа. Он ответил Нифлянцу:

– Да, решили. Переговоры. Говорите, что вы предлагаете?

– Вот так лучше, – довольно ответил «Кротов». – Но сначала я хочу знать, кто со мной будет говорить. Мне нужен человек, имеющий право принимать решения, чтобы они выполнялись.

– Не переживай на счет этого, – усмехнулся Гронберг. – Все на высшем уровне. С тобой будет говорить глава МРОБ – Глемас Гронберг, то есть я.

Нифлянец присвистнул:

– Круто! Вот это я понимаю – уровень. Тем более, говорим на ты. Как друзья. Я бы еще хотел, чтобы у меня появилась ваша голограмма в реальном времени. И, думаю, после этого можем начать обмен предложениями.

– Хорошо, сейчас появится голограмма. И не забывай, тебя мы уже видим в реальном времени. И еще одно – может, ты скажешь свое настоящее имя? Не буду же я называть тебя Вовкой.

– Почему же? Хорошее имя, тем более за двадцать семь лет я привык к нему.

– Понятно. Люди не должны знать ваши настоящие имена. Ладно. Высказывайте ваши требования.

В это время на столе в кабинете появилось изображение. Нифлянец вгляделся в него и удовлетворенно отметил:

– А ты отлично выглядишь, Глемас. Почти не изменился с тех пор, как мы с тобой пили Серегин самогон.

Гронберг пропустил этот пассаж мимо ушей. Если Нифлянцы завладевают телом человека, они получают и контроль над его памятью. Так что все воспоминания им открыты. Похоже, они хорошо поработали с братом Сергея.

Чекра видела, что, разговаривая с Нифлянцем, Глемас не забывал о деле. Вторая голограмма, меньше размером, показывала здание МРОБ-2 в районе кабинета. Снаружи и внутри. Там накапливалась техника – дроны самых разных размеров и предназначений. В самом здании на всех важных узлах уже находились солдаты Семнадцатого Батальона. Но все это готовилось только на случай, если что-то сорвется. Главная надежда по-прежнему на переговоры. Чем дольше Глемас протянет, тем лучше. Все аналитики сейчас работают над тем, как взять Нифлянца и его слуг живыми. Даже не столько Нифлянца, как этих новых непонятных «мертвецов». Уже давно известно, что Нифлянца допросить все равно не удастся. Он умрет, и разложится в любом случае. Но зато, если разобраться с захваченными людьми, это спасет потом миллионы человеческих жизней. Изучение врага – одна из главных задач МРОБ.

– У меня требования простые, – ответил Кротов. – Вы прекращаете все боевые действия и наконец встречаетесь со своей сестрой. Ваша жена тоже встречается со своим братом. Мы расходимся, и все довольны. Потому что мне еще надо искать принцессу Гелию.

Глемас вскинул голову и зло прищурил глаза. Чекра поняла, что Глемас сейчас сорвется. Зря зеленокожий упомянул его сестру. Это издевательское предложение напомнило и ей, что она больше никогда не увидит своего брата. Однако она сдержалась и жестом показала Глемасу: держись! Мы отомстим Нифлянцу по-другому. Но, как оказалось, Гронберг среагировал совсем не на это. Похоже, он уже принял смерть сестры.

– Что ты хотел этим сказать? Про принцессу Гелию?

– То, что и сказал. Гелию захватили, и надо срочно её искать.

Глемас саркастически улыбнулся.

– Ты, наверное, считаешь, что мы не знаем про судьбу принцессы Гелии. Прекрати, давай играть честно. Вся ваша операция построена на том, что мы и Звездная Империя не можем обменяться информацией. Но могу тебя огорчить. Связь вчера восстановлена. И мы знаем про судьбу Гелии. Она погибла, как и моя сестра. И, наверное, как Кротов, которого ты изображаешь.

Эти слова повлияли на Нифлянца как-то странно. Похоже, он не ожидал этого. «Кротов» вскочил и закричал:

– Снежа! Я понял! Они только сегодня получили сообщение о нашей гибели, когда мы летели на шаттле. Поэтому нас так принимают! Блин! Я думал, Серега открыл червоточину сразу.

Нифлянец побежал в приемную. Через минуту он вернулся и выругался. Потом заговорил зло и нетерпеливо:

– Вы идиоты! Мне срочно нужны еще две медкапсулы! Глемас, твоя сестра прямо сейчас умирает! Если не веришь голограмме, отправь живого человека. Пусть посмотрит. Только не тяни! Если они умрут, я тебя возненавижу! Думай! Только быстро!

Чекра почувствовала, что раздваивается. Одна её часть – трезво мыслящая и холодная – говорила, что это постановка. Играть на эмоциях – это главная фишка Нифлянцев. Но другой своей половинкой – той, где сердце – она поверила.

– Спроси, где Шакран, – шепнула она.

– Где Шакран? – автоматически повторил Глемас. Чекра видела, что он тоже засомневался, хотя и старается не показать этого.

– Я же говорю! – опять закричал Кротов. – Мне нужны еще медмашины, потому что в той, что тут уже лежит Шакран. Гронберг, это самая большая ошибка в твоей жизни. Решайся!

– Я пойду туда!

Голос Чекры звучал холодно и твердо. Глемас резко обернулся. Он хотел ответить, но жена перебила его:

– Даже не думай. Это наше дело. Наше с тобой. Ни один солдат не обязан гибнуть за наших родных. Поэтому только мы. Тебе идти нельзя, а я как раз здесь. Командуй, чтобы освободили проход. И предупреди Кротова.

Уже уходя, она шепнула:

– Глемас, я люблю тебя…

***

– Кротов!

Вовка слышал, как Гронберг запнулся, прежде чем назвать его так. До этого он старался вообще никак не называть его.

– К тебе идет человек.

– Глемас, Серега говорил, что ты самый умный в этой конторе. И я надеюсь, что он не ошибся. Потому что, если ты послал кого-то убить меня, значит, брат плохо тебя знал. Я жду.

– Когда ты увидишь посланника, ты поймешь, что ты прав. Я полный идиот.

Вовка не понял этой фразы. Что Гронберг имел в виду? Почему он идиот? Кого он послал?

Хотя, если честно, ему было все равно, кто придет, лишь бы это был человек с мозгами. Ему сейчас не до этого. То, что он увидел минуту назад, очень напугало его. Снежа и Кенич совсем не реагировали на его слова. Они не были без сознания. Глаза их двигались, иногда они даже поднимали голову, но они явно находились в прострации, не воспринимали реальность. Если бы Вовка в свое время не побывал в охранниках у барыги, торговавшего Кристаллом, он бы не испугался так. Но там он нагляделся на таких. Это была последняя стадия, когда человека еще можно было спасти. После начинался распад органической ткани организма. Кристалл давал многое, но забирал еще больше – саму жизнь. Был еще один способ оживить их. Именно этот способ превращал людей в тех, кто мог отдать за дозу