Фантастика 2026-49 - Ирина Николаевна Пименова

- Я не знал, что Рольфа задействовали на вредном, химическом производстве. Я видел только то, что мне показывали – раз в три месяца. А мне показывали Рольфа, стоявшего рядом с каким-то станком. Он произносил несколько слов, отвечая на мой единственный вопрос, по ответу на который я понимал, что он жив и отвечает мне именно сейчас. И всё.

- Не верю, - спокойно сказала я. – Я бы рванула немедленно на Сэфа выручать брата. И я не верю, чтобы ты не знал, что в тебе были прослушки.

- Насчёт прослушек я не знал, - тоже спокойно ответил он.

Странно он построил эту фразу. Если он не знал насчёт прослушек, то знал о чём?..

Звякнул вирт с панели перед водителем.

- Я слушаю вас, - сказал Эрик. – Хватит его допрашивать, Ингрид. На фоне того, что выясняется, он чист.

- Поделишься базой для уверенности? – меланхолично спросила я.

Кирилл искоса глянул на меня и отвернулся к окошку.

- Поделюсь. Среди «жучков», о которых он не знал, была вещица, о которой его сразу и специально предупредили, чтобы он даже подумать не смог о возвращении на Сэфа. Он не сказал, потому что не хотел пугать тебя. Миниатюрное взрывное устройство было вживлено в тело в ряду других приспособлений. Прилети он на Сэфа, одного шага на планету было бы достаточно, чтобы его разорвало в клочья. Наш спец сказал, что устройство в обычных условиях безобидно. Только Сэфа. Этого достаточно?

- Да, - сказала я.

- Теперь ты успокоилась?

- Да.

Полчаса спустя водитель доставил нас в снятую Эриком квартиру, которая занимала часть двенадцатого этажа – на этот раз небоскрёба, ближе к центру города.

Кирилл обходил машину, чтобы помочь мне выйти, когда я застыла глазами на верхнем зеркальце перед водителем. Дождалась, пока боевик Эрика взглянет на меня, – и пару секунд удерживала его взгляд. Его спокойное лицо стало безразличным. К тому моменту как Кирилл открыл мне дверцу, водитель уже смотрел вперёд, на дорогу.

Пока мы вдвоём входили в здание, я зримо почувствовала: Кирилл отодвинул меня от себя. Не изменившись ни в выражении лица, ни в движениях, я сделала то же самое. Грохнувшая между нами стена мгновенно превратила нас в посторонних друг другу людей. У него была причина – Рольф. У меня – причин нет. Он.

Рольфу со всеми нашими сегодняшними заморочками пришлось пообедать одному – в компании с сиделкой. Её единственную не убрали из нашего нового дома. Я немного пожалела о знакомых лицах, которые успела запомнить как личных домашних, и принялась постепенно запоминать новеньких. На память не жалуюсь. Жалуюсь лишь на то, что в последнее время приходится слишком многое запоминать как временное.

На нашем этаже, едва выйдя из лифта, мы разделились: новый дворецкий пошёл показывать Кириллу его комнаты – меня проводил к моим комнатам один из боевиков, который наблюдал за происходящим здесь с момента покупки нового пристанища.

Я настолько заледенела, что взгляд Кирилла, когда он понял, что его ведут в другую сторону от меня, совершенно не тронул. Кажется, сообразив, что у него будут свои комнаты, он быстро сменил неуверенный шаг на решительный. И ушёл. Не оглядываясь. Я понимала, что в первую очередь он хочет навестить Рольфа. Понимала, но лёд поднимался в душе вместе с пустотой. Мне дышать стало плохо, когда внутри меня начала медленно, но неумолимо раздуваться душная пустыня…

Шагая… Нет, передвигая раздутые тяжёлой пустотой ноги, я дошла до своих комнат. Кивнула боевику, отпуская его. Закрыла за собой дверь. Постояла, бездумно глядя в покачивающуюся из-за светового движения на улице темноту комнат. Тусклые в вечерних сумерках окна вдруг стали манить так, словно там, за ними скрывалось такое нечто… такое… Всё так же тяжело передвигая ноги, я встала у окна. Улица мерцала всеми искрящимися красками делового вечера.

Полтора часа до ужина…

Эта мысль – как шаг в грязную лужу. Ляпающие тяжёлые брызги во все стороны.

Полтора… Я ссутулилась и оглянулась. В темноте нашла типовую гардеробную, сбросила всё с себя и быстро переоделась в те шмотки, которые – знала – всегда были со мной. И здесь тоже. Чёрные джинсы, чёрный джемпер, чёрные, полуспортивного типа ботинки. Кожаная куртка – тоже чёрная. Чёрные перчатки. Рассовала необходимую мелочь по карманам. Огляделась. Всё взяла? Кажется, всё.

По пустому коридору к лифту. Внизу, на выходе в вестибюль, лифтёр слегка поклонился. У самой двери вслед почуяла взгляд. Обернулась – вздёрнула подбородок: боевик Эрика. С места не тронулся.

Вышла. Машина дожидалась меня здесь же. Бессловесный договор с водителем от Эрика оставался в силе. Он стоял у дверцы. Хлопнул за мной, сел к себе. Помолчали.

- Просто по городу? Или в конкретное место?

- Мне нужна парикмахерская, - сказала я и тряхнула головой с заметно неровными волосами. Ножом же откромсала.

И снова взглянула в зеркальце. Водитель смотрел на иллюзорно тёмную улицу в вечерних, обманчиво мерцающих огнях. Вспоминает? Рассчитывает? Машина мягко скользнула с места.

В парикмахерской дождалась, пока водитель привыкнет к мысли, что я здесь надолго. И смылась. Прихватив тёмно-рыжий парик с длинным волосом и напялив под куртку стащенный с вешалки для мастеров светло-синий халат вместо юбки. Если водитель и видел меня сквозь прозрачные витрины, не думаю, чтобы он понял, кто это.

За углом здания сняла это барахло, бросила в урну, ногой ещё припихала, чтобы не высовывалось. У меня часа три, пока меня найдут.

Быстро: где – не гнушаясь поездом подземки, где – наземным общественным транспортом, добралась до места, где собираются кэссийские байкеры. Незаметная, неприметная, похожая на всех байкерских девчонок сразу, в темноте серая, как все кошки, перецеловалась со всеми, переобнималась, пока шла, выискивая нужного мне. Пока нашла, начала благоухать сигаретным дымом – и не всегда с разрешёнными добавками, винищем и тяжким пивным «ароматом», мужским парфюмом, которым кое-кто совсем юный облился зело плотно.

Прошла бы мимо, если б не услышала, как ссутуленно сидящий на байке не сказал:

- … И не пришла!

Остановилась. Посмотрела. Парнишка, лет восемнадцати. Волосы тёмные, короткие, лицо худощавое… Из темноты примерещилось – похож на Кирилла. Нет. Не он. Подошла, присматриваясь. Кажется, этот мне сегодня подойдёт.

- Привет.

- Привет, - насторожённо откликнулся парнишка.

Он только что разговаривал с дружком, который, поглядев на меня