Бездушный - Kornyal Walden
Стоит отметить, что все это граф Делейн мне сообщил практически не запинающимся голосом, не смотря на то, что на украшенном короткой острой бородкой лице было буквально написано: «Шоргот! И он разговаривает!».
— Вот оно как? Благодарю, что утолили мое любопытство! — я изящно, насколько мог, склонил голову и пополз в сторону человеческих лекарей.
Глава 9
Меня интересовала пряно пахнущая зеленоватая мазь, которой они щедро смазывали раны Дика и других выживших воинов. Когда я подполз, облаченный в когда-то белую, но изрядно замызганную робу врачеватель чуть не лишился сознания. Но все же взял себя в руки и принялся мазать этим мои израненные бока и спину. Оно жглось. Извернувшись, я попробовал немного этой мази языком. Увы, пахла она гораздо лучше и интересней, чем была на вкус! То есть, на Угрюмых Болотах я бы ее без сомнения съел! Слизал бы до чиста из большого глиняного горшка, в котором врачеватель ее хранил. Но в мире людей есть куча куда более вкусных вещей! Например, палки! Разочарованный, я отполз от врачевателя под недоуменный вопль: «Куда, я же еще не закончил⁈»
Я оглядел поле боя. Не считая тел наших соратников, а так же павших врагов на нем нашлась парочка мертвых лошадей. Вот это праздник для шоргота! Жаль, что мои сородичи уже ушли. Они заслужили награду… Поймав себя на этой мысли, я удивился. Ни одному шорготу не пришло бы никогда в голову делиться с другим пищей. Разве что самка, заботящаяся о детенышах… Но так это инстинкт и длится не долго…
— Тильзан, там есть лошади! Тебе оставить кусочек? — предложил я, заметив смурную рожу полу гнома.
Тильзан стоял, угрюмо глядя себе под ноги. Услышав мой голос, он встрепенулся.
— Спасибо, Даммар, не нужно.
Я решил зайти с другой стороны. Буквально. Даже подполз к нему и обполз кругом.
— Как ты думаешь, уцелел ли в этом замке повар?
На самом деле я понимал, конечно, что если в замке графа и был повар, что вполне естественно, то навряд ли кто-то станет сейчас заниматься приготовлением сложных блюд из конины для меня. Люди вокруг кто плакал от счастья, кто рыдал. Они напоминали мне деревню Лайлы после того, как я их спас. Почему-то мне захотелось уползти от сюда как можно дальше и забиться под огромный ствол какого-нибудь поваленного дерева.
«Подальше от мертвых людей!» — понял я с изумлением.
Я больше не мог смотреть на них… По-шорготски. Так, как смотрел бы на Угрюмых Болотах. Я теперь слишком многое знал о людях. О том, как они думают. Какие образы есть в их головах. Что они там есть вообще и порой довольно сложные. Каких не встретишь у моих собратьев.
Тильзан лишь покачал головой на мой вопрос, хотя я надеялся, что к этому он прибавит, что конечно, с радостью приготовит для меня ужин сам. Я-то не могу. У меня даже рук нет! Не языком же мясо над костром прилаживать! Да и не удержусь, сожру приправы все сразу, так и не просыпав на мясо…
— Эй, поосторожнее с ним! — неожиданно взревел Тильзан.
Обернувшись, я вначале принял паренька, которого тащило двое воинов графа за Дика. Но затем понял свою ошибку. Тоже щуплый и златокудрый, это был другой человек. Возрастом даже моложе нашего эльфа, пожалуй. А еще на он был одет во вражеские доспехи. Пленник.
Я понятия не имел, что люди обычно делают с пленниками. То есть, знал в теории, что иногда они их берут, но… Еще один из воинов графа подошел к заоравшему от страха пареньку и накинул ему на шею веревку. Судя по всему, люди планировали что-то сделать с ним при помощи высокого столба с перекладиной, к которому подтащили упирающегося парня. Коротко взревев, Тильзан бросился к ним. Ведомый инстинктом, который, как я думал, шорготам не присущ, я ринулся за ним, ревом расчищая нам путь.
— Эдрик! — неожиданно раскатился над внутренним двором замка зычный голос нашего Киаварна. — Сегодня достаточно пролилось крови! Останови это!
Пожилой граф задумчиво взглянул на наемника. Определенно, Киаварн не просил. Он требовал. Солдаты графа выжидающе замерли, ожидая приказ своего сюзерена. Наконец Делейн вздохнул.
— Мы их сюда не звали! Но ты прав. Достаточно! — согласился граф, махнув рукой, чтобы перепуганного пленника отпустили.
Как и остальных в черно-золотых доспехах, кого явно ждала та же участь.
— Кто из вас может идти — проваливайте! — сурово процедил Киаварн. — И заберите своих раненных!
Что ж, это было милосердно для наемника. К тому же, я видел, как лекарь украдкой сунул одному из вражеских воинов второй горшок с мазью и ворох ткани для перевязок. Видимо, ему было нестерпимо видеть, как люди умирают вне зависимости от гербов на их щитах. Я легонько ткнулся Тильзану мордой в бок. Гном слегка пошатнулся, но устоял на ногах.
— Я мог бы не съедать лошадей подчистую, а оставить и другим тоже… — решился я на крайние меры. — Но кто-то должен будет приготовить мясо…
— Да меня сейчас от одного вида дохлой клячи стошнит! — взвыл полукровка. — Давай в другой раз, дружище?
Пришлось мне смириться со своей участью и пойти трапезничать тем, что есть. По пути пришлось еще, и взять на свою спину Малройда, который надумал рухнуть в обморок, не дойдя до замка десяток метров. Решив, что маг просто перетрудился и навряд, ли ему что-либо угрожает, я так и ужинал, ощущая на спине тяжесть его тела. Пришлось изрядно постараться, чтобы он не соскользнул вниз. Знаете, что сказал в благодарность этот тип, когда пришел в себя?
— Я что умер, и попал в преисподню к чудовищам⁈
Жить в замке было странно. Для начала, у меня впервые в жизни появилась собственная постель. Вы когда-нибудь пробовали спать на кровати? В общем, там мягко. И есть одеяло. Под него можно заползать, можно сворачиваться, обернув его вокруг себя, можно… да все что угодно, даже сбросить на пол! Я, наверное, полночи прокрутился, наслаждаясь этим «гнездом», в первую ночь, как мы остались в замке.
Повреждения, нанесенные замку, осадным оружием и заклятьем вражеских магов, оказались не такие значительные.
